Хильперик не мог поверить своим ушам - братья все таки посмели вынести ему обвинительный договор. Когда ему рассказали о выступлении лекаря, он обругал себя последними словами. "Дурак! Надо было убить его сразу после похорон!" Но вскоре он понял, что это вряд ли помогло бы. Оказалось, что была еще какая-то девка служанка, которая видела его в покоях Галесвинты в ту проклятую ночь и видела следы его рук на ее шее!
-Я найду их и убью! - свирепствовал король.
-Теперь это уже ничего не изменит! - проговорила Фредегонда своим томным голосом, - Надо подумать, как сохранить наши земли!
Она намеренно сделала акцент на слове "наши". Теперь, став королевой, Фредегонда считала, что все принадлежащее ее мужу, принадлежит и ей в полной мере.
-А что остается делать? Только готовится к войне!
-Ты считаешь, что они решатся напасть? - испуганно спросила Фредегонда. До этого момента ей такое не приходило в голову.
-Непременно нападут, как только поймут, что я по доброй воле не отдам и пяти своей земли!
-Надеюсь ты не собираешься сам браться за меч?
Хильперик непонимающе уставился на жену.
-А что еще мне остается?
Фредегонда фыркнула.
-У тебя три взрослых сына!
-Ну не настолько они и взрослые...
-Теодоберт достаточно взрослый, чтобы соблазнять служанок и молоденьких королев!
-Как ты смеешь? Думаешь я забыл, что это ты подстроила ловушку для моего сына? - прошипел Хильперик.
-Как бы там ни было, ты не можешь отрицать, что он взрослый!
Возразить было нечего и Хильперик промолчал.
-Пойми, любовь моя, если с тобой что-то случится Нейстрия обречена! Ее растащат на куски, а наших сыновей ждет страшная участь!
-Ты хочешь, чтобы я доверил защиту своего королевства неопытному мальчишке?
-Да брось! Рядом с ним будут твои самые опытные полководцы и твои мудрые указания. Можно послать с ним и Меровея с Хлодвигом!
Тяжелый взгляд Хиьперика заставил Фредегонду замолчать. Они про себя подосадовала, что была не сдержана. "Нельзя торопиться!" - говорила она себе. Но присутствие детей Аудоверы в замке безумно раздражало ее. Даже после коронации, Меровей общался с ней, как с обычной наложницей, а не матерью двоих принцев! Хлодвиг следовал примеру старшего брата. Они совершенно не обращали внимания на сыновей Фредегонды и не интересовались ими.
-Конечно ты прав, Хильперик! - поспешила она исправить свою оплошность, - Хлодвиг еще не готов!
Хильперик велел собрать военный совет. Подготовка к войне началась...
Сигиберт тоже не сидел сложа руки. Его воины пребывали в радостном предвкушении от похода. Многие надеялись на богатую добычу в нейстрийских землях. Бедняки, желающие последовать за армией Сигиберта на войну, отдавали последние медяки за ржавые мечи и поношенные доспехи. Война во все времена была прибыльным делом, и желающих испытать удачу всегда было в достатке. А тут еще и повод вполне благовидный - защита имущества королевы. Земли, которые теперь по праву принадлежали Брунгильде, должны были и по факту перейти под ее руку.
-Что я наделала, Агния! - глядя на суету, связанную с подготовкой к войне, восклицала Брунгильда.
-А что ты хотела? Чтобы смерть Галесвинты осталась неотомщенной? - спрашивала Агния.
Возразить Брунгильде было нечего. Законы мести были суровы и требовали ответных мер. Но страх за судьбу Сигиберта и детей был выше долга. Брунгильда плохо спала и мало ела. Сигиберт замечал состояние супруги и пытался ее успокоить. Наконец, видя, что ласковые слова не помогают, Сигиберт решил прибегнуть к хитрости. Когда Брунгильда в очередной раз стала уговаривать его оставить затею с войной, он нахмурился и стал холоден.
