Если в Москве пасмурно, это может означать, что в город нагрянула автор канала «Любитель балета» с целью посмотреть воочию… правильно, очередной балет (так ей везет с погодой всегда). Выбор пал на нежный, но выживший цветок старого романтического балета – датскую «Сильфиду».
Над новой сценой Большого 24 июня нависало пасмурное небо, а на РАМТе зазывно красовался анонс «Летних балетных сезонов».
Прогулявшись до начала до Манежной площади, я зашла в театр.
В то утро главными героями представления были: Сильфида – Мария Виноградова, Джеймс – молодой (первый сезон в театре) Даниил Потапцев, Эффи – Станислава Постнова, Гурн – Павел Смирнов, Мэдж – Екатерина Беседина; дирижировал Павел Сорокин, обратили на себя мое положительное внимание декорации и костюмы Питера Фармера. Этот балет знаменитого Августа Бурнонвиля в редакции Йохана Кобборга идет в театре с 2008 года; то, что он «импортный» поневоле навевает по аналогии мысль, что прокатную лицензию могут не продлить и ему. Но не будем и грустном.
Спектакль прошел без приключений: то есть без падений, без грубых ошибок, без замен посреди спектакля и т. д. (что случается, в том числе и при не таких уж частых моих походах). Утренники – особое очарование: одежда большинства публики попроще, чем вечером, но она (публика) – заинтересованная и поддерживающая дебютанта, и клакеров обычно нет или мало. Место было хорошее, в амфитеатре за 3800 руб. (на новой сцене плохие места еще поискать).
Мария Виноградова – опытная ведущая солистка, в силу только кадровой политики не занимающая должность балерины, на нее смело можно брать билет. Точнейшие пор де бра, легкий прыжок, изящество поз, апломб продемонстрировала она в партии Сильфиды, в которой нет головокружительных сложностей техники, а есть сложность стиля и образа. И образ, как наверно это и должно быть в датской «Сильфиде», должен был не заслонять Джеймса.
Балетмейстер Бурнонвиль считал Джеймса главным героем балета (сам же и будучи первым его исполнителем в своей версии). Это – романтический юноша, который пытается существовать кроме неизбежного реального мира и в мире фантазии и мечты, но и там и там его ждет драма: желанный и недостижимый идеал гибнет от грубого прикосновения, а земную невесту потерять и того проще. Губит он его не сам – ему «помогает» обиженная им колдунья Мэдж.
Высокорослый дебютант Даниил Потапцев (выпускник академии Эйфмана) продемонстрировал достойную прыжковую технику, только пока не очень надежную, допустив пару огрех в пятую при приземлениях. Думается, техника еще окрепнет, но баллон уже есть, и перспективы видны. Молодость и приятная внешность могут заставить думать о будущих Ромео и других юных героях.
Если допустимо такое сравнение, то мужская партия тут технически сложнее женской. Поставлен же старый и умный балет так, что и хореографически видно, что Сильфида и Джеймс (высокая мечта и реальность?) несовместимы. Только перед самым надеванием шарфа их совместный танец обретает вдруг единство и гармонию, чтобы тут же были разорваны эти узы и погибла мечта от грубого прикосновения.
Просто очаровала меня Станислава Постнова в роли Эффи. В этой «каблучковой» партии немного танца, а много образа – земного, противопоставленного Сильфиде, но привлекательного для зрителя… и для неромантического героя Гурна (Павел Смирнов), к которому тоже претензий нет.
В выразительной, без чрезмерной броскости Мэдж (Екатерина Беседина) обратил на себя поневоле внимание и костюм и грим: в живописных легких лохмотьях, без разрисованности лица, Мэдж выглядит реальной загадочной старухой (может, ведьмой), а не ведьмой сразу, как при других гримах.
Герои на поклонах:
В своей «Сильфиде» Большой имеет очень достойный спектакль, и даже для любой аудитории: его два контрастных и недлинных акта динамичны и живы, раскрывают шотландский быт и загадочность леса, населенного сильфидами коротко, но емко. Это далеко не спектакль привычного Петипа: ему удалась переработка «Жизели», а вот переработка им «Сильфиды» не прижилась. Балет «Сильфида» – одиноко растущий цветок с уникальной судьбой, и настроение после него было совершенно особое. Есть жизнь в романтизме!
Видимо, этим мой очный балетный сезон и завершен. Почему я никак не схожу в Москве кроме Большого в театр Станиславского, например или куда еще, может спросить читающий меня не в первый раз. Ответ будет: да все собираюсь, и что-то не складывается, но когда-нибудь сложится, думаю. Лето – время ли для балета и театра, видимо, считают многие, публика собирается в театры трудно. А мне нравится ходить туда летом! Такой мимолетной надеждой и завершу рассказ.