СССР, 1941-1943 гг.
С.Г. Мороз
Справочник
1 мая 1941 г. в СССР над Москвой состоялся традиционный воздушный парад в честь Дня международной солидарности трудящихся – им командовал генерал-майор П.И. Пумпур, главным штурманом был генерал-майор Б.В. Стерлигов. Новейшая авиатехника показывала готовность страны к войне с любым противником. Во главе колонны шли высотные скоростные самолеты – тяжелый бомбардировщик ТБ-7 в сопровождении пары истребителей МиГ-3, за ними следовали восемь девяток пикирующих бомбардировщиков Петляков Пе-2 и пять девяток скоростных ближних бомбардировщиков Як-4. Далее летели истребители – три девятки МиГ-3 и по пять девяток ЛАГГ-3 и Як-1. Основную часть колонны все еще занимали самолеты старые, СБ, но пустили их в конце, как символ уходящей предвоенной эпохи. Всего в параде участвовало 399 самолетов семи типов.
В середине июня 1941 г. командующий Западным особым военным округом генерал Павлов подготовил план обороны своего фронта на 15 дней, который среди прочего предусматривал массированный авиаудар по выявленным объектам противника до рубежа Инстербург, Алленштайн, Млава, Варшава, Демблин. Павлов отмечал, что используя всю наличную бомбардировочную авиацию, он может выполнить эту задачу сразу, и лишь с некоторыми целями будут затруднения. «…Для удара по железнодорожным мостам могут быть использованы только самолеты Пе-2 и Ар-2, которые могут производить бомбометание с пикирования. Бомбометание по мостам с горизонтального полета малоэффективно и требует большого расхода самолетов. Ввиду того, что у нас мало пикирующих бомбардировщиков, необходимо взять для разрушения только главнейшие мосты, как то: в Мариенбурге, Торне, Варшаве и Демблине».
Подготовившие этот план генерал Павлов и его штаб показали понимание роли и возможностей бомбардировочной авиации на уровне теории, но когда через несколько дней война началась, не смогли его осуществить, понеся за это суровое наказание. Вопрос его справедливости, правильности общих путей развития советской авиации в предвоенный период и причин ее поражений в первых боях Великой Отечественной войны в тему этого раздела Справочника не входит, а рассмотрена будет здесь лишь его узкая часть, указанная в заглавии.
Предыдущая часть: Петляков Пе-2Р, Пе-2 2М-82 и УПе-2 – серийные модификации
Применение бомбардировщиков Пе-2 в оборонительных боях лета-осени 1941 г.
Во второй половине 1940 г. к концу этого года командованием ВВС Красной Армии было запланировано перевооружить пикирующими бомбардировщиками Петляков ПБ-100 (Пе-2) два первых полка:
- 16-й БАП на аэродроме Желудок, Западный Особый Военный Округ (ЗапОВО), далее – Западный фронт (ЗФ);
- 48-й БАП на аэродроме Изяславль, Киевский Особый Военный Округ (КОВО), далее – Юго-Западный фронт (ЮЗФ).
Оба полка имели опытный личный состав, участвовавший в войне с белофиннами в 1939-1940 гг., обучение предполагалось в полном объеме с освоением полетов с грунтового аэродрома с полной нагрузкой и бомбометания с пикирования боевым порядком до эскадрильи, а затем и полка.
Однако первые серийные самолеты Пе-2 завод №22 начал поставлять только в марте 1941 г. В то же время, когда поставки новых самолетов начались, командование указанных частей мер к ускоренному их освоению не предприняло. Например, в частях ЗапОВО не были отменены плановые отпуска, не организованы командировки на предприятия авиапромышленности и в НИИ ВВС КА, которые были готовы оказать помощь лидерным частям в освоении самолета, а те далее могли помогать во вводе в строй других перевооружаемых частей ВВС.
Хотя по технике пилотирования, устройству и обслуживанию Пе-2 были сложнее снимаемых с вооружения самолетов СБ и пришедших чуть раньше Ар-2, но достаточно опытный и уже участвовавший в боевых действиях в Испании, Китае и в Финской войне личный состав вполне мог освоить их за 4-6 недель, включая не только техобслуживание и пилотирование, но и боевое применение. Однако возможно это было лишь при условии интенсивной и правильно организованной учебы.
Со своей стороны командование ВВС КА (Главное и ВВС военных округов) в конце 1940 – первой половине 1941 гг. неоднократно меняло планы и очередность перевооружения строевых частей самолетами Пе-2, часто руководствуясь не столько действующими оперативными планами, сколько соображениями удобства организации процесса перевооружения. С другой стороны не всегда учитывалась возможность размещения и маскировки большого числа самолетов, прежде всего, на недавно занятых аэродромах в Западной Белоруссии.
