Мне всегда казалось, что художественная литература это не только про увлекательность и удовольствие (будем честны и признаем, что большинство знаменитых книг слишком грустны и тяжелы для удовольствия) и даже не только про скрытый смысл (для каждого все-таки свой, потому-то так и раздражают школьные вопросы по типу «А что же хотел сказать автор?»), сколько в очень значительной мере про психологический потрет героев, поставленных авторами в определенные условия. Знаменитые мастера слова – люди необычайно умные, проницательные и внимательные к деталям, этакие задумчивые наблюдатели, а потому их проникновение в самую суть человеческих конфликтов (как внешних, так и внутренних) и переживаний зачастую превосходит своей глубиной даже сознательные попытки дипломированных психологов в этом непростом направлении. Кроме того, книжный формат в гораздо большей мере позволяет погрузиться в мир персонажей – хоть и вымышленный, но такой поразительно реальный – чем, к примеру, формат кинематографически