Глава одиннадцатая
Лавка портного
Марта, прихрамывая быстро удалялась от булочной. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в бордовые краски. Усилился ветер. Она взглянула наверх. Белые «барашки» быстро покидали небесное пастбище, а не смену им надвигались тяжёлые, тёмные тучи. «Только дождя не хватало». — Подумала наша героиня, ускорив шаг. Вскоре она свернула на широкую улицу. Безлюдную, будто все жители спешно покинули её, или надвигающая гроза прогнала их с насиженных мест. Слева пустовали навесы, лавки, бочки, заменяющие прилавки. Будто хитрый пёс налетел воздушный порыв. Толкнул Марту в спину, рванул и без того порванную юбку, и не добившись успеха, подскочил к одиноко стоящей корзине. Опрокинул её и погнал по мостовой, как будто наслаждаясь своеобразной забавой. Марта зябко передёрнула плечами, ускорив шаг. Неожиданно из противоположного угла вышли двое охранников.
Угрюмые лица. Коренастые. Глубоко посаженные глаза недобро взглянули на неё. Марта, почувствовав неладное, замерла, словно мышка, увидевшая огромную кошку. Она затравленно осмотрелась. В трёх шагах от неё виднелась дверь с нарисованной иглой и красной нитью, продетую сквозь швейное ушко. Марта подбежала к ней и толкнув, шмыгнула вовнутрь помещения.
Она оказалась в светлом зале. В углу стояли тряпочные манекены, наряженные в красивые платья. Посередине на возвышении находился ещё один, вокруг него суетились двое портных.
— Сюда лучше сиреневую ленту! — распорядился старичок, стоявший за длинным столом.
Он, не глядя на портных, окинул взглядом бирюзовую ткань и быстро начертил на ней деталь рукава, затем поднял голову, взглянув поверх массивных очков на Марту. Его лоб покрылся морщинами. Он сунул мелок в карман и мгновенно расплылся в улыбке. Раскинув руки, будто увидел старую знакомую, пожилой портной выскочил из-за стола и подбежал к Марте.
Подскочив к ней, взял её за руки, и проникновенно глядя в глаза, заговорил:
— Рад, рад, что вы пришли именно к нам. Мы шьём платье на любой вкус. — он придирчиво осмотрел Марту с ног до головы и расплылся в улыбке. — Заштопаем, переделаем, доделаем, поправим, а хотите, скроим новое?
— Я… — растерялась она.
— Не говорите! Старый Маркус всё поймёт без слов! — он поправил очки и придирчиво осмотрел плечи, грудь. — Неплохо, ну что же, поправимо. Знаете, ко мне недавно приходил один человек. Солидный такой мужчина, костюм приличный, правда, карман со ржавым пятном. Знаете, я сразу узнал в нём учёного и не ошибся! Старый Маркус никогда не ошибается.
— Мне бы…
— Да, да, милочка, он попросил зашить ткать времени. — Маркус тихо рассмеялся. Снял очки и протёр их о лацкан бархатной жилетки. — Время. Знаете, оно рвётся как любая ткань. Возьмём, например, ситец или, сатин. Дёрнуть посильнее, и всё! Порвали. Поэтому её так и называют — ткань времени.
— Извините, — обомлела Марта, — разве время можно сшить?
— Почему нет? — искренне удивился Маркус, — всё, что расходится по швам, разрывается, всё можно заштопать. Главное — знать как, а я, — Маркус погрозил Марте пальцем, — знаю. Время что! Вот вырезать злобу или зависть, вот тут посложнее. Заплатку не приладишь, отрежешь лишнее, а заделать нечем, материала-то нет. Да, бедный монах.
Старичок снял очки и задумчиво взглянул в потолок.
— Монах? — переспросила Марта, вспомнив свою неприятную встречу у Боба.
