Смотрю я тут как-то фотографии, сделанные в Старой Риге, и чувствую, как с одной из них на меня кто-то кричит! Недовольно вопит во всё горло. Захлёбывается криком. Чуть ли не ногами топает в попытке до меня достучаться. Что за чудо-чудное – диво-дивное? Смотрю на фотографию, а там – никого нет!
На снимке классический натюрморт. Старинное окно с отражением Старого города. Симпатичный ящичек с разноцветными цветами. Фиолетовый, жёлтый, красный – яркими вспышками. Никаких признаков человека, и всё же что-то не даёт мне покоя.
Начинаю внимательно изучать фотографию. Тереблю интуицию. Прикидываю, откуда чувствую устремлённый на меня взгляд? В нижнем левом углу обнаруживаю вопящий фиолетовый цветок. Явно чем-то расстроенный. Недовольный. Сморщенный. Как маленький старичок. Распугавший своим ором все остальные цветы, дружно от него отвернувшиеся.
Мне тоже хочется поскорее перелистнуть снимок, чтобы не слышать этого безмолвного крика, но… вместо этого я зову полюбоваться на маленького крикуна мужа, и тот… видит в цветке мужичка с усами – недовольно сморщившего носик, но вполне себе молчаливого. Что за чудо-чудное – диво-дивное? Какой-то спонтанный тест Роршаха – не иначе!
Несколько дней думаю про цветок. И чем больше я к нему присматриваюсь, тем очевиднее становится, что муж прав. Никто тут не кричит и не вопит. Мужичок лет пятидесяти (вон какие носогубные складки глубокие!) слишком уж большие усы отпустил (такие давно не носят, но это же не преступление?) и только. Издалека, возможно, и кажется, что цветок кричит, но вблизи видно, что он, скорее, недовольно сопит.
***********************************************************************************
Зрительная иллюзия, при которой человек в неодушевлённых предметах видит лица или фигуры, впервые была описана немецким психиатром Карлом Людвигом Кальбаумом в 1866 году.
Парейдолия (в переводе с греческого – отклонение от изображения) поначалу трактовалась как «бред рассудка» и даже «признак слабоумия».
К счастью, уже к концу XIX века учёные поняли, что одушевление неодушевлённого – у людей в крови, а видим мы те или иные образы в цветах, камнях, облаках, домах и т.д., и т.п. в силу своего чересчур развитого воображения (кстати, есть версия, что у кого воображения нет, тот при взгляде на фиолетовый цветок только цветок и увидит – проверяйте!).
Предположительно, именно лица мы различаем в силу родового рефлекса, который требовал от первобытного человека быстрого и тщательного узнавания того или иного существа, начиная от недруга из соседнего племени и заканчивая диким зверем, чья морда в темноте вполне могла сойти за лицо… какого-нибудь дикаря в маске.
Сейчас защищаться от других людей нам в 99% случаев не надо, но поздним вечером на тёмной улице, думаю, только самый беспечный не следил за тем, не раздадутся ли за спиной чуть слышные шаги, мелькнёт ли рядом незнакомое лицо…
Впрочем, жизни свойственно не только бояться, но и одухотворять всё вокруг себя. Кто из нас в детстве не смотрел на облака, гадая на кого они похожи? Кто-то же дал созвездиям их, по сути, говорящие имена! И те же цветы – разве они не живые? Пусть у них нет привычных нам лиц, но своя жизнь течёт и в их прекрасных лепестках, чьё расположение вполне может сыграть хитрую шутку с нашим воображением, принимающим рядовой набор пестиков и тычинок за чьё-то недовольное лицо.
Материал оказался полезным? Ставьте лайк. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые статьи.