После работы Люда отстояла длинную томительную очередь в Домовушке, как они называли между собой отдел кулинарии. Ей достались свиные шницели. Молодая хозяйка столкнулась с новой действительностью. В городе, где молодые сильные строители коммунизма возводили КамАЗ, мясо и колбасу в магазинах не продавали. То мизерное количество, которое попадало на прилавки, разметалось по кошёлкам блатных и прочих нужных людей. Продавец становился важным человеком, в его руках таились ключи от семейного счастья Шапошниковых. Мужчина на макаронах и картошке становился жёстким как камень и несговорчивым как осёл. Маленький холодильник в общежитии вмещал только самое необходимое. Крошечная морозилка была набита свиным жиром, синей курицей и мороженым хеком. Поэтому молодой жене приходилось каждый день охотиться в магазинах на кур, которых иногда выбрасывали в соседнем магазине. Без очереди можно было купить яблочный и берёзовый соки, макароны и овощи и солёную тюльку. Процесс приготовления еды становился для хозяек процессом творческим и изобретательным.
Люда изощрялась как могла, чтобы хоть немного разнообразить стол. Ей хотелось порадовать Женю. Она мелко нарубила ножом шницели и бросила на сковородку, где уже томился нарезанный кольцами лук. Она чистила картошку, выглядывая в окно, не идёт ли дорогой муж. Люда очень старалась. У неё перед глазами был живой пример идеальной хозяйки. Мама все свои умения употребляла, чтобы вкусно накормить семью. И папу она всегда встречала горячим обедом на столе.
-Вот посмотри, что я сегодня приготовила!-Люда хлопотала на кухне.- Зажарку с пюре. Нравится?
Женя не привередничал и радовался любой стряпне:
- Жёнушка, ну ты просто кудесница! Как же это аппетитно пахнет. У меня даже слюнки потекли, пока ты готовила. Давай быстрее пробовать!
-Скоро к маме поедем. Обычно на седьмое ноября в деревне бьют гусей. Вот тогда ты душу отведёшь.
-Это будет здорово.
За ужином Люда делилась новостями:
- Сегодня мне бригадир говорит, справку принеси в отдел кадров из женской консультации. Говорит, на лёгкий труд переведём. А я говорю, мне не трудно.
-Не надо рисковать нашим сыном. Отнеси справку.
- Я не рискую. Напарник сам тяжести таскает, я только плитку кладу.
-Плитку тоже тяжело класть. Раз положено-переходи на лёгкий труд.
Дорогие друзья, я в Ставрополе. У меня эпизодический интернет, поэтому связь не постоянная. Купили симку Тинкофф в Питере, она в Ставрополе не сработала.
Пишу на коленке. Если увидите ошибки, пишите. Буду благодарна.
Здесь жара 33. Но мне нравится. Какая погода у вас? Есть ли у меня читатели из Ставропольского края? Отзовитесь!
Молодожёны по-прежнему жили в разных общежитиях и ходили друг к другу в гости. Вежливого и улыбчивого Женю уже знали все вахтёрши в женском общежитии и пропускали без препятствия.
-К жене? Ну иди, иди, милок, - седовласая пухлая женщина непроизвольно улыбалась, завидя Женю.
Вечерами молодые гуляли по городу, смотрели новые дома, мечтали, как будут жить вместе. Женя поддерживал жену, какие бы мысли его не одолевали. Теперь их разговоры чаще были о будущем сыне.
Люся частенько забегала в гости.
- Люся, как хорошо, что ты зашла! Присаживайся, у меня даже чай свежий заварен.-Люда подхватила чайные блюдца, варенье и направилась в свою комнату.
На общей кухне особо не засидишься. Там всегда жарили-парили, мыли посуду, скребли кастрюльки и сковородки, когда молоко убегало или лук подгорал на сковородке, если какая хозяйка зазевалась. В воздухе не выветривались запахи жаренной картошки, кислой капусты и варёной рыбы, которую так уважала одна из жиличек. Поэтому чай девчата пили обычно в своей комнате. Люся помогала накрыть стол.
Она заинтересованно спрашивала:
-Что нового? Квартиру ещё не дают?
-Жене обещают малосемейку.
-Не тяжело работать?
- На работе Гриша узнал, что я беременна и ничего не даёт брать тяжёлого в руки и тем более поднимать тяжести. Говорит : «Давай, я сам» и бросается на помощь.
-Хороший он парнишка.
-В нашей группе все ребята замечательные. А ты как?
-Мы на седьмое домой собираемся. Как тётя Еля?
-Они дом достраивают. Скоро переселятся.
-Упорная у тебя мама.
-Я тоже хочу быть такой как мама.
-Мы все туда идём, - кивнула Люся.
Была в ней-какая-то основательность и надёжность. Даже светлая коса на груди вызывала симпатию и уверенность. Она не бросилась как остальные деревенские резать косы, чтобы выглядеть по-городскому. Не старалась изо всех сил «перекраситься» в городскую, а осталась естественной и надёжной, как берег родной реки, к которому всё время возвращаешься с чужой стороны.
На обеде к Шапошниковой подсела Марина, в модном костюмчике и короткой юбочке.
-Люда, привет. У нас намечается субботник. Ты, наверное, не придёшь?
-Почему. Приду.
-Ты же в положении?!
-Как говорит моя бабушка, беременность — это не болезнь, -захохотала Люда.
