Начало тут.
По заголовку статьи понятно, что было дальше.
Мы приехали в городок, где жил Костик, в 7 утра. Моросил дождик, было прохладно. Это после +28 и палящего солнца у нас дома. Ну да ладно, мы здесь не задержимся. Добрались до детского дома, я подписала необходимые документы, разбудили Костика и двинулись в путь.
Он вел себя сдержанно, в основном молчал. Но с надеждой спросил, продаются ли на вокзале чебуреки. Сказал, что любил их, когда жил в семье.
В детский дом он попал в пять лет. Потом его взяла под опеку хорошая семья и он жил с ними почти три года. У него появилась сестренка, тоже из детского дома. А потом биологическая мама очнулась и забрала его обратно. Через пару лет мама умерла. Во сне. Просто все проснулись утром, кроме нее. Снова детский дом. А пока он жил с родной мамой, в семье его опекунов произошла трагедия - там от рака умерла мама. Так он остался без двух мам.
Удивительно чистый и искренний ребенок. Он не стал корчить из себя послушного мальчика, и на самом деле это здорово.
Обычно сначала бывает "медовый месяц", а потом дети начинают расслабляться и прощупывать границы, не буду об этом. Но в нашем случае все произошло сразу, с первого дня. Костик привык рассчитывать только на себя и решать все сам, поэтому сразу начал воспитывать сына, а местами и меня. И если я понимала, что это нормальное и предсказуемое поведение, то сын с этим так и не смирился. Он превратился в фурию, готовую сожрать всякого, кто переступит его границы. Эти двое препирались бесконечно. Даже в парке аттракционов о том, кто куда сядет. Даже за то, чем убрать муку, которая просыпалась, когда они вдвоем готовили блины. О том, какой мульт мы будем смотреть, каким шагом пойдем и сколько времени проведем на улице.
Я постоянно находилась между ними, как судья. Увещевала обоих, отдельно говорила с каждым. Компромиссов не было. Костик не слышал, мой сын показывал зубы. Я впервые увидела, как мой сын отстаивает свои границы. В общем-то я была этому рада, но мне стало страшно от того, КАК он это делал. Каждый вечер мы подолгу с ним говорили, но он был непреклонен. В один из вечеров его начало тошнить - это бывает с ним из-за эмоциональных потрясений.
И я сдалась. Я поняла, что тут бороться я не стану. Внутри свербило "ты же справишься, надо потерпеть", но я прервала этот эксперимент. Да, я четко видела план действий, все и правда должно было наладиться через год-два-три, события разворачивались "хрестоматийно", но я струсила. Во второй раз. Я испугалась за сына.
Мы ничего не обещали Костику, когда ехали к нам. Он ехал в гости. Мы не были первой семьей, у которых он побывал. Поэтому угрызений совести у меня нет. Он провел у нас неделю, временами было весело, а потом он вернулся в детский дом и поехал в лагерь. Как я объяснила ему причины возвращения? Попыталась донести, что жить в состоянии войны неправильно. Было больно, когда он ответил: "Я все вытерплю, можете вообще молчать со мной и игнорить меня, только не везите меня в детдом". И тут я впервые в жизни сказала кому-то, что иногда терпеть нельзя. Нельзя терпеть плохое отношение к себе, нельзя терпеть несчастье. Мы посланы на землю для того, чтобы быть счастливыми. И ты обязательно найдешь людей, с которыми тебе будет хорошо. Только не терпи, а ищи тех, с кем ты будешь дома. Я очень надеюсь, что эта поездка ему поможет перестать отказывать семьям, которые хотят с ним познакомиться. Теперь он хочет в семью, пусть всё сложится благополучно.
Расстались очень мирно, обнялись, сейчас переписываемся по мессенджеру. Не сложилось. Но опыт получен, замечательный опыт для каждого из нас.
Что дальше, я не знаю. Где-то есть ребенок, который по духу и темпераменту совпадет с нами. Пока что всё поставлено на паузу. Такие дела.
