- Лучик!
Они остановились на бегу. Девочка вынула руку из Сашиной ладони и радостно воскликнула.
- Игнат!
Высокий парнишка, по виду чуть старше Сашки, смотрел на Лучию так, что внутри у мальчика всколыхнулось новое неприятное, волнующее чувство. Он нахмурился.
- Ты идёшь?
- Подожди. Знакомьтесь. Это Игнат. Помнишь, я тебе говорила? А это Саша. Он в этом году первый раз сюда приехал.
Парнишка неохотно, как показалось Саше, протянул руку. Мальчик так же неохотно ответил на рукопожатие.
- Идём с нами, Игнат. Тут такое произошло!
Лучик принялась торопливо рассказывать приятелю о раненой собаке. Саша, не дожидаясь, продолжил прерванный путь. Ребята поспешили за ним.
В сарае после яркого летнего солнца было темно. Дети постояли, привыкая к темноте и прислушиваясь.
- Похоже, здесь никого. - Саша огляделся. - Может быть, всё же не было никаких щенков.
- Но Матвей Иванович сказал, что были. - Лучия с надеждой всматривалась в дальние углы.
- Значит, не здесь. - Заупрямился Санька.
- Она сюда убегала, Саня. Понимаешь, сюда. - Девочка расстроенно покачала головой.
Игнат молча осматривал сарай по периметру, не вмешиваясь в их разговор. Задержался в одном из углов, встал.
- Идёмте, здесь нет никого.
- Игнат? - Лучик настороженно посмотрела на него. - Что там?
- Ничего, идёмте.
- Я вижу, когда ты врёшь. - Лучия смотрела укоризненно и обиженно.
- Лучик, тебе не надо смотреть. - Тихо ответил Игнат и потянул девочку к выходу.
- А почему ты решаешь за неё? - Саша резко повернулся к нему. - Она что, твоя собственность?
Ему было обидно. Чего этот Игнат припёрся сюда. Они бы прекрасно обошлись и без него. Ведь всё было так хорошо.
- Я не хочу, чтобы ей было больно. - Игнат нахмурился. - Сам посмотри.
Саша сделал равнодушное лицо и шагнул туда, откуда его новый знакомый так настойчиво пытался увести Лучика. От увиденного сначала растерялся, потом побледнел. То, что этих двоих малышей было уже не оживить, стало понятно с первой секунды. Видимо, зверь добрался сначала до них, а мать пыталась защитить своих детёнышей. Саша отвернулся и встретился с полным ужаса взглядом девочки.
- Я же говорил, что ей не надо этого видеть.
Игнат взял Лучию за плечи и повёл к выходу из сарая. Санька, надувшись, смотрел им вслед. Говорил он, подумаешь. Умный какой. Как будто они дети малые, и без его указаний ничего не смогут. Он постоял ещё немного и решил уже догонять ребят, как вдруг услышал слабый ноющий звук. Показалось? Мальчик прислушался. Тихо. Сделал ещё шаг к двери сарая. Звук повторился. Совсем негромко. Он шёл откуда-то снизу.
Санька опустился на четвереньки. У стены под полуоторванной доской как будто шевельнулось что-то. Затаив дыхание, Саша с усилием приподнял деревяшку и едва не вскрикнул. Под ней слабо копошился и тыкался в доски тупой мордочкой крохотный щенок. Третий, единственный, кто уцелел в той страшной звериной бойне. Дрожащими руками мальчик вытащил малыша.
- Надо их похоронить. - В сарай вернулся Игнат. Уставился на Сашку удивлённо. - Откуда он?
- Под доски забился. - Независимо пояснил Саша. - Где Лучик?
- Там. Во дворе.
Он отодвинул Игната плечом и молча вышел наружу. Лучия сидела в траве, прислонившись спиной к забору и смотрела на божью коровку, преодолевающую долгий путь по большому листу лопуха.
- Лучик, смотри.
Сашка бережно положил щенка ей на колени.
- Ой. - Она осторожно дотронулась до грязной шерстки. - Живой?
- Живой. - Подтвердил Санька. - Ты подожди, я сейчас.
Он вернулся в сарай. Вдвоём с Игнатом они закопали то, что осталось от несчастных щенков, за всё время не сказав друг другу ни слова.
Так же молча дошли до дома с коричневой крышей.
