- Зайду, не против? Или предпочитаешь, чтобы тебя вызвали?
Взгляд Рафаэллы всегда был странным, так, наверное бы смотрела домашняя кошка, у которой ее хозяева - домочадцы вдруг чудесным образом уменьшились во много раз, став не больше мыши. И кошка никак не может решить для себя - она теперь хозяйка? Или все-таки нет… Настороженно-острый, хищный, но все-таки осторожный взгляд раскосых, непроницаемо-черных глаз второй Матери касался тела и лица, как будто щупальцами, шарил, искал чего-то, и было непонятно, находил ли. Джемма стянула на шее почти не ощутимую, легкую, как воздух ткань халатика, кивнула
- Конечно, не против. Заходи.
Джемма понимала, что разрешение Рафаэлле совершенно не требуется, надо ей - зайдет, не спрашивая, но тоже сыграла в эту игру, Мать спросила - она разрешила.
Рафаэлла вошла, вернее прокралась в комнату Джеммы, у ее тела длинного, изящного, точеного была грация хищного зверя, и даже запах, который она принесла с собой был хищным. Так пахнет, наверное, в диких джунглях - влажной пряной травой, пьяной росой и кровью. Джемма поставила второй стул к своему изысканному журнальному столику, постояла, пока Мать не сядет, села сама. Рафаэлла долгим, колючим взглядом потрогала ее лицо, потом поправила выбившиеся волосы, вздохнула.
- Татта наговорила тебе, я думаю, всякого. Слишком много ей позволяет Великая Мать, распустила девочку. Ты поверила всему, говори?
Джемма молчала, опустив веки. и соглашаться и отрицать было бы глупо, у Рафаэллы на все было всегда свое мнение, изменить его еще не удавалось никому.
- Ну да. Поверила… Впрочем, это неважно, мнение и желание твое, конечно, учтется, но Мать окончательное решение примет сама. Ты мне вот что скажи…
Рафаэлла вытащила небольшой, тонкий, как бумажный лист, планшетик, потрогала длинными тонкими пальцами экран, напряженно свела темные брови, а потом насмешливо улыбнулась, снова вцепившись взглядом в лицо Джеммы
- Ты и вправду чувствуешь запах Заката? Это мало кому дано… И как он пахнет?
Джемма осторожно посмотрела на Мать. От нее можно было джать чего угодно, говорить ей правду было опасно, а врать бессмысленно
- Да. Он пахнет чем-то от чего сводит внутри.
Рафаэлла снова усмехнулась, встала, подошла поближе, потянула Джемму за локоть, заставив приподняться, и горячей маленькой ладонью провела по ее животу.
-Так?
Джемму скрутило жгутом от непривычного, острого, больного ощущения, она отпрянула, отбежала к окну
- Так… Ну да. Илария, как всегда права. Тебя не успокоить и не переделать. Ты переходная по сути. Думаю Великая это тоже поймет. А пока - вот!
Джемма только сейчас заметила, что Рафаэлла пришла не с пустыми руками. Она принесла маленький чемоданчик, плоский, пластиковый, глянцевый. Щелкнув блестящим замочком, она выложила на стол штук десять стеклянных баночек с разноцветными таблетками, длинную косметичку из блестящей ткани и такой же планшет, как у нее, только поменьше.
- Завтра к тебе придет инструктор, ты будешь учиться быть не рабочей лошадью, а истинной женщиной. В планшете закачено кое-что для тебя - немного приоткроешь завесу над нашей жизнью. А таблетки будешь пить по инструкции, она тоже закачана отдельным файлом, пропускать нельзя - это важно. У тебя пять дней. За это время ты не будешь выходить из комнаты, не будешь работать, готовься. На пятый день пойдешь к Великой Матери. Но думаю, решение уже ясно.
Джемма с опаской открыла косметичку, но там не лежало ничего страшного. Просто косметика - крем, тушь, помада, еще какие-то флакончики, целый арсенал.
- Рафаэлла… А ты как думаешь? Куда меня отправят?
Рафаэлла потянулась, как хищная кошка, выгнула спину, Джемме даже показалось, что она мурлыкнула
- Можешь даже не сомневаться. Ты рождена переходной.
…
Девочкам не разрешалось держать открытыми занавески в ночное время, еще до заката они должны были их задернуть, переждать, и лишь потом открыть, при желании ненадолго. Но перед сном опять закрыть - чтобы Рассвет не прокрался в открытые окна. Джемма часто не принимала во внимание этот запрет, но сейчас не решилась ослушаться. И сквозь закрытые плотную, как сукно, ткань не проникали ни звуки, ни свет, поэтому она даже не проснулась, когда там, с другой стороны окна зашебуршились. И уже, когда круглая, как шар, одышливая Мадлен вкатилась к ней в комнату, Джемма почувствовала себя застигнутой врасплох. Но Мадлен быстро изменила вокруг себя ситуацию, ее ясный, спокойный, всегда жизнерадостный голос развеял неловкость, и Джемма облегченно вздохнула.
- Ну что? Узница совести? Попалась? Ну ничего, не тушуйся, закрытая дверь позади всегда означает открытую впереди. Смотри-ка, что я принесла!
Мадлен шарахнула на стол здоровенную корзинку, из которой хитро торчало горлышко шампанского.
- Там еще пирожные и конфеты. У нас с тобой четыре дня свободы и беспредела. Так что - вперед!
Джемма залпом махнула бокал шампанского и вдруг поняла, как прекрасны и точны слова инструкторши. Дверь впереди зазывно приоткрылась. И то, что было за ней и пугало и тянуло.
…
- Переходные, птичка моя - это не просто выросшие яйцеклетки, как мы тут все. Это другое! Я всего тебе объяснить не смогу, мне это не разрешено, но ты должна понять главное. Ты станешь другой. Функция твоя пока будет заключаться в сопровождении вновь родившихся ТУДА. Ты будешь их провожать и передавать с рук на руки. Но фикус в том, что ты будешь общаться с ТЕМИ. А это уже иной уровень. Смотри!
Мадлен аккуратно зачесала назад волосы Джеммы, закрутила их на затылке затейливым узлом, потом чуть подтянула белокурые локоны, заставив выбиться двум шелковистым кудряшкам у висков. Потом поколдовала с ее лицом, сунула ей зеркало. И оттуда на Джемму глянуло совершенно незнакомое лицо - яркое, красивое, нежное.
- Это я слегка. Потом ты поймешь, как надо, и поймешь почему это надо. И вот!
Мадлен чуть тронула стеклянной палочкой кожу Джеммы за ушами и у ключиц, и ее окутал аромат счастья - запах иного мира.
- Лишь чуть-чуть! Молекулы... На ощущениях. Те, которые будут вас встречать не любят чрезмерности. Этому надо учиться. Тем более, что вновь родившихся к переходу тоже готовят переходные.
Через пять дней Джемма по-прежнему так ничего толком и не поняла. Но она стала другой. У нее изменилась походка, изменился взгляд, кожа волосы. И даже запах… В чистом, легком аромате ее тела стал вплетаться запах Заката.