В феврале-марте 1941 г. первые самолеты Пе-2 поступили в 48-й и 95-й (ВВС Московского ВО) скоростные бомбардировочные полки ВВС КА. Они должны были сдать свои самолеты СБ и определение «скоростной» изымалось из их наименования (вместо СБАП теперь они именовались просто бомбардировочными – БАП).
К середине июня 1941 г. вслед за 48-м, 95-м и 16-м БАП многие части Военно-воздушных сил Красной Армии успели получить хотя бы эскадрилью новых пикирующих бомбардировщиков Пе-2, а некоторые – и все положенные самолеты. Полки теперь именовались просто бомбардировочными, но сохраняли штат 1938 г. – пять эскадрилий по 12 самолетов и командирская машина, и если командиры старые самолеты СБ сдавать не спешили (что объяснялось их стремлением обеспечить выполнение плановых таблиц полетов в случае задержки с вводом в строй новой матчасти), на одном аэродроме могло находиться более сотни бомбардировщиков единовременно.
На 21 июня 1941 г. в СССР было построено 490 пикирующих бомбардировщиков Пе-2, из них в строевых частях находился 391 самолет, в т.ч. 180 – в полках приграничных округов и 10 – в Морской Авиации ВМФ.
Приказ начать переучивание на самолет Пе-2 получили 60 полков ВВС и Морской Авиации ВМФ, но завершили переучивание только около 5% летного состава, и те – по сокращенной программе без обучения боевому применению с пикирования, полетам ночью и на практический потолок – лишь отдельные командиры уже выполнили учебные полеты на высотах до 7000 м на II скорости нагнетателей моторов.
***
Прикрываясь указанием «не допускать провокаций», командование приграничных округов не только не пресекало действия воздушной разведки противника (и не только воздушной, но и агентурной), но и утратило бдительность и боеготовность, что позволило противнику во внезапной и массированной атаке на СССР 22 июня 1941 г. добиться таких успехов в т.ч. и в уничтожении советской авиации. Так в этот день на аэродроме Желудок западнее Минска немцы смогли уничтожить все 37 новых Пе-2, которые успел получить 16-й БАП ВВС Западного фронта. Базировавшийся южнее в Пинске 39-й БАП в четырех воздушных налетах первого дня войны потерял пять из девяти полученных Пе-2.
Фото: https://pikabu.ru/story/kolorizatsiya_avariynyiy_pe2_4886272
Хотя советская бомбардировочная авиация смогла приступить к боевой работе сразу, управление ею в масштабе фронта, а часто и дивизии было нарушено и ее планирование легло на штабы полков. А те не имели связи ни с сухопутными войсками, ни с истребительными частями ВВС и не знали обстановки.
Командованием ВВС фронтов не было налажено взаимодействие вверенных им частей разведывательной авиации с своими же бомбардировочными полками и не организовано истребительное прикрытие. Из-за этого бомбардировщики летали без прикрытия и самостоятельно искали цели, удлиняя маршрут и направления захода на цель на месте, и не зная возможных направлений появления истребителей противника.
Первые вылеты многие полки совершили всем составом и, как правило, именно они оказались удачны и прошли без потерь – бортстрелки отбивали атаки плотным ответным огнем. Однако штабы (особенно, это касалось ЮЗФ) требовало не массированного и сосредоточенного, а непрерывного воздействия на противника, что вынудило командиров полков и дивизий перевести бомбардировочную авиацию на действие звеньями, прикрывать каждое из которых истребителями оказалось невозможно.
Даже в частях, успевших получить много Пе-2, некоторые командиры предпочли послать в первый бой проверенные СБ, которые были быстро выбиты. Сказывалась и слабая освоенность новой техники личным составом, которая многими командирами и летчиками пыталась оправдываться конструктивными недостатками самолета. Наверстывать упущенное в мирное время пришлось в боевых условиях, когда выполнять тренировочные полеты уже не было никакой возможности. Действительно, Пе-2 первых серий (как и любые другие новые самолеты) имели многие дефекты, причем не только производственные, но и конструктивные, однако усложнение пилотирования самолета определялось и неизбежным ростом скоростей взлета, посадки и сваливания, а также сокращение допустимых углов атаки при росте веса и нагрузки на крыло. Это общемировая тенденция, которая сохранилась в процессе развития авиации и далее.
Использование многими экипажами Пе-2 тех же полетных скоростей, которые были рекомендованы для устаревших самолетов СБ, облегчало основным истребителям ВВС противника Мессершмитт Bf 109Е и, особенно, F, перехват Пе-2. В таком случае они уже не могли уклониться от атаки или защититься от и атак самостоятельно. Такая практика часто вводилась командирами полков и дивизий, которые сами новый самолет не освоили. В то же время в случае полета а скоростях, близких к максимальным и на второй границе высотности (5000 м) или выше, ситуация резко менялась. Также отмечены были успешные операции Пе-2 на предельно малых высотах и с переменным профилем полета, когда линию фронта или район возможных действиях вражеских истребителей проходили на малой высоте, в условиях отсутствия самолетов противника набирали большую высоту, а уходили от цели на малой высоте. Однако такие полеты требовали уже хорошей выучки летчиков и штурманов, работа которых тоже усложнилась – на ориентировку по месту и расчеты пути оставалось меньше времени, а обзор в сравнении с СБ ухудшилась.
