Предыдущая
Вернувшись в общую комнату, я подошла к лежащему у стены мужчине, и присев на корточки, осторожно отлепила с задней стороны его шеи узкую металлическую пластинку. Приклеившись на совесть, она поддалась с трудом, но все же поддалась, но на стороне прилегания остался четкий рисунок кожного узора. Нагретая от тела бесчувственного изобретателя, будто напившаяся крови пиявка, она скользнула в мой внутренний карман и затаилась там в ожидании следующей жертвы. На прощанье ласково погладив спящего Германа по щеке, я двинулась ко внешнему люку, глянцевый овал которого виднелся прямо в потолке в паре метров от арки телепорта.
Теперь оставалось только ждать. Встав под люком, я прислонилась к стене, и слегка прикрыв глаза, позволила себе расслабиться. Не прошло и минуты, как со стороны потолка раздалось отчетливое шебуршание и неясный гул. Я облегченно улыбнулась, похвалив про себя расторопность моих сообщников, и решила ненадолго отложить экзекуцию. Металлический скрежет сдвигаемого люка заставил поднять голову на источник звука, а закапавший следом расплавленный металл и вовсе отскочить в сторону. Заворочавшийся кусок железа, истекая опасными слезами, со скрипом отъехал в сторону, впуская в пространство комнаты поток прохладного осеннего воздуха, и неясно светящийся голубоватый луч света. Как только капли расплавленного металла перестали глухо стучать по полу, я встала под круглым проемом и сощурилась на свет, полной грудью вдыхая горьковатую прохладу. В ту же секунду пришлось неловко взмахнуть руками, пробуя удержаться на весу, внезапно поняв, что мои ноги меня больше не держат, да и пол под ними я не ощущаю вовсе. Медленно втиснувшись в компактный проем, я выплыла из него наружу и часто заморгала, привыкая к свету после полумрака тсарнианской базы.
Изображение немного плыло, но я сумела разглядеть висящего над головой, матово блестящего на солнце, металлического монстра, зияющего темным проемом, в который, судя по всему, меня и направляли с помощью антигравитационного луча. Поглядев на плавно уменьшающееся под ногами отверстие раскуроченного люка, я порадовалась, что не пришлось карабкаться отсюда, например, по веревочной лестнице, ибо подниматься бы пришлось метров сто, не меньше.
Как же все-таки технологии облегчают людям жизнь, мечтательно подумалось мне в этот момент, еще и полетать можно в свое удовольствие, абсолютно при этом не напрягаясь. На этой позитивной ноте меня плавно всосало в прозрачную трубу, и, подобно пластиковому мячику в розыгрыше лото, мягко выбросило в круглый проем, который, как только я оказалась твердо стоящей на своих ногах, тут же поспешил закрыться.
Откуда Царним с Шахром взяли корабль, вопроса не возникло. Попав в его внутреннее пространство, я сразу узнала их подземную базу, на которой впервые встретила Царнима, и где испытала на нем электрический артефакт. База оказалась небольшой, но многофункциональной. Я, не обращая внимания ни на важно приосанившегося за пультом управления чернокосого тсарнианца, ни на ассистировавшего ему Шахра, осторожно прошагала мимо них до широкого, во всю стену, изогнутого наружу иллюминатора, из которого открывался умопомрачительный вид на древесное море.
Царним незаметно кивнул брату, и инопланетная лодка, бесшумно и легко двинулась плавно вверх, набирая высоту. Я интуитивно вцепилась в поручень, блестящим пунктиром опоясывающий весь периметр помещения с колоннами, потому как ковер из макушек деревьев тут же бросился мне под ноги, и зарябил со скоростью инопланетного корабля.
***
– Нас точно никто не увидит? – Уточнила я, вглядываясь в неясные очертания деревьев в разрыве облаков далеко внизу.
Корабль двигался не спеша, и это было скорее похоже на демонстрационный полет для себя любимых, нежели на рискованный побег. Такую невысокую скорость мне объяснили тем, что машина, много лет стоявшая без дела, должна эксплуатироваться крайне осторожно, во избежание неприятностей. Ну чтож, медленно так медленно. Лишние неприятности нам точно ни к чему.
Шахр снисходительно покосился в мою сторону, а Царним милостиво снизошел до ответа:
– Во-первых, видеть нас тут некому. Здесь на протяжении сотен километров ни души, это совершенно безлюдное место. Во-вторых, режим невидимки. Даже если мы пролетим в паре метров над толпой народа, даже тогда нас никто не заметит. Не переживай, и идем за стол.
Легко сказать. Помимо всего прочего, в голове никак не могла уместиться одна главная мысль. Герман - пришелец. Мда… А еще лжец. И я даже не знала, что хуже.