- Вон оно как. - Вздохнул ветеринар, выслушав ребят. - Мать, она до последнего вздоха мать. Так, братцы, смотрите. Около двух недель ему, видите, глазки открывать начал. Это хорошо. Первый свой иммунитет он от матери получил. Сейчас напишу, в каких пропорциях молоко разводить, что добавлять. И приспособление для кормления соорудим. Внимания такому малышу нужно много. Кормить придётся поначалу каждые три часа, потом пять-шесть раз в сутки. Терпения-то хватит у вас?
- Я его заберу. - Кивнул Игнат. - Всё равно почти весь день дома сижу.
- А чего ж так? - Улыбнулся Матвей Иванович.
- Игнат книги читает, не оторвать. - Пояснила Лучия. - Я его на улицу еле вытаскиваю.
- Книги - дело хорошее. Кто книги читает, тот много знает. - Одобрительно кивнул ветеринар.
- Пустая трата времени. - Саша презрительно пожал плечами. - Сейчас всё, что угодно, за минуту можно в интернете найти.
- Ага. - Негромко заметила Лучик. - Особенно, когда интернета нет.
- При чём здесь это? - Игнат удивлённо посмотрел на Саньку. - Я не только для пользы читаю. Мне просто интересно. Читать - это ведь, как фильм смотреть, только лучше, потому что всегда можно представить себе всё таким, как ты придумал. И всё видишь не так, как тебе стараются навязать, а так, как ты понимаешь сам.
Саша закатил глаза. Ну, вот, что он задаётся? Выпендривается перед Лучиком, строит из себя такого образованного.
- Щенка я возьму. - Решительно заявил он. - Если Лучик не захочет.
- Я хочу, но папа не разрешит. Он вообще против животных в доме. - Грустно призналась девочка. - А я их так люблю.
- Значит, будешь приходить ко мне, и вместе будем за ним ухаживать. - Весело предложил Санька.
- Подожди. - Игнат нахмурился. - Это ведь не развлечение. Это ответственность.
- Если ты не забыл, это я его нашёл! - Возмутился Саша. - И потом, у моей бабушки молоко козье есть и яйца свежие.
- У бабушки. - Вздохнул Игнат. - А потом ты наиграешься, и кто будет заниматься щенком? Опять бабушка?
- А ты, значит, не наиграешься?! - Вскинулся Сашка. - Ты, блин, такой серьёзный со своими книжечками! А остальные, типа, лохи.
- Вот что! - Мальчики только сейчас заметили, как сурово сошлись у переносицы седые брови старого врача. - Отправляйтесь-ка вы, дети, по домам. Щенка я вам сейчас не отдам. Простите великодушно, но доверить не могу. Захотите помочь, милости прошу. Но только помочь, а не свару устраивать.
Он забрал малыша и скрылся за дверью дома.
- Эх вы! - Лучик перевела взгляд с одного мальчика на другого. - Правильно, что Матвей Иванович щенка забрал.
Она развернулась и пошла по тропинке от дома.
- Лучик! - Игнат вскочил. - Я провожу.
- Не ходите за мной никто! - В голосе девочки послышались слёзы. - Раз не умеете дружить нормально.
Игнат пожал плечами и отправился к себе, даже не взглянув в Сашину сторону.
* * * * *
Домой Санька вернулся в отвратительном расположении духа. А тут ещё, как назло, позвонила мама со своим вечным "Как ты, сынок?"
Разговаривать не хотелось. Он выплеснул своё раздражение несколькими едкими фразами, заявив, что у всех лето, как лето, а он вынужден сидеть в какой-то глуши без интернета и нормальных людей рядом. И что, если они хотели сделать ему, как можно хуже, то им с отцом это удалось.
- Зачем ты так, Саня? - Бабушка, слышавшая эту гневную тираду, не промолчала. - Родители любят тебя.
- Я заметил! - Крикнул он. - Да им на меня наплевать. Избавились, и рады!
- Ты что, соколик? - Бабушка заглянула ему в глаза. - Разве ты сейчас говоришь? Обида твоя. Обидел кто?
- Никто меня не обижал! Лезут все! И ты! Тебе что надо? Ты меня взяла, чтобы отец к тебе приехал, да? Что, так не приезжает?
Бабушка посмотрела на Саньку долгим, совсем не сердитым, взглядом, и молча вышла. А ему вдруг стало так тошно и одиноко, хоть плачь. Внутри образовалась пустота, словно выпустили воздух из детского воздушного шарика. Он встал, вышел за калитку и побрёл по дороге к реке.
Проходя мимо дома Матвея Ивановича, замешкался. Зайти? Но было стыдно за недавнюю ссору с Игнатом и очень тяжело на душе. Санька шёл бесцельно и медленно, как вдруг заметил среди луговых трав знакомые рыжие прядки.
