В четвёртую беременность я шагнула с лёгким отпечатком токсикоза на лице и двумя увесистыми чемоданами. В одном - принятие. В другом - тревога.
Не ворвалась с криками "эгейя, вот теперь-то как заживём! И всех победим!" Не уперлась руками-ногами в дверной проём с ужасом в глазах и криками "Нет, я больше этого не выдержу".
А спокойно, местами даже покорно, зашла и поставила свои чемоданы. Ну ок. Посмотрим, что будет дальше.
Мне было 33 года. Полгода назад не стало сына, до и после его рождения были замершие беременности. Не отрастить принятие за это время было просто невозможно. Иллюзия, что всё зависит от меня, я всем управляю и могу всё изменить давно растворилась в бесценном жизненном опыте. Глядя на свою четвёртую вторую полоску, я понимала, что влияю на процесс чуть больше, чем никак.
Нет-нет, я конечно не пустила всё на самотёк. Врач, соблюдение мер безопасности, препараты, анализы... Но бразды правления были уже не в моих руках. Кто и как решает (сколько продлится беременность и чем закончится) я ещё окончательно для себя не сформулировала, но точно знала, что этот кто-то не я.
С плещущейся в третьем глазе мудростью заявляю - принятие и позиция наблюдателя экономит в беременность тонну нервных клеток. Готовность все потерять в любой момент расслабляет уже окаменевшие от гиперконтроля ягодицы.
Ага, тут самое время оторваться от земли и в позе лотоса воспарить над тщетной суетой этого мира.
Но!
У меня был второй чемодан. С тревогой. Которая тоже окрепла за последние годы. Насмотренность и наслушанность была не на моей стороне. Помимо своего опыта воспитания больного ребенка и двух ЗБ, я узнала ещё сотни разных грустных историй. И вывод из них напрашивался только один - не вляпаться ни в какую болячку (и самой, и ребёнку) - не иначе, как чудо!!
С верой в чудеса было глуховато, а вот со статистикой хорошо. И она так подогревала тревогу, что та начинала бурлить и выплескиваться через край. Воображение рисовало жуткие картинки, дыхание учащалось и понеслась... Но тут взгляд падал на первый чемодан: ах, да, чего это я, все равно все будет как будет.
И такая дребедень целый день все 36 недель.
Оглядываясь назад, понимаю, что первый чемодан был тяжелее. Поэтому эмоциональное состояние скорее проходило не на качели, а на уверенный смиренный фон, на котором систематически происходили вспышки тревоги.
Как я их гасила (по крайней мере пыталась гасить):
1. Благодарностью. За то, что есть - 5 недель, стук сердца на узи, первый скрининг, второй... Каждые прошедший рубеж оставлял отпечаток радости и сопровождался глубоким выдохом.
2. Токсикозом. Он гасил почти всё на своём пути 12 недель подряд. И силы на тревогу тоже.
3. Разумом. Внутренний монолог разумной части звучал всегда одинаково: тааак, от меня в этой истории зависит то-то и то-то. С телом я разобралась, с головой тоже. Остальное - не в моей зоне влияния. Что ты там собиралась делать? Кекс испечь? Иди и пеки. А потом про йогу не забудь.
4. Хоть сколько-то взрощенной осознанностью. Ага, аж у самой глаза закатились. Но я была только после випассаны и уже пару лет "подтягивала" со дна способность чувствовать и находиться в настоящем. Поэтому при любом обнаружении себя в тревожном будущем, силой воли возвращала себя к дыханию, запахам, ощущениям и т.д.
5. Активностями. Теми, что поглащали внимание целиком - книги, фильмы, разговоры с друзьями, театры, кино, работа.
6. Наглостью планировать жизнь длиною в 97 лет. А за это время можно ещё не раз реализовать свое желание иметь детей. Когда смотришь на свою жизнь с высоты века, тревога мигом осознает свою ничтожность и самоликвидируется.
Вообщем всю беременность я сидела на чемоданах. Готовая одновременно потерять и обрести, открывая то один чемодан, то второй. Но все это действо разворачивалось во внутреннем мире. Что было во внешнем - в следующей части.