В одном из своих интервью Пётр Васильевич Леонов (1910-1982) вспоминал, как работники Дулёво со страхом присматривались к нему, когда он впервые пришёл на завод: какой-то выдвиженец в кожанке. Чекист! Возможно, и с наганом за поясом. Сейчас начнёт "прочищать ряды"...
Родился П.В. Леонов в селе Лютое нынешней Орловской области в 1910-м году, детство провёл в станице Уманской, на Кубани. В 1930-м якобы получил образование в Краснодарском архитектурно-художественном институте (некоторые сведения, полученные из автобиографии Леонова, документально не подтверждаются, по другим данным - закончил художественно-педагогический техникум). С рекомендательным письмом едет в Москву, чудесным образом пробивается на приём к Луначарскому, и тот сразу же назначает его инспектором художественно-политического совета при Всесоюзном текстильном объединении. Леонов занимается обновлением ассортимента тканей на предприятиях Иванова-Вознесенска и на платочной фабрике в Павловском Посаде. Здесь он знакомится с технологией росписи тканей. А уже в 1931-м году его, как протеже самого Луначарского (видимо, это обстоятельство в тот момент сыграло определяющую роль в его судьбе) изосекция Комакадемии при ЦК ВКП(б) назначает главным художником Дулёвского фарфорового завода. В 21 год!
Дулевский завод считался "сложным" - он находился сравнительно далеко от Москвы, можно сказать, на периферии, там были свои устоявшиеся традиции в росписи и в формах изделий, которые "переваривали" приглашённых на завод "варягов" типа И.Г. Фрих-Хара или яростного поклонника агитационного фарфора М.М. Адамовича (работал для Дулёво с 1926-го по 1934-й годы). А сама правящая в Москве большевистская верхушка терялась в вопросах эстетического развития декора фарфоровых изделий. Старейшие работники Дулево были недовольны постоянными указаниями сверху; "лозунговщина" и индустриальные плакаты на фарфоре (узоры с тракторами и пр.), которой власти требовали декорировать посуду, хорошо шли для столовых, вынужденных брать всё, что дают в обязательном порядке, но такие изделия плохо продавались на рынке, зарплаты работников год от года уменьшались... И тут пришёл человек, который якобы знал, как поднять выпуск продукции достаточно быстро, и как использовать опыт лучших художников предприятия. Конечно, на него смотрели с подозрением и несколько свысока. Молодой, без опыта, удачливый авантюрист, что он понимает в фарфоровом деле? Большинство художников Дулёво выросли при заводе и не имели профильного образования. Своё образование они получили непосредственно на производстве, и к дипломированным выскочкам относились без пиетета. Для начала Леонов разрешил использовать старые проверенные временем кузнецовские формы. А роспись решил ускорить, и при этом сделать её более привлекательной путём наложения трафаретного однотонного (без кузнецовского градиента, т.е. без изменения цветовой насыщенности) крытья с применением аппликативного повторяющегося рисунка, также без градиента. Лучше - в ярких, контрастных колерах. Такие рисунки он "подсмотрел" во время работы с тканями. Самое интересное, что подобная эстетика в целом соответствовала самым модным европейским и американским тенденциям в декоративном искусстве того времени, оформленным в стиль АР-ДЕКО. А мотивы узоров Леонов предпочитал народные, и в этом он фактически поддержал и продолжил основную дулёвскую традицию идти не против, а навстречу покупательскому спросу, т.е. национальному (русскому) представлению о прекрасном. Очень быстро производство стало расти, зарплаты рабочих выросли, как и авторитет нового художественного руководителя. Самые простые рабочие начали с ним уважительно здороваться и прислушиваться к его рекомендациям.
Новейшие эстетические формы, которые преобразили всю дулёвскую посуду, привнесла пришедшая на завод молодая, но уже известная в Европе скульптор Ева Штрикер (в СССР фамилия писалась как Штриккер - с двумя "К"). За недолгое время сотрудничества с заводом она создала восемь сервизных фасонов и ещё множество форм отдельных изделий. О времени совместной работы с ней П.В. Леонов вспоминал исключительно в восторженных тонах. Фасоны сервизов так и назывались: С-1, С-2, С-3 и т.д. О работе Евы Штрикер в СССР читайте здесь https://dzen.ru/media/id/616a8e08cfb5f23bf687e3de/shtriker-eva-amaliia-eva-caizel-19062011-64397e4d4b3e193f737fe35a. Ниже приведена подборка сервизов в росписях 1930-х годов, выполненных по эскизам П. Леонова на форме С-1.
