28 июля 1958 года в Москве прошло торжественное открытие памятника Владимиру Маяковскому. Скульптор Александр Кибальников шесть лет работал над монументом, знакомым всем любителям покачаться на качелях на Триумфальной площади. По этому случаю (а еще чтобы уважить любимого юбиляра) перечитываем заметки поэта в журнале «Новый ЛЕФ».
«Новый ЛЕФ», 1927, № 4
Я собрал около 7000 записок, поданных мне на лекциях за последнее полугодие. Записки разбираем, систематизируем и выпустим книгу универсальных ответов. Пока общее правило:
Публика первых рядов платных выступлений больше всего жалуется, что «ЛЕФ не понятен рабочим и крестьянам».
С одним таким я вступил, смущаясь, в долгие объяснения. Меня одобрили с галерки: «Да что вы с ним болтаете, это крупье из местного казино!» Крупье имел бесплатное место в театре, так как эти два учреждения часто селятся рядом.
Зато в Ростове-на-Дону, выступая в ленинских мастерских перед 800 рабочими, я не получил ни одной не понимающей записки.
Проголосовали:
— Все ли понимают?
— Кто нет? Одиннадцать.
— Всем ли нравится?
— Кому нет? Одному.
— Остальным, которые и не понимают, и тем нравится?
— И тем.
— А кто этот стихоустойчивый один?
— Наш библиотекарь.
«Новый ЛЕФ», 1927, № 4
В поездках по провинции видишь и читаешь многое, обычно не попадающееся. Например, крестьянский литературно-общественный журнал «Жернов» № 8. А в нем статья тов. Деева-Хомяковского «Против упадочничества».
В ней есть такое:
— Характерно письмо одного и не плохо пишущего товарища из крестьян Гомельской губернии:
«Я усиленно работаю над собой, но мне никак не удается хотя краем уха пролезть в такие журналы, как "Красная Нива", "Новый Мир", "Красная Новь". Послал «прохвостам» ряд своих лучших стихов, но, увы, даже ответа не получил. Писал запрос, просил слезно «отеческий» ответ, но ничего не слышно. Вот, товарищи, бывают минуты отчаяния, и тогда на все смотришь не глазами пролетариата, а глазами озорными и забиякой сорванцом. Везде в журналах печатаются только "свои", только тот, кто у "печки". Печатают всякий хлам и шлют его нам в деревню».
ЛЕФ, конечно, против грубого тона, но по существу это, конечно, правильно.
«Новый ЛЕФ», 1927, № 6
Я всегда думал, что Лубянский проезд, на котором «Новый ЛЕФ» и в котором я живу, назовут-таки в конце концов проездом Маяковского. Пока что выходит не так.
«Новый ЛЕФ», 1927, № 6
Стихи тоже странные пишут. Товарищ Малахов передал через меня Асееву книгу стихов «Песни у перевоза». Когда я вижу книгу — нет Асеева, когда есть Асеев — нет книги. Пока что книга живет у меня. Жалко мне Асеева — краду у него веселые минуты, а в книге есть что почитать. Например:
Никогда, похоже, не забудешь
Черные ресницы впереди...
Впереди? Это что ж, в отличие от ресниц сзади?