Главными целями для Пе-2 летом 1941 г. стали механизированные колонны на дорогах и мосты, причем не на сопредельной территории, как это предполагалось действующими оперативными планами, а на своей. Между тем противник интенсивно использовал мосты в приграничных районах Финляндии, Польши, Румынии и Венгрии, своевременно уничтожены они не были, а далее обстановка сделать это не позволила.
Недостатком оперативного планирования в предвоенное время оказалось невнимание к оборонительным операциям на своей территории – летчики бомбардировочной авиации не изучали те свои объекты, которые противник мог использовать, и которые придется бомбить. В мирное время не отрабатывались выходы на такие цели и возможность использования рельефа для скрытного подхода к ним.
Главным недостатком боевой подготовки первых полков, получивших Пе-2, оказалось совершенное неумение бомбить с пикирования – для чего новые самолеты и были предназначены и в чем должны были иметь решающее преимущество перед всеми другими бомбардировщиками.
Оказалось, что самолеты ТБ-3 более эффективны, чем Пе-2 в ударах по мостам и железнодорожным станциям благодаря лучшей точности бомбометания с горизонтального полета, которая зависит от скорости полета, большему общему весу и калибру бомб. Но малая путевая скорость упрощала самолетам противника перехват групп ТБ-3 и построение последовательных заходов в атаку на них, а своим истребителям (особенно, МиГ-3, которые в то время были основным новым типом в ВВС КА) затрудняла сопровождение.
Уже в первые дни войны из летчиков-испытателей НИИ ВВС по их инициативе стали формироваться авиаполки особого назначения, в том числе и 410-й БАП ОН, который возглавил зам начальника Института по летной части полковник Кабанов. Пятого июля 1941 г. полк совершил первый боевой вылет всем составом 32 самолета Пе-2 на бомбежку переправ через Западную Двину на Смоленском направлении. Задачей 410-го БАП ОН была не только непосредственная боевая работа, но и внедрение современных приемов применения новых самолетов – в данном случае, прежде всего, бомбометания с пикирования и правильного построения боевых порядков. Причем даже законно оформленных методических рекомендаций в то время еще не было, в чем проявилась существенная недоработка руководства НИИ ВВС и лично его начальника генерал-майора А.И. Филина, который увлекшись личным участием в испытательных и рекордных полетах, пустил эту работу на самотек, несмотря на неоднократные указания командования.
Из-за этого даже опытнейшие летчики-испытатели из 410-го БАП ОН, многие из которых имели не только испытательный, но и боевой опыт, несли тяжелейшие потери, поскольку они не были достаточно подготовлены к правильным и организованным действиям, а окружавшая их обстановка оказалась сильнее их личного мастерства. К 28 июля 24 самолета полка сбили истребители и зенитки, три уничтожила на земле авиация противника, три погибли в авариях, один – в катастрофе и два пришлось сжечь во время отступления. В октябре 1941 г. полк расформировали, а оставшийся личный состав вернулся в НИИ ВВС.
Тем не менее, пусть и такой ценой, но в полку за месяц все же отработали бомбометание с пикирования в фронтовых условиях и предложили ряд мер по улучшению оборонительного вооружения – большинство из них пошло в производство. Но обучать широкие массы строевых экипажей было некогда, и Пе-2 продолжали использоваться в основном с горизонтального полета, причем не только как бомбардировщики. В ход пошла загрузка мелкими осколочными бомбами, эффективными против пехоты на открытой местности и небронированной техники, и даже реактивные снаряды, хотя их подвеска существенно снижала скорость и дальность. В таких вылетах потери тоже были немалые – в основном, от мелкокалиберных зениток. Именно они оказались основной угрозой для Пе-2 в применении на малых высотах, что стало стихийно практиковаться в силу отсутствия истребительного прикрытия.
Основой войсковой ПВО противника была весьма эффективная 20-мм буксируемая счетверенная зенитная установка 2 cm Flakvierling 38 с практическим темпом стрельбы 800 выстрелов в минуту (максимальная циклическая скорострельность 1800 выстр./мин.) и эффективной досягаемостью по высоте 2200 м (максимально – 4800 м).