А это - сервиз на форме С-2 под названием "Скифский". Декор решён лаконично и красиво: полосы, между которыми размещён повторяющийся узор в виде веточки-гирлянды с листьями. Действительно, всё это несколько напоминает скифские узоры, но не напрямую.
А это - сервиз на двоих (тет-а-тет), созданный на форме С-3 ("Мокко") с подносом (т.е. возможно, не просто тет-а тет, а дежене) с росписью на основе произведения А.С. Пушкина "Сказка о рыбаке и рыбке".
Тот же самый сервиз "Мокко" (С-3) от 1936-го года (форма образца 1934-го года). Роспись по рисунку П.В. Леонова.
А этот снимок (см. ниже) уже был размещён в статье, посвящённой работе Евы Амалии Штрикер (Цайзель) в СССР. Там, откуда я выцарапал фото, оно озаглавлено "Среди сотрудников Госторга". Но сейчас, чем больше я вглядываюсь в лица, тем более удостоверяюсь в том, что мужчина крайний слева (с папироской) - Пётр Васильевич Леонов. А то в интернете мы привыкли его видеть этаким бесформенным "бегемотиком" с фотографий, сделанных не ранее 1960-х годов.
Вот ещё несколько чайников и ваз, оформленных по эскизам П.В. Леонова в 1930-х (самостоятельно расписывать предметы он начнёт только в 1950-х годах).
Одно из качеств Петра Васильевича Леонова - умение ладить с людьми. Фактически, он обладал искусством дипломатии, именно это позволило ему оставаться на своём месте пять десятилетий (если включать "сороковые-роковые", когда он был по разным причинам отторжен от предприятия). Всем известна байка-быль, не раз рассказанная самим П.В. Леоновым, о том, как он сумел на одной из выставок набиться в гиды к свеженазначенному американскому послу (после восстановления в 1933-м году дипотношений между СССР и США), и провести того по всей выставке так, чтобы последним стендом была экспозиция Дулёво. Любой предмет, которым посол восхищался, тут же ему и дарился. В результате Леонов пригласил посла посетить Дулёво, и тот согласился. А будучи на месте весной 1934-го года, заказал сервиз для президента США Ф.Д. Рузвельта. Лично мне кажется, что особо гордиться тут нечем: получилось какое-то низкопоклонство местных аборигенов перед "белыми господами". Сервиз, хоть и вышел весь в золоте, в эстетике не представляет из себя ничего нового - он повторяет мотивы росписей, характерных для императорских сервизов дежене стыка XVIII-XIX-го веков, частично - сервизы Императорского фарфорового завода 1840-х-1850-х гг. периода ИСТОРИЗМА. Работа над сервизом отняла у дулёвцев много времени и сил. Сервиз получился огромным - в 1200 предметов. Роспись - более примитивна, чем у старинных сервизов Императорского завода. Но в Дулёво попытались оправдаться тем, что роспись "выполнена под хохлому", хотя по эстетике с хохломой эту роспись связывает разве что рисунок по золоту.
Однако с точки зрения "внутренней дипломатии" П.В. Леонов поступил абсолютно правильно, раскрыв потенциал фабрики не столько перед американцем, сколько перед кремлёвскими правителями. Трудно было не понять, что завод в Дулёво в 1930-е не просто крепко встал на ноги, но и за короткое время превратился в одно из ведущих керамических производств мира. И в этом большая заслуга главного художника предприятия (таким образом он себя ещё и обезопасил от "чисток").
В целом, в 1930-е годы П.В. Леонов показал себя энергичным, жизнерадостным человеком, от которого веяло оптимизмом. Абсолютно одержимым делом, которое ему поручено. Творческий, эмоциональный, восприимчивый, он легко впитывал в себя любое новое веяние в декоративном искусстве, новые приёмы и технологии, при этом перерабатывал всё это по-своему, не отказываясь от дулёвских традиций, а как бы продолжал и усиливал их.
Спасибо всем, кто дочитал, кому интересен фарфор. Не как материал, не как посуда, статуэтки, панно и прочие элементы декора, а как неотъемлемая часть культуры Человечества. Узнавайте для себя что-то новое о фарфоре, если понравилось - ставьте лайк, делитесь с друзьями. Если интересуетесь темой - подписывайтесь. Ну а рассказ о работе Дулевской фабрики под руководством П.В. Леонова в послевоенное время обязательно будет продолжен. Всего доброго!