«Сон очень похож на смерть - поясняет протоиерей Андрей Ткачев. - Раньше древние люди даже боялись будить друг друга, чуть ли не под страхом смерти, строжайшего запрета только разрешалось разбудить человека. Всем им казалось, что если сделать это в период какой-то стадии сна, то душа просто-напросто не успеет возвратится в свое тело. Тогда во сне он может умереть, если его не во время побеспокоят».
Эти опасения и тревоги имеют место быть. Ведь когда человек отключается, то душа начинает жить сама по себе, её ничего не сковывает, она свободна. Когда же человек бодрствует, то разные тактильные ощущения её могут отвлекать, а когда тело спит, душа более подвержена влиянием снаружи, причем не тем, которые она могла бы встретить днём".
Бесам на руку такое положение дел. Она, можно сказать, в этот момент, Если Господь позволит, в их власти. Если, например, человек засыпает, оставляя молитвенное правило, он чаще всего подвержен бесовским нападкам извне. Душа устрашается, ее пугают лукавые и человек после пробуждения это чувствует. Тревога, страх, беспокойство после сна и есть последствия. И наоборот, Бог хранит и реже попускает увидеть им что-то не доброе тем, кто "окутывает" себя перед тем, как уснуть молитвой.
"Мало, кто знает, что сны человек не видит вообще - продолжает отец Андрей. - Окунаясь в сон, он как бы проваливается в черную яму, и только когда начинает пробуждаться способен показаться буквально в считанные секунды.
В момент сна ощущения тоже бывают разные. Ребенок очень редко видит ужасы, его душа чиста, Господь хранит его от бесовских проявлений, она может соцерзать только что-то светлое и радостное. А взрослым частенько приходится сталкиваться с бесятиной через свои ощущения, как будто они столкнулись с некой обратной стороной реальности, странной, недоброй. Многим даже хочется во сне перекреститься, помолиться, а губы их сомкнуты, рука неподвижна. Как-будто кто-то не дает это сделать. Поэтому перед тем сном, важно заставлять себя вставать на молитву на отхождение ко сну, а лучше, конечно, вечернее правило.
Во сне тело уже не диктует душе свои правила. Душе сон нужен, как и телу, потому, что со сне она омывается природой сна. Потому, что знает, что скоро ее вновь ждет новое переживание, восприятие, и она готова к нему. Душа во сне не перестает трудится. Только она это делает в более чутком режиме. Значит может соприкоснуться во сне и с Ангелом, и с бесом.
Да и вообще сон – это даже красивая тайна. Ведь сон ведь очень нужен нам. Не только для отдыха. Он переключает нас в какой-то другой, более тонкий режим".
Особенно, кто интересуется природой сна будет интересно прочитать труд Павла Флорентийского "Иконостас". Он считает сны "перевернутой вывороченной наизнанку реальностью".
Батюшка замечает, что светлые сны бывают, когда душа на выходе, а когда де проснулся, а потом заснул, то именно второе засыпание рождает самые гнусные сны, как будто к тебе приступает что-то недоброе, гадкое, черное, и ты это ощущаешь, чувствуешь всем своим нутром.
Душа в момент сна очень близко к духовному миру. Дух особенно влияет на неё, даёт многое понять. Если человек праведник, каким были Иосиф, Иаков, Иосиф Обручник, то сны свои они понимали, истолковывали, постоянно видя их, были вразумленные Ангелами. Но так было крайне редко, только в определенные моменты истории, чтобы открыть им что-то важное. Не просто когда-либо, а именно подчеркивает протоиерей в самых благоприятный для их души, духовному очищенному состоянию момент. Тогда, когда они были готовы воспринять услышанное, посланное им, готовы были к этому откровению.
"Но к такой встрече, мы понимаем, что готов не всякий - говорит протоиерей, - поэтому первое и главное условие - это, чтобы человек был чист. К грязному приходит грязное. Потому большинство видит какой-то бред, белеберду, спутанные приключения, некий коллаж, вылитый из души наружу. Днем человек подавляет свое желание и мысль, а ночью, когда тело отдыхает, душа открыта, она чуть ли не свободно выходит и начинает жить своей жизнью".