На какое-то время в доме затихли все звуки, лишь слышно было со двора, как тетя Наташа разговаривает с коровой, затем звякнула дужка подойника и хозяйка ушла в пригон доить Зорьку.
Вернувшись, она поставила подойник на стол возле печки и повернулась к Анфисе.
Начало здесь, часть вторая , третья, четвертая
--На чем я остановилась-то... А, да... Велимир, когда выздоровел, пришел к твоей бабушке с благодарностями за спасение, только она его слушать не стала. "Ничего, -говорила, - я такого не сделала, чтобы меня благодарить, просто так случилось, бог тебя спас". С тем и проводила со двора. А вот Велимириха-то к дому бабушкиному зачастила - в любую пору мимо норовила пройти. Я тогда совсем девчонкой была, не поняла ничего - видела лишь однажды, что сильно они поругались. А из-за чего - про то не скажу, не знаю. Слышала только, как уходя, крикнула Велимириха:
-- Ты еще пожалеешь, что не согласилась, заплатишь за это!
А бабушка твоя лишь плечами пожала и ответила:
-- Каждому по его вере и делам воздастся. Кому что суждено - так и проживет жизнь, не нам менять написанное не нами.
Тетя Наташа замолчала. Анфиса поняла, что рассказ бабушкиной подруги не добавил ясности, а лишь совсем запутал её. Если между бабушкой и Велимирихой пробежала черная кошка - то почему за это должна расплачиваться её мама? И как?
Анфиса снова вспомнила про кота.
-- Тётя Наташа, так что с котом-то? Если он не твой, может быть, знаешь хозяев? Потеряли, наверное, ищут...
-- Нет, Фиса, не ищут. Уже нашли, только пока не догадались. Да и хозяев, а вернее, хозяйку, я толком-то и не знала, оказывается. Ты не гони его, твой это кот теперь. Раз уж тебя выбрал - с тобой и будет.
-- Да что я с ним делать буду? У нас в доме кошек-то сроду не водилось.
-- Кошек не было, а кот будет. Так надо, значит. Давай-ка я тебе молочка плесну банку. Вас теперь трое в доме - вот три литра и нацежу. Держи-ка марлю.
Спустя минут десять Анфиса, обхватив банку с молоком, шагала по дороге в сторону дома. Впереди неё, гордо расправив хвост, важно шагал черно-белый кот.
Продолжение здесь,