Марина разглядывала беззаботно хохочущую подружку в светлом платочке и комбинезоне, заляпанном раствором, и удивлялась. Почему молодые девчонки останавливаются на достигнутом. Почему не учатся? Не пытаются поменять судьбу. Вот она, Марина, вытянула лотерею. В бригаде она поработала совсем недолго и при первой возможности добровольно перешла освобождённым комсоргом. И теперь сидела в управлении рядом с высоким начальством, а не месила раствор, как другие. Комсорг отвечал за общественную работу, организацию субботников и социалистического соревнования в бригаде отделочников-маляров плиточников и штукатуров. Ей эта работа очень подходила по характеру. Дочь учителей, как и её родители, умела завести и поддержать разговор, умела вовлечь в общественную работу молодых комсомольцев, которые только пришли на стройку.
Марина спросила:
-Как здоровье? Не тошнит?
-Нет не тошнит. Спать хочется постоянно.
-Не жалеешь, -красноречиво кивнула она на уже выпирающий живот.
-Наоборот. Хорошо. Его в армию заберут, у меня останется его частица.
-Отчаянная ты. Не каждый решится два года ждать. Да ещё с ребёнком.
Марина не одобряла замужество подружки. Не для этого она родилась на свет, чтобы ублажать мужика и носки его стирать. Она хочет увидеть свет, хочет пожить для себя, а там уже можно будет и замуж. Сергей с неё тоже глаз не сводит, готов хоть сегодня на ней жениться, но ей это не нужно. Между подружками осталась ещё одна тонкая нить, которая их связывала-родная деревня. Они решили, как в старые добрые времена на ноябрьские праздники все вместе поехать в деревню.
На автобусе они доехали до Аксаково. Как нарочно началась метель. Люда побоялась в метель выходить на незнакомую дорогу, поэтому они с Женей вместе со всеми поехали в деревню и остановились у крёстного, дяди Аркадия.
На следующий день метель утихла. Крёстный с утра пораньше подкатил на разукрашенной кошёвке. Он работал главным конюхом и для молодожёнов запряг лучшую выездную лошадь по кличке Орлик. Решив сделать подарок молодожёнам, украсил дугу разноцветными атласными лентами и повесил колокольчик. Люда, услышав волшебный звон медного колокольчика, поспешила на улицу. Она, не веря своим глазам, рассматривала красивую лошадку светло-серой масти, с разукрашенной ленточками шлеёй.
Тётя Маня подыграла мужу, она достала яркий тканый палас и застелила кошёвку. Она считала себя обязанной Еле. Ведь Еля, будучи депутатом, помогла в сложные для них времена сохранить брак и удержала муженька от развода.
-Это вам от нас подарок,- тётя Маня преподнесла молодым пуховую подушку.-Пусть сон ваш будет крепок, а жизненный путь лёгок.
-Прошу, молодые! -сказал Аркадий.- Пусть у вас в жизни будет так же гладко, как сани катятся по снегу.
-Крёстный, это всё для нас?- у невесты от радости выступили слёзы.- Я всегда мечтала на таких санях прокатиться.
Свадебная кошёвка скользила по снегу, замедлив ход около бабушкиного дома и около дома Казанцевых. Потом Аркадий повёз молодых в совхоз.
К большой радости Люды приехали сёстры Инна и Даша. Они радостно обнимались, делились новостями, которых накопилось много за эти месяцы.
Женя после обеда сразу пошёл помогать тестю. Они вдвоём перебирали в спальне полы, навешивали двери.
-Папа, так?-спрашивал Женя.
-Нет, дерево играет. Оставим между досками небольшой зазор, -говорил Егор.
Ему нравилось, что зять имеет "мягкий" язык , как говорят чуваши. То есть ласковый и обходительный.
Женя рассказывал о заводе, о машинах и своей мечте купить мотоцикл.
Егор одобрительно слушал, думая, что молодой зять не боится никакой работы и готов учиться новому. Он парень с мечтой, и своего в жизни добьётся.
Пока мужчины занимались стройкой, Еля хлопотала и готовилась к свадьбе. На Седьмое ноября всегда забивали гусей. Митрофан взял на себя основную работу, девчата устроились на кухне щипать гусей, а Мария , устроившись у окна, кропотливо щипала головы, это считалось самой мешкотной работой. Заодно бабушка следила, чтобы внучки не мешали пух и перо. Драгоценный гусиный пух шёл на приданное внучкам.
Еля потрошила упитанные жирные тушки и рассказывала историю, как её золовка замуж выходила. Вечер прошёл в приятных разговорах и весёлых шутках.
Свадьбу назначили на Седьмое ноября у тёти Зины, в день поминовения усопших. Собрались все родственники, приехали все двоюродные и троюродные братья и сёстры.
Люда была счастлива. Её мечта наконец-то исполнилась. У неё такая же молодёжная и весёлая свадьба, как у тёти Гали. Чудеса сопровождали молодую пару. Как по мановению волшебной палочки появился крёстный с разукрашенной яркими паласами кошёвкой, Орлик, свадебный колокольчик и разноцветные ленточки. Даже приглашённый гармонист играл русские и чувашские песни.
Потом Даша включила проигрыватель и устроили танцы. Егор страстно подпевал певцу Андриано Челентано. Молодые ещё долго веселились, а невеста незаметно ушла спать. Ей снились белоснежные гуси. Целая стая белых красивых гусей.
Предлагаю прочитать ЖЕНЩИНА-ОБЕЗЬЯНА
ТЫ ЛУЧШЕ ВСЕХ (НАЧАЛО)
продолжение