Крупнейшая трагедия в истории советского Военно-морского флота произошла 11 января 1962 года в городе Полярный Мурманской области. На стоявшей у пирса подводной лодке Б-37 вследствие пожара взорвалось 11 боевых торпед. Погибли 122 человека: части экипажей Б-37 и стоявшей рядом С-350, и находившийся на пирсе персонал торпедно-технической базы. Расследование взял под личный контроль Первый секретарь ЦК КПСС Хрущёв.
Точную причину пожара установить не удалось. Но виновный был назначен ещё до подъёма затонувшей лодки и проведения всех необходимых экспертиз: командир подлодки капитан 2 ранга Бегеба Анатолий Степанович. Который, как водится, «не обеспечил», «халатно отнёсся», «в нарушение устава», ну и так далее, формулировки стандартные.
Это устраивало всех руководителей, поскольку речь не шла о каких-либо системных нарушениях на флоте, а человеческим фактором объяснить можно всё. Председатель Госкомиссии по разбору ЧП Главком ВМФ Сергей Горшков высказался однозначно: «Бегеба должен сесть». До Хрущёва тоже довели, что виновный установлен и отдан под трибунал.
Председателем военного трибунала Северного флота был полковник юстиции Титов Фёдор Дмитриевич. Мнение высшего руководства до него, естественно, довели. Оставалось только во всём согласиться с прокурором флота и установить срок заключения виновному по статье 260 УК РСФСР «Злоупотребление властью или бездействие». Однако чем дальше вникал в это дело судья, тем больше убеждался в невиновности командира подлодки.
Отправной точкой трагедии стала загрузка на лодку торпед с просроченным на два года сроком службы – в то время, когда Бегеба был в отпуске. Лучшее вооружение поставили тогда на лодки, ушедшие к берегам Кубы. А оставшуюся некондицию сгрузили на прочие плавсредства. Когда командир вышел на службу, ему доложили об этом. Сделать он уже ничего не мог, но когда командование приказало довести давление в торпедах до полного, Бегеба добился, чтобы командир бригады подводных лодок дал на это письменное указание.
По наиболее вероятной версии, из-за избыточного давления лопнул кислородный резервуар одной из торпед – перед пожаром услышали громкий хлопок. В результате смешения вырвавшегося наружу кислорода и смазки произошло возгорание, затем пожар и детонация боезапаса.
Действия командира подлодки во время пожара были признаны трибуналом правильными. Изложенные обвинением факты халатности, разгильдяйства или несоблюдения устава не подтвердились. Суд также принял во внимание положительные характеристики офицера, отсутствие взысканий и соблюдение всех регламентных процедур, касаемых поддержания живучести судна. Приговором от 22 июня 1962 года капитан 2 ранга Бегеба был оправдан.
Всем присутствующим в зале показалось, что они ослышались. Такого никто не ожидал. Прокурор флота немедленно бросился на катере в Североморск, чтобы доложить о случившемся командующему Северным флотом Владимиру Касатонову и Генпрокурору СССР.
На следующее утро Титов был уже в кабинете у адмирала Касатонова, который отчитывал его, не выбирая выражений. Сыпались обвинения, угрозы, обещания добиться завершения дела обвинительным приговором. В конце концов, Фёдор Дмитриевич не выдержал и напомнил, что он служит не адмиралу, а правосудию.
Приговор был обжалован прокурором флота. В этот же день Титову позвонил председатель Военной коллегии Верховного Суда Виктор Борисоглебский и попросил подробно изложить причины оправдания подсудимого. Ещё через несколько дней с такой же просьбой позвонил юрист из приёмной Хрущёва. После беседы он сказал, что из Генпрокуратуры поступили несколько иные сведения, и попросил прислать копию приговора.
23 августа 1962 года кассационный протест прокурора Северного флота был отклонён, оправдательный приговор оставлен в силе. Анатолий Бегеба был списан на берег и назначен преподавателем тактики в Бакинском военно-морском училище. В установленные сроки он получил очередное воинское звание и вышел в запас капитаном 1 ранга. 23 февраля 1963 года Фёдор Титов получил звание генерал-майора юстиции, а ещё через полгода – повышение в должности.
Бесстрашная девушка, которая воевала на штурмовике Ил-2 и стала Героем Советского Союза
"Молодо – не зелено". Как Военный трибунал избежал высшей меры для будущего маршала
Также Вы можете почитать истории, рассказанные служившим в годы войны секретарём Военного трибунала:
- о выявленном "оборотне" среди своих;
- о дорожном происшествии, повлекшем трагические небоевые потери;
- как должностные лица недобросовестно отнеслись к исполнению приговора.