-Что с тобой, Сигиберт? - удивленно спросила она у мужа, который старательно отворачивался от нее.
-Я понял, что ты не веришь в меня! - сказал он не глядя на нее, - Ты сомневаешься во мне, в моей силе и в моем уме!
-Что ты говоришь, Сигиберт! Конечно я верю в тебя...
-Но ты постоянно отговариваешь меня от войны, значит уверена, что ты я проиграю!
Логика Сигиберта была безжалостна и проста. Возразить было нечего. Вечером, читая молитву перед сном, Брунгильда просила себе сил, вынести все, что ей предстоит...
Гонец гнал лошадь во весь опор. От его скорости зависело многое. На пороге стояла война, но не чужестранные враги теперь угрожали их королевству, а такие же франки, как и они. Многие Нейстрийцы имели родню в Австразии, и вот теперь, две страны, некогда бывшие одной державой, готовятся сойтись в схватке! Гонец спешил к Теодоберту. Наказ короля Хильперика был четким - сын должен немедля возглавить оборону земель, на которые претендовал Сигиберт. Одновременно Хильперик послал к Гунтрамну протест на принятое на суде решение.
Теодоберт развернул послание от отца. То, что он прочитал, не поддавалось его пониманию. Отец велел ему незамедлительно выступить во главе армии и занять город Пуатье! Но Пуатье принадлежал Сигиберту и не имел отношения к "утреннему дару" Галесвинты. Хильперик приказал сыну ступить на чужую территорию. Ослушаться Теодоберт не посмел. Через несколько дней, он уже ехал во главе войска, обдумывая ситуацию. Постепенно до него дошел замысел Хильперика- взяв Пуатье, они получали прекрасный доступ ко всем городам входящим в "утренний дар" Галесвинты.
Поля уже припорошило первым снегом и ноги лошадей не так сильно увязали в жирной грязи, когда Теодоберт во главе войска подошел к Пуатье. Горожан конечно предупредили о приближении врага и городские ворота были благоразумно заперты. На крепостных стенах Теодоберт видел лучников, закованных в доспехи. Пуатье надо было взять до прихода Сигиберта - иначе вся затея Хильперика потеряет смысл. А в том, что к Сигиберту уже мчатся гонцы, Теодоберт не сомневался.
Он приказал трубить штурм. Рог протяжно завыл, приводя в трепет тех, кто укрылся за городскими стенами. Матери прижимали к себе детей, закрывая им уши и проклиная королей. Ведь из-за их разборок, смерть сейчас стучала к ним в двери. Голод и разруха были неизбежны и кто знает, настанут ли для них спокойные и сытые дни в земной жизни.
Воины Теодоберта обнажили мечи и с гортанным криком ринулись на штурм города. Силы защищающихся были несравненно малы и вскоре городские ворота были выломаны с помощью таранов. Теодоберт, стоя снаружи, слышал крики ужаса и агонии, раздававшиеся внутри города. Он взглянул на небо и перекрестился. Его воины убивали сейчас себе подобных и Теодоберт знал, что кара за это неминуемо наступит...
Гонцы к Сигиберту действительно мчались во весь опор, не позволяя себе остановиться ни на минуту, чтобы попить воды или сходить по нужде. По крупу лошадей текли струи человеческой мочи, смешиваясь с конским потом. И лошади, и люди хрипло дышали. Когда под одним из гонцов пала лошадь, он свалился на землю. Собрав последние силы, рубанул хрипевшее животное по шее, вскочил на сменную лошадь и бросился догонять своих спутников, которые, видя его участь, не стали дожидаться падения своих лошадей, а пересели на более свежих.
Несмотря на то, что гонцы были грязны и от них дурно пахло, их провели прямо к королю. От услышанного, глаза Сигиберта налились кровью. Хильперик не только не выполнил предписание суда, но и посмел напасть на его город! Это был уже открытый вызов. Сигиберт приказал армии немедленно выдвигаться к Пуатье, хоть и понимал, что время упущено безнадежно...