Все награбленное было приказано вернуть и собрать вместе, чтобы разделить между ворами.
«И когда привезли добычу, которая была так богата и содержала такое богатство золота и серебра, и золотых тканей, и столько богатых драгоценностей, что диво было смотреть на великое богатство, которое привезли - никогда с тех пор, как мир был создан, не было такого большого богатства, или такого благородства, или такого великолепия, ни виденного, ни завоеванного - нет, ни во времена Александра, ни во времена Карла Великого, ни до, ни после. Я также не верю, насколько мне известно, что в пятидесяти самых богатых городах мира можно было бы найти столько богатства, сколько было найдено в Константинополе. Ибо греки также свидетельствовали, что две трети всех богатств мира находились в Константинополе, а другая треть была рассеяна по всему миру".
"Те же, которые должны были охранять это богатство, взяли золотые украшения и все, что хотели, и расхитили добычу. И из богачей каждый брал себе или драгоценности золотые, или шелковые ткани золотые, или что ему больше нравилось, и уносил. Таким образом они начали расхищать сокровища, так что ни среди простолюдинов, ни среди бедных рыцарей, ни среди воинов, которые все помогали завоевать их, не было сделано никакого раздела, за исключением только более грубого серебра, например, серебряных лоханей, которые городские дамы носили в баню. Все же остальные сокровища, которые осталось поделить, были унесены таким подлым образом, как я вам рассказывал; венецианцам же досталась их половина. Итак, драгоценные камни и все остальные большие сокровища, которые оставалось разделить, ушли такими подлыми путями, которые мы вам сейчас опишем".
Алтарь был увешан десятками серебряных и золотых светильников и уставлен канделябрами. Он был усыпан драгоценными камнями. На алтаре стояла знаменитая большая Библия, покрытая золотом, эмалью и драгоценными камнями. Алтарь также украшали десятки ручных и подвесных крестов из драгоценных металлов. Никетас Хониатс рассказывает, что киворий был сделан из чистейшего серебра, густо покрытого золотом, которое весило "многие десятки тысяч фунтов".
Где-то в святилище находился большой серебряный бассейн, называемый ленос, для смешивания евхаристического вина, который был украшен узором виноградной лозы.
После того как император причащался в Святой Софии, он завтракал в красной мантии с гостями, в южном нефе. Там же находился переносной императорский алтарь, который подносили к императору, когда он стоял у алтарной перегородки.
До 1204 года на Пасху золотые завесы кивория, а также алтарное покрывало, украшенное крестами и канделябры из святилища поднимались в Западную галерею и выставлялись на всеобщее обозрение. Императорские короны и другие золотые регалии тоже выставлялись на всеобщее обозрение.
После того, как алтарь в 1204 г. был разрушен крестоносцами, их преемникам, так называемым латинским императорам Константинополя, пришлось искать мраморные колонны, чтобы восстановить алтарь для использования в латинских католических службах. В письме папы Иннокентия III говорится, что новый латинский патриарх Фома Морозини взял мраморные колонны из церкви Анастасии "для украшения алтаря Святой Софии".
"Пахимерес рассказывает, что после возвращения Константинополя Византией в 1261 году император Михаил "восстановил в прежнем состоянии всю церковь [Святой Софии], которая была основательно перестроена итальянцами. Поставив во главе ее монаха Ручаса... он перестроил амвон и солею". Замечания Пахимера о том, что византийцам потребовалось перестроить амвон и солею, наводят на мысль, что латиняне могли построить хоровую перегородку, выступающую в неф, чтобы расширить пространство для духовенства и разместить хор. Возведение такого барьера могло потребовать использования мраморных колонн, плит и тому подобного, взятых из других церквей".