Проснулась Таня рано, на часы, стоящие на белом комоде, падал яркий солнечный луч, освещая циферблат.
6:02 было на часах, и эти цифры для нее были такими родными: у любимого мужчины, который ушел от нее в одно мгновение день рождения был 6-го февраля.
-Знак? Или просто ситуация?
Ответа не последовало, Таня переключилась моментально на Бегемота, который услышав, что хозяйка проснулась, приподнял голову, лежа на полу.
Быстренько выпив кофе и покормив друга-соратника, она собрала пляжный набор и пошла на свой дикий пляж.
Несмотря на ранее утро, на улице уже сидела СоседкаБу, она с наслаждением курила сигареты, пахнущие кокосом и попивала неспешно кофе.
СоседкаБу отдыхала здесь каждое лето, она приезжала сюда в первых числах июня и уезжала только в сентябре.
Таня никогда не общалась с ней, все разговоры укладывались в рамки соседской вежливости.
До определенной поры у соседки не было никакого имени, но однажды, когда Бегемот был маленьким и озорным, соседка подскочила к нему, когда тот бегал с мячиком у моря, и громко воскликнула «Бу!»
Бегемот завизжал от неожиданности, соседка завизжала от его визга, Таня завизжала от испуга за собаку.
С тех пор нонейм соседка стала СоседкойБу.
Бегемот запомнил инцидент и обходил обидчицу стороной, едва увидев ее на улице.
Дорога к дикому пляжу была для Тани дорогой в сказку, как в детстве: тогда она с родителями всю дорогу от Москвы до Крыма испытывала восторг и неимоверную радость от скорого свидания с морем. И сейчас все то же: радость от встречи с волнами заполняла каждую ее клеточку, залечивая огромную рану.
Уже подходя к своему пляжу, она увидела вчерашнего мужчину, которого видела в ресторане с девочкой.
Он выходил из моря, правой рукой стягивая с лица очки для плавания.
Таня опешила. Это место исторически было ее пляжем и больше ничьим. Никогда сюда не приходил никто, кроме нее. И видеть здесь чужого человека было предательством!
Бегемот забежал вперед и оглянулся на хозяйку, словно ища ответа на вопрос: «Это что здесь такое, Тань?»
Таня встала, не в силах идти дальше, Бегемот тревожно всматривался в мужчину, не понимая что делать: кинуться на чужака и прогнать его, или обрадоваться ему?
Неожиданно он кинулся к мужчине, громко лая по пути, который стремительно сокращался между ними.
Таня растерянно молчала, а Бегемот, добежав до чужака, остановился и оглянулся на хозяйку.
-Здравствуйте, собака!
Мужчина стоял, не двигаясь, с любопытством смотрел на собаку и ее хозяйку.
-Вы почему пришли на мой пляж!? Это мой пляж! Никто и никогда сюда не приходит! Зачем вы здесь!?
Бегемот обнюхивал мокрые ноги чужака, будто ища ответ на вопрос хозяйки.
Обнюхав, завилял хвостом.
Вприпрыжку кинулся к Тане, будто одобряя гостя на их пляже.
-Здравствуйте, хозяйка пляжа!
Таня подошла к месту, где на гальке возле воды лежали аккуратно сложенные вещи мужчины, опустила рядом рюкзак, Бегемот лег рядом, обнюхивая чужую одежду.
Громко кричали чайки, пролетая над морем, было слышно, как волны разбивались о скалы. Таня услышала как бьется ее сердце и обрадовалась этому: живая, значит.
Они так и стояли напротив друг друга: мужчина в купальных шортах с очками в руке и Таня в желтом платье и белой шляпе.
Никто из них позже не мог вспомнить, кто первым начал разговор и какие первые слова были сказаны ими.
-Первый раз я оказался на этом пляже с мамой, мне было 8. И с тех пор я бывал здесь 2 раза, так что это и мой пляж.
Таня посчитала сколько же раз она была здесь: получилось больше 30-ти, она победила безоговорочно.
-А я приезжала сюда с родителями и их друзьями с совсем детских лет. Когда повзрослела, то каждый год приезжала и приезжаю сюда уже сама, теперь вот с Бегемотом.
Мужчина подошел к рюкзаку, достал бутылку холодной воды и протянул ее Тане.
Та открутила крышку и с благодарностью сделала пару глотков.
-Моя мама была геологом, она с друзьями каждый год ездила сюда. А я был всего два раза в их компании. Потом спортивные лагеря, сборы и Крым остался в прошлом.
Таня застыла с бутылкой холодной воды в руках, глядя на мужчину так, словно пытаясь разглядеть его в темноте.
—Ты Рома Шишкин, да!? Ты сын Светы Шишкиной?
Рома Шишкин кивнул, и как когда-то много лет назад, засмеялся хриплым смехом, запрокинув голову чуть назад, смешно закусил губу.
Таня тоже засмеялась, тем смехом рыжей конопатой девочки с косичкой до пояса, у которой вся жизнь впереди и нет ничего, кроме моря и каникул!