- Лучик?
- Ты чего здесь? - Ответила она вопросом на вопрос.
- Просто. - Потупился он. И признался. - Гадко как-то внутри. Как будто лягушку проглотил.
- А ты глотал лягушек?
Прозвучало это слегка насмешливо, и Санька вздохнул с облегчением. Не сердится. В руках Лучии он заметил букет из синих цветов и сказал, просто, чтобы не молчать.
- Можно ромашек добавить. Будет красиво.
Она помотала головой.
- Это особенный букет. Не понял?
Он понял сразу и снова нахмурился.
- Игнату?
- Ты глупый? - Без всякого раздражения спросила девочка. - Ему-то за что? Это для Матвея Ивановича. Как благодарность за помощь. Ну, и извинение тоже.
- Помочь?
- Да я уже почти всё.
- Тогда ещё два надо. - Деловито сообщил Саня.
Лучик удивлённо подняла рыжие брови.
- И когда ты только успел?
- Что? Столько натворить? - Сашка вздохнул. - Мне, Лучик, если честно, половину луга оборвать надо, чтобы что-то исправить. Но надо же с чего-то начинать.
Она засмеялась. Смех этот, такой же золотистый, как её веснушки, искорками заныривал внутрь него, заставляя смущённо морщиться и улыбаться одновременно.
- Тогда уж я тебе помогу.
Они вдвоём принялись собирать цветы. Когда букеты были готовы, Сашка протянул один из них девочке.
- Прости меня, Лучик.
Она смутилась. Прижала букетик к груди и спросила лукаво.
- А второй? Игнату?
- Ему-то за что? - В тон девочке отозвался он. - Я ещё одного человека обидел. Ни за что.
Поравнявшись с домом ветеринара, они тихонько тронули калитку, переглянулись. Девочка, словно настоящий лучик, бесшумно проскользнула во двор и, оставив букет на крыльце, вернулась обратно.
- Куда теперь?
- Ко мне. - Саша вздохнул. - С бабушкой тебя познакомлю.
Когда подошли к калитке, Лучик спросила.
- Тоже прятаться будем?
Санька мотнул головой. Бабушка во дворе перебирала крыжовник. Отдельные, самые крупные янтарные ягоды откладывала в небольшую красную мисочку. Он подошёл, положил букет на стол, присел на корточки и, заглянув снизу вверх Евдокие Васильевне в глаза, попросил.
- Прости, пожалуйста.
Лучия во все глаза смотрела на мальчика. Сашка встал и независимо, с деланым равнодушием, сообщил.
- Бабушка, это Лучик.
Евдокия Васильевна встала, бережно взяла букет и поднялась на крыльцо.
- Руки мойте. Кормить вас буду.
И хоть сказано было суховато, девочка заметила, что глаза Саниной бабушки улыбаются, а морщинки, собравшиеся на лбу, разгладились. Лучик замотала было головой, но Сашка уже тащил её к умывальнику.
На покрытом домотканой скатертью столе в белом кувшине стоял букет синих васильков, блестел боками в красной миске спелый желтоватый крыжовник. Евдокия Васильевна поставила перед детьми тарелки с зелёными щами, щедро сдобрила сметаной, придвинула доску с нарезанным крупными ломтями серым ноздреватым хлебом.
- Ложки берите, ешьте и рассказывайте, что натворили.
Пока они, перебивая друг друга, рассказывали о событиях минувшего утра, слушала, добавляя на стол то блюдо с отварным рассыпчатым картофелем, то пахнущие укропом и смородиновыми листьями да чесноком малосольные огурцы.
- Вот что. - Решила, выслушав детей. - Несите кутёнка своего сюда. Матвею Ивановичу скажете, я разрешила. И Игната не забудьте позвать. Негоже дружбу из-за ерунды ломать. Дом большой, места всем хватит, приходите, когда захочется.
Дети переглянулись.
- Ну, что застыли? Посуду сама уберу. Бегите.
- Спасибо.
- Спасибо, бабушка, мы сейчас.
Две головы, рыжая и тёмно-русая мелькнули за калиткой. На столе остался лежать забытый второпях смартфон. Евдокия Васильевна усмехнулась, бережно обтёрла его полотенцем и осторожно положила Саньке на кровать.
Продолжение следует... часть 5
(Если сегодня ссылка не активна, то следующая часть будет опубликована завтра. Спасибо за понимание!)
--------------------------------------------------------------------------------------НАЧАЛО ИСТОРИИ