— Да, милочка, священнослужитель. Он добрый, просто прореха в душе не даёт сохранить человеческое тепло. Ну, так вот, я скроил тому господину таки времечко. Всё, до секундочки. Узелок чик, вот только ножницы пропали. — Маркус печально взмахнул руками. — Но не беда! Давайте закроем вашу душевную дыру.
— Мою?!
— Ну, да. Вон как веет от неё холодом! — Маркус ещё раз взглянул на область сердца Марты, — прям ненавистный холод.
Он водрузил очки на нос.
— Присядьте.
Марта беспомощно осмотрелась. К ней тут же подскочил один портной, пододвигая табурет. Она медленно опустилась на него.
— Душевную рану заштопать мы сможем. — запел Маркус, обходя сидящую Марту. — Нитку возьмём волокном золотистым. Иголку с добрым ушком. Пару сяжков, с сердечной тоскою. Милосердно притянем, прощеньем прижмём.
У Маркуса неизвестно откуда взялась золотистая нить, похожая скорее на плотный туман, чем на реальное волокно. Другой рукой он сделал взмах и в лучах свечей блеснула сталью игла. Ловким движением он вдел нитку в иглу и совершил пару стежков возле груди Марты.
— Для верности скрепим узлом!
Маркус отбросил предметы из рук, они моментально растворились в воздухе. Слегка надавил пальцем в область сердца, будто и вправду придержал узелок, схватив устрашающего вида ножницы, перерезал невидимую нить. Марта вздрогнула.
— Вот и всё, дорогуша, сердечная дырка зашита!
Марта неожиданно поняла, что она всё время не дышала, боясь спугнуть «тайное шитьё» Маркуса. Робко сделала вдох. Приятное чувство разлилось по груди. Ушли невзгоды, улетучились тревожные мысли, даже барон казался не таким злодеям, а несчастным человеком, беспутно прожигающим свою жизнь. Март перевела взгляд на Маркуса:
— Вы волшебник?
— Нет, что вы, обычный портной. Ну, куда! — крикнул он, глядя на помощников, — не бежевые, перламутровые пуговицы! Так, давайте поступим так. На вас ветхая…
Он задумался. Глядя на Марту почёсывая подбородок.
— Одежда. — закончи он мысль. — С натяжкой, конечно, но ладно, а вам справим новую, подобающую вашему классу!
— Королевы шутов? — весело рассмеялась Марта.
— Ну, вы замахнулись, — махнул руками Маркус краснея, — не королевы, но всё же. Эй, непутёвые помощники!
К нему быстро подбежало двое портных.
— Снимите мерки, хотя нет. — Маркус поправил сползающие очки. — Том, записывай!
Старый Маркус быстро принялся диктовать цифры. Мелькали слова: "талия бодрая", "грудь", "до попы", "спинка". Том старательно записывал всё , что надиктовывал Маркус на большом листе картона. Рядом невозмутимо стоял другой помощник.
— Так, — посерьёзнел Маркус, — Джек, материал номер восьмисот сорок, оттенок тридцатый, фурнитура повседневная. Милочка, вот и всё.
Он помог подняться Марте, и подхватив её под локоток, повёл к выходу.
— Но цена?
— Завтра, — промурлыкал Маркус, завтра. Сейчас кушать и баиньки.
— Но мне надо где-то переночевать.
— Завтра, — лилейным голосом добавил Маркус, открывая дверь. — Вот ваш пирог.
Марта приняла его из рук Маркуса и с озадаченным видом шагнула на тёмную улицу.
— Завтра! — добавил Маркус, захлопнув дверь.
— И что теперь делать? — задумалась Марта, отрывая кусочек пирога.
В небе громыхнуло. Ослепительно сверкнула молния. Упали первые крупные капли дождя.
— Харчевня Боба! — вскрикнула она, и быстро сунув оторванный кусочек в рот, побежала по улице.
продолжение следует
Глава первая
Глава вторая
Глава пятая
Глава восьмая
Глава девятая
Глава десятая