Но Настя, когда вышла на свободу, за сыном не вернулась, Она быстро вышла замуж и уехала. Потом, по слухам, ее опять посадили. Так или иначе, но Юрка ее никогда больше не увидел. Родительских прав Настю так и так лишили.
Юрка озлобился, и больше отношений ни с кем из своих родственников не поддерживал. Теперь он считал детский дом своим настоящим домом и стал обживаться здесь.
Саша не знал, как Юрка подружился с Ритой. Это произошло до того, как он сам попал в казенные стены. Известно, что девочка была отказницей. Ее оставила в родильном доме молоденькая мать. Потом малышку передали в Дом ребенка, и дальше она прошла по всем дорожкам, по которым идут такие дети.
Рита не знала, да и не пыталась узнать что-нибудь о своих родителях. Она просто не представляла себе иной жизни, кроме как в казенных стенах. Из ребят, которые пополнили детский дом в тот год она была самой маленькой и худенькой. Юрка пожалел ее, как пожалел бы бездомного и заморенного котенка и взялся защищать.
Он следил, чтобы у нее не отбирали еду в столовой, если ему самому перепадало что-нибудь лакомое – он отдавал это Рите, правда случалось такое нечасто. Никто больше не смел пальцем тронуть девочку, а если ее обижали воспитательницы – с ними неизменно случались потом какие-нибудь гадости. Поскользнуться на лестнице, облитой чем-то скользким – самая малая из них. Вину Юрки доказать не удавалось, хотя все понимали, что это он.
В конце концов, даже самые злые воспиталки перестали говорить маленькой Рите неприятные вещи.
На вид девочка была тогда совсем невзрачной, ходила за Юркой как тень. И, таким образом, у них как бы сложилась в стенах детского дома своя маленькая семья.
Потом с нее влился Саша. Он сам не знал, почему Юрка его пожалел. Но он несколько раз неслабо так врезал Сашиным обидчикам, малость подучил его жизни в казенных стенах, а потом – в виде высшей формы доверия – разрешил дружить с Ритой.
А вот в том, что касалось школы – Юрка отходил на задний план. Саша всегда хорошо учился. Правда, после гибели родителей он на какое-то время забил на учебу, но потом понял, что теперь в жизни ему придется пробиваться самому и снова взялся за ум. Он быстро стал отличником в школе, где занимались воспитанники детского дома.
Но поскольку Саша помогал и другим ребятам, а тем, кому помочь было нельзя – давал списывать – его не дразнили «ботаником», а наоборот, старались с ним подружиться. Это помогло парню окончательно влиться в коллектив.
Рита, когда пошла в школу, тоже оказалась способной девочкой. Она не блистала по всем предметам, но некоторые науки давались ей на удивление хорошо. Ее посылали на олимпиады по русскому и английскому языкам. Учительницы советовали Рите идти дальше по этой части.
— Может, переводчицей где устроишься, будешь с иностранцами общаться, начнется у тебя совсем другая жизнь. Или хоть в развивающий центр попадешь, станешь ребятишек английскому языку учить, будешь неплохо зарабатывать…
Рита не говорила ни да, ни нет. Она вообще была молчаливой. Все так же ходила за Юркой, а к Саше относилась по-дружески, но только. В восьмом классе она вдруг неожиданно похорошела почти до неприличия, стала настоящей красавицей, на нее теперь уже и на улице оглядывались. Но ей не нужен был никто, кроме Юрки.
С этой поры в Риту стали влюбляться мальчишки из детского дома. Они были готовы на все ради нее, и теперь уже не только Юрка, но и Саша защищали девушку от поклонников, которые были готовы ради нее хоть по карнизу пройти, хоть со второго этажа спрыгнуть.
А Юрка начал воровать. Материнская кровь в нем все-таки проявилась. Связался с какими-то отморозками. То киоск обчистят, то кошелек у прохожего незаметно вытащат или срежут у девушки сумочку с плеча.
Причем самому Юрке вроде бы ничего не было нужно. Свою долю от краденного ин использовал на то, чтобы побаловать Риту. Покупал ей шоколадки и всякие мелочи – заколки, духи, туфельки… Что поднималось тогда в детском доме!
