- Знаете, - начал Володя, едва они с Соней отошли от калитки, - я никогда не встречал таких, как вы. Когда вы начали просить, чтобы Светлану Григорьевну отдали вам, я даже сначала растерялся. Думал, может быть это часть ее плана, о котором она мне не сказала. Только по тому, как она начала качать головой понял, что эта ваша инициатива. Взять постороннего пожилого человека к себе, только чтобы его не сдали в интернат! И Марину вы приютили.
- А вы давно знаете Светлану Григорьевну?
- С детства. Моя бабушка работала на том же заводе, что и Светлана Григорьевна с мужем, в пищеблоке. А потом пошла к ним в дом помощницей по хозяйству. Позже на ее место пришла мама. Я крутился рядом, помогал в саду. Светлана Григорьевна меня отправила учиться, взяла на работу. Я ее очень люблю и уважаю. Счастлив работать с ней.
- А это правда, что она хочет взять меня на работу.
- Да. Разрешите пригласить вас в ресторан. За обедом или ужином я расскажу вам о нашем медицинском центре, да и о заводах.
Володя звонил каждый день, приглашал на свидания. Соня чувствовала себя совершенно счастливой.
Она уже поняла, что делом Марины занимается служба безопасности бабы Светы, а Володя всего лишь передал информацию...
- Завтра жди в гости, - сказал он через две недели. – Информация по Вере получена. Надо решить, что делать дальше.
- Вы действительно Вера Игнатовна Архипова, - Володя положил перед Мариной фотографии полноватой жизнерадостной женщины с короткой задорной стрижкой.
А Марина неожиданно вспомнила, как много лет боролась с лишним весом, но он не уходил. Даже диеты не особо помогали. А за время, проведенное в психушке, вес ушел сам собой.
- К моменту, когда ваша мама встретила вашего отчима, с вашим отцом они отдалились друг от друга. Он не стал препятствовать разводу и вашему отъезду в Москву. А чуть позже познакомился с Лидой. Она была в тяжелой ситуации. Ее муж, скорее всего, страдал каким-то психическим расстройством. Спокойные периоды сочетались с периодами агрессии. Он поднимал руку на Лиду и на детей. Она даже заявления писала, потом забирала, и все начиналось с начала. Потом она познакомилась с вашим отцом. Он убедил ее уйти от мужа. Поселил у себя – он часто бывал в командировках. Помог развестись. А потом у них начались отношения, они поженились. Дети Лиды, Дима и Олеся, очень тепло относились к вашему отцу. Все подружились. Вы с мамой приезжали в гости, ваш отец с Лидой и ее детьми ездили к вам. Вы очень дружили с Димой, хотя он был на два года моложе. Он с юности мечтал стать психиатром, вылечить отца или, по крайней мере понять, что с ним. Ваша мама и ее отчим предложили Диме поступать в Москве и жить у вас. Сначала все было хорошо, но потом, судя по всему, он в вас влюбился, а вы его отвергли. Предпочли другого.
- Кирилл. Воскресенский, - вырвалось у Марины, а перед глазами встала жуткая сцена. – Мы с Кириллом встречались, я его полюбила. А о чувствах Димы даже не подозревала. Вернее, я его любила, как брата. Мы с Кириллом пришли домой и объявили, что хотим пожениться. Папа Витя, это мой отчим, принес вино. Мы выпили немного. А Дима начал пить прямо из горла. Потом впал в неописуемую ярость. Сначала он схватил нож и замахнулся на Кирилла. Тот попробовал перехватить руку, но Дима тут же повернулся ко мне. Оскорблял, орал, что я его соблазнила. В него будто зверь какой-то вселился. Папа Витя и Кирилл не могли вдвоем с ним справиться. Потом он попытался рассечь вены на руке, кричал, что покончит с собой и это будет на моей совести. В общем, его едва привели в чувства. Он на следующий день пришел ко мне, но вместо извинений стал признаваться в любви и звать замуж. Услышав отказ, ушел из дома, уехал домой.
Воспоминание кончилось. Но Марина поняла, что тот мужчина, который в ее воспоминании смеялся и говорил «Дайте ножик, дайте вилку, я зарежу мою милку» был ее женихом, Кириллом Воскресенским.
Продолжение следует.