Шёл 1877 год. После третьего безуспешного штурма Плевны Александр ll понимает, чем бы ни закончилась война политические цели, стоявшие при её подготовке достигнуты не будут.
Восстановить репутацию великой державы, потерянную после поражения в Крымской войне, было возможно, если быстро сокрушить Турцию. Но Россия потеряла за пять месяцев почти всю армию, с которой начинались боевые действия на Балканах. Потеряла её в полевых сражениях с меньшей по численности турецкой армией возле одного никому не нужного заштатного городишки. А этот небольшой город так и не был взят.
Тогда ещё такое не умели выдавать за победу, даже для граждан своей страны. Интересы “братских народов” всегда рассматривались Романовыми лишь как разменная монета для дипломатического торга. Было уже понятно, что членов дома Романовых и близко не допустят к правлению отобранными у турок землями, поскольку слабых не уважают. А таскать каштаны из огня для представителей других династий особого желания не было.
Из воспоминаний Милютина:
Император подошел ко мне и грустным голосом сказал:
"Ситуация катастрофическая. Плевну не взять. Осаду придется снять. Надо признать, что военная кампания не удалась."
Милютин слыл, вообще-то, приличным человеком. Взятки брал по чину, в глаза начальству смотрел лихо и придурковато. И стоял у истоков подготовки этой войны. Именно его проект лежал в основе геноцида черкесов, без которого было бы невозможно создать общественное мнение необходимое для войны.
Милютин стал умолять императора продолжить войну.
Александр ll, как я считаю, проявил малодушие и ответил:
"Если вы так считаете, то принимайте командование на себя, а я самоустраняюсь, увольте."
И война, приносящая страдания и лишения простым русским людям, лишающая экономику страны необходимых для развития ресурсов, продолжилась. И даже победа в ней не дала России ничего сопоставимого с тем, что она в ходе неё потеряла.
Но как случилось, что российская армия оказалась столь слаба?
Для этого надо взглянуть на реформы армии, проводимые Милютиным и их влияние на ход боевых действий.
После поражения в Крымской войне (1856) стало ясно — русская армия нуждается в реформах
Но каких?
Все норовят копировать победителей, и после поражения в Крымской войне Россия принялась копировать французскую армию во всем, вплоть до формы.
Милютин, как главный автор реформ русской армии, считал французскую армию самой сильной в мире. Да что там, сами французы так считали. Правда в 1870 прусский школьный учитель показал им, что считали они с ошибками. Но было уже поздно.
Самый большой проблемой было решение о копировании у французов переходно-контрактной армии.
Переходно-контрактная — это армия, в которую попадают те, кто не мог заплатить, чтобы не служить.
Переходно-контрактная армия
Потом из попавших в армию выбирают тех, кто получше и предлагают им длительные контракты.
В принципе контрактная армия способна выполнять только полицейские функции.
Она не может вести длительные военные действия с сопоставимым ей по силе противником.
У такой армии отсутствует мобилизационный резерв — подготовленные специалисты, способные заместить выбывших бойцов.
При этом поскольку вооружение, снаряжение и конфигурация подразделений контрактной армии рассчитаны на специалистов, обучавшихся долгие годы, попытка замены таких специалистов на персонал набранный “от забора”, приводит к катастрофическому снижению боеспособности.
В принципе и служащие контрактной армии, принимая решение о своём трудоустройстве, исходят из определенного уровня опасностей полицейской службы, несопоставимого с опасностями реальных военных действий, что приводит к их отказу от дальнейшей службы в условиях полномасштабного военного конфликта.
Переходно-контрактная армия отличается от контрактной тем, что у неё как бы есть мобилизационный резерв. Ну этот резерв представлен людьми, которые в мирное время либо не захотели служить в армии, либо армия не захотела, чтобы они в ней оставались.
Ещё у французов в мирное время не было корпусов, а были округа (маршалаты). Такую же структуру ввели и в России. Как следствие в армии отсутствовал опыт взаимодействия как между разными родами войск, так и на уровне корпуса. Например, во время второго штурма Плевны потери у русской пехоты были более 7300 солдат и офицеров, у кавалеристов составили 14 человек, у артиллеристов 85 человек.
После этой войны корпуса вернули, но и округа, чтобы довольствие чиновников не сокращать, оставили.
Казнозарядные винтовки
После победы Пруссии над Австрией был “открыт” главный секрет этой победы – наличие у прусской армии казнозарядных винтовок. И вот русский солдат получает переделанные по системе Крнка в казнозарядные из заряжаемых с дула (образца 1856 г.) ружья. Дёшево и, как у людей.
В 1870 на вооружение в России была принята винтовка Бердана. Она должна была сменить винтовки Крнка.
Винтовки Бердана имели в два раза большую дальность и кучность стрельбы, патрон для Крнка весил в полтора раза больше и имел проблемы с извлечением гильзы после выстрела.
На момент начала боевых действий на складах было 230 тысяч винтовок Бердана, которых было более, чем достаточно для армии, с которой Россия начала эту войну. Но винтовки Бердана так и остались на складах. Турки примерно тогда же приняли на вооружение винтовку Мартини — Генри, имеющей схожие характеристики с винтовкой Бердана, но обладающей одним важным преимуществом — она была у турецких солдат в руках.
