Интересно, что для обозначения одного и того же небесного объекта у нас есть целых два слова. Луна - более общее, и месяц - для неполной луны, и ещё для периода около тридцати дней, за который этот серебристый оборотень проходит полный цикл.
В словаре древнерусского языка Срезневского есть пока только "МѢСѦЦЬ", что означало в современном Срезневскому русском языке (в XIX веке) и "луну", и "1\12 года". Он же приводит зарубежных родственников:
- "mė́nuo" (литовский)
- "Monat", "Mond" (немецкий)
- "month", "moon" (английский)
- "mēnsis" (латынь)
- मास् [mā́s] (санскрит)
- [mâh] ماه (персидский)
Сбор вообще всех индоевропейских родственников привёл к реконструкции вот такого праиндоевропейского слова: *mḗh₁n̥s.
Вероятно, при виде этого странного написания, может возникнуть вопрос, а как это читалось. Ответ - мы не знаем наверняка.
Звук, обозначенный как *h₁ - это один из трёх ларингалов, которые не сохранились в современных живых языках. Наличие ларингалов в праиндоевропейском языке было установлено из-за того, что во многих индоевропейских словах происходили странные изменения гласных, ничем на первый взгляд не обусловленные. Фердинанд де Соссюр выдвинул теорию, что на них влиял какой-то звук (он предположил, что их было два), который не сохранился ни в одном из ныне живущих языков. Сейчас полагают, что таких звуков было три. Вот этот первый, *h₁ - скорее всего произносился как гортанная смычка. У нас в русском она редка, но встречается, например, все произносят её на месте дефиса в слове "не-а" (хотя это слово можно говорить и слитно), а также эту гортанную смычку часто слышно перед словами "этот", "эти", "эта", "это", если с них начинается предложение после паузы.
Звук *n̥ - это согласный [n], который работает гласным. Как это сегодня бывает с сонорными звуками в чешском или в сербском. Так что это уже нам более или менее знакомо.
Но лингвисты копнули и дальше, и выяснили, что слово *meh₁n̥s происходит от глагола (корня) *mḗh₁ с семантикой "измерения, меры". То есть, видимо, изначально был назван именно период, которым отмеряли время при помощи луны, а потом название перешло на саму луну.
А от *mḗh₁ происходят:
- "мерить" (русский)
- "meal" (как "отмеренная порция", английский)
- "measure" ("мера", английский)
- "μέτρον" [métron] ("мера", греческий, отсюда "метр")
Любопытно, что у нас слово "месяц", как и "солнце", используется с уменьшительно-ласкательным суффиксом. Возможно, это связано с тем, что славяне этим светилам поклонялись, как-то к ним обращались, слова воспринимались как имена собственные, а у нас к именам, как известно, можно множество суффиксов приделывать (Маша, Машенька, Маруся...). Так и сохранились "месяц" и "солнце" в виде нежных и ласковых обращений :)
А вот "луна" - давайте сразу в праиндоевропейский - называлась словом *lówksneh₂, где первая часть, *lewk, означала "сиять, светить, видеть", а вторая, *-sneh₂, была просто суффиксом, указывающим, что речь о предмете (а не о действии и не о признаке, например).
Здесь мы натыкаемся на второй ларингал, *h₂. Предполагается, что он произносился как нежный английский звук [h] в слове "home".
Таким же образом получилось греческое слово λῠ́χνος [lúkhnos] - "лампа". То есть и луна, и лампа в данном случае понимаются как "светящаяся штучка".
А у нас, то есть сначала в протобалтославянском, получилось слово *láukšnāˀ (в прусском примерно так и оставалось - "lauxnos", только означало это у них "звёзды"), а праславянскому досталась уже *луна (вероятно, через стадию *лухна).
И, напоследок, что у нас есть от праиндоевропейского *lewk:
- "lūx" (латынь, "свет", он же "люкс", отсюда же имя Люсия или Лючия)
- "lūmen" (латынь, тоже "свет", отсюда "иллюминация", "иллюминатор", "люминесцентный")
- "lūstrāre" (латынь, "освещать", отсюда "люстра", "иллюстрация")
- "луч" (русский, через *laukis)
- "лысый" (русский, значение пришло через понятие блестящести)