Снаряжение русского солдата
Общий вес снаряжения русского солдата был порядка двух пудов (36 кг), что крайне ограничивало подвижность пехоты. В этот вес не входил ручной шанцевый инструмент, который из расчета 10 лопат на роту, теоретически должны были везти в обозе. Как следствие пехота несла лютые потери каждый раз, когда было необходимо окапываться.
Фляжка с водой крепилась на задней стенке двухпудового ранца, что исключало возможность использования ее в движении.
Кто не в курсе, Болгария — довольно жаркая страна. Солдаты пили недостаточно и что придется, поэтому погибших от болезней (в основном желудочно-кишечных) было 81 363, почти в четыре раза больше, чем убитых и умерших от ран.
Число умерших от болезней было бы вероятно больше, поскольку снабжение армии продуктами рассыпалось моментально.
Ведь главный секрет прусской армии — планирование остался без внимания русского военного ведомства. Как впрочем, и инструмент такого планирования — генеральный штаб.
Генеральный штаб и его роль
Нет так-то, “чтобы было, как у людей” генеральный штаб был создан ещё в 1865 году.
Возглавлявший его бессменно до 1881 года генерал Гейден “академиев не кончал”, книг не писал, с арифметикой не дружил. Зато вид имел представительный, и смотрел грозно. Но этого оказалось недостаточно для определения пропускной способности дорог и числа необходимых для доставки продуктов вагонов. Поэтому сотни вагонов с сухарями для солдат сгнили в пути. Но к счастью оказалось, что болгарские крестьяне производят достаточно, чтобы иметь возможность продавать русской армии всё, что ей необходимо. Тем более, что покупать у них велено было только за золото, дабы не обидеть. Всё же иностранцы, а не своё быдло.
И вот уже вопреки всем довоенным прогнозам казачьи кони с аппетитом хрумкают увиденную первый раз в жизни кукурузу, а у русских солдат от белого хлеба вовсе не случается заворота кишок. Вместо этого случился заворот мозгов от непонимания того, почему “томящиеся под игом басурман” болгары могут позволить белый хлеб себе на каждый день , могут угощать им солдат и даже кидать недоеденный хлеб скоту, а свободным от басурманского гнета русским крестьянам и черный хлеб в радость. Они вообще редкий год не спасаются лебедой от голодной смерти .
Но был в подготовке русской армии и один хороший момент: со времён Петра l армия в России больше делала для образованности народа, чем министерство просвещения. Поэтому с образованием в России было намного лучше, чем в Турции, которая не имела достаточно людей, умеющих читать и писать даже для офицерских должностей. Что и сыграло, как я считаю, решающую роль в той войне.
Но, как я уже сказал, царь проявил слабость, и война продолжилась и даже закончилась победой. Что же получилось в итоге?
Итоги войны
Война, которая по предвоенным планам должна была длиться пять недель, длилась десять месяцев.
Суммы, потраченные на войну, обесценили рубль в два раза . Безвозвратные потери в этой войне: 15 567 убито, 6 824 умерло от ран, 81 363 умерло от болезней, 3 500 пропавших без вести, 1 713 погибло от других причин, 35 000 уволено в небоеспособные ( итого около 144 тыс.), что превысило начальную численность российской армии, задействованную в войне.
Потери турок были в среднем лишь на 5 % выше. Это показывало на отставание России вообще и её армии в частности.
Для того, чтобы компенсировать потери в армию забирали не имеющих никакой военной подготовки крестьян. Забирали без учёта семейного положения.
И по доброй традиции не забирали тех, у кого была достаточно денег, чтобы откупиться. При этом семьи, оставшиеся без кормильцев, никакой помощи от государства не получали.
Энгельгард описывает ситуацию, когда у молодого крестьянина “забритого в солдаты” остались слепая мать старуха и жена с младенцем. В то время практически единственными средствами существования для одинокой женщины в деревне были либо проституция, либо попрошайничество. Подаяния, собираемого слепой старухой, не хватало на троих, и младенец умер. На смерть своего единственного внука мать солдата отреагировала словами: “умер и слава богу, теперь хоть вдвоём побираться ходить будем”.
Никто не считал, сколько было жертв у этой войны подобных этому младенцу. Но я считаю, что причины убийства царской семьи нужно искать и в 1878 году.
По результатам войны Россия получила Бессарабию – территорию неспособную компенсировать ни экономические, ни человеческие потери.
Может быть эти потери оправдывает желание дать свободу братским славянским народам, страдающим под гнетом мусульман?
В Болгарии после войны из болгарских дружин, воевавших против турок было сформировано двенадцать рот. Иными словами, численность болгар, готовых умирать и убивать за свою свободу не превышала двух тысяч человек. А после публикации секретных договоров Рейхштадтского и Будапештского а также воспоминаний представлявшего Россию на константинопольской конференции графа Игнатьева, становится понятно, что свобода балканских славян никогда не было целью правительства Российской империи, скорее наоборот.
Как я считаю, что именно понимание болгарскими элитами истинной роли российской империи в освобождении их страны постоянно приводила Болгарию в лагерь противников России.
А как вы считаете стоило эту войну начинать, а тем более продолжать?
Куда в этой истории можно приткнуть английского шпиона?
Начало темы
Автор: Павел Аир, 59 лет, автоэлектрик-диагност, живу и работаю в Германии
Другие статьи автора читайте в подборке