Уже в июле 1941 г. первые полки, потерявшие все Пе-2 и значительную часть летного состава, пришлось выводить на переформирование. Поддерживать их численность на уровне пяти эскадрилий оказалось невозможно, и к августу в большинстве их осталось две-три. С одной стороны это было плохо, но с другой облегчалось обеспечение боевой работы, а сама она пока требовала не сосредоточения усилий на какой-то одной пусть и очень живучей цели, а максимально широкого охвата – бомбардировщики были нужны везде одновременно, хотя бы звено-два, но для ударов по многим целям одновременно – только так можно было уменьшить давление противника на наши обороняющиеся войска и сократить темп его продвижения.
С началом осени, когда наступление немецких войск замедлилось и им пришлось перейти от тактики «клиньев и котлов» к фронтальному продвижению, Пе-2 стали чаще привлекаться к ударам по войскам непосредственно на линии фронта. В 13-м БАП под Вязьмой они совершали в день по 3-4 вылета, находясь в воздухе по 4-5,5 ч, и учиться пикировать было просто некогда. Да и погода не позволяла – облачность не давала выходить к цели выше 1000 м, а то и 200 м. Для увеличения скорости с самолетов стали снимать тормозные решетки, но вскоре это было пресечено приказом командования – точность бомбометания надо было повышать и пикирование осваивать.
Однако одной бомбардировкой круг задач, решаемых самолетами Пе-2 ВВС Красной Армии в оборонительных боях 1941 г., не ограничивался.
В то же время уже к концу лета 1941 г. стали наблюдать неоднократные случаи, когда группы Пе-2 не только отбивались от истребителей противника, включая Bf 109, но и сбивали их.
Важнейшей задачей авиации с первых дней войны стала воздушная разведка. В конце 1930-х гг. она была возложена на отдельные полки и эскадрильи, подчиненные ВВС армий и военных округов, а Главное Командование своей авиаразведки не имело. Отправленный в конце июня на пополнение и переформирование 40-й СБАП переучился на Пе-2 и получил новую боевую специализацию, став отдельным дальнеразведывательным авиаполком Ставки Верховного Главного Командования Красной Армии – СВГК. К концу года сформировали еще три таких полка и одну эскадрилью – все они были вооружены в основном Пе-2. Каждому фронту также планировалось придать по одной отдельной разведывательной эскадрилье таких самолетов, но до конца года их сформировали только две.
В то же время проявилась нехватка разведчиков фронтовых, и для выполнения этой задачи стали все чаще привлекать все те же Пе-2.
Ночью 22 июля 1941 г. немецкие бомбардировщики впервые атаковали Москву. В отсутствие специального перехватчика с локатором и оборудованием для слепых полетов для отражения ночных налетов привлекли не только Пе-3, двухместные многоцелевые самолеты на базе Пе-2, но и сами эти бомбардировщики. А в сформированной в начале августа авиагруппе ПВО майора Г.П. Карпенко на несколько «Пешек» поставили прожекторы, с помощью которых удалось сбить как минимум один бомбардировщик противника в ночь на 2 августа и четыре в ночь на 11 августа 1941 г.
Но в обороне Москвы главной задачей Пе-2 вновь стала бомбардировка войск противника на линии фронта и на дрогах к ней, мест выгрузки и скоплений резервов, а также артиллерийских батарей и аэродромов. Эти цели лежали на расстоянии 70…200 км от наших аэродромов, и самолеты делали по 2-3 вылета в световой день. В то время Московское направление было главным, и противник использовал там все свои резервы истребительной авиации, но уровень потерь Пе-2 в боях ноября 1941 – января 1942 гг. оказался ниже, чем в июле-сентябре, а их результативность – лучше.
Именно благодаря постепенному сокращению потерь в условиях снижения поставок самолетов из-за эвакуации авиазаводов удалось даже несколько поднять численность Пе-2 в строю, хотя их по-прежнему не хватало. Так в ВВС Западного фронта, сравнительно благополучных в отношении бомбардировочной авиации, на ноябрь 1941 г. было 44 самолета Пе-2, а на декабрь – уже 67. Наряду со штурмовиками, сыграли важную роль в успехе Московской стратегической оборонительной операции и бомбардировщики Пе-2. Победа под Москвой на рубеже 1942 г. изменила дотоле удачный для противника ход войны, но еще не предопределила ее результат.
Фото: https://war-book.ru/petlyakov-pe-2-bombardirovshhik/
В дни боев под Москвой в Вооруженных Силах СССР были возрождены гвардейские части и 6 декабря 1941 г. приказом Наркома обороны СССР Сталина вооруженный именно Пе-2 31-й БАП был преобразован в 4-й Гвардейский – первым среди бомбардировочных частей ВВС Красной Армии. Воюя в Прибалтике, он сбросил на войска и суда противника 9000 штук бомб разных типов, потопил один морской транспорт и два повредил, уничтожил 260 танков, девять бронемашин, более 350 автомобилей, 34 автоцистерны, десять зенитных установок, четыре железнодорожных эшелона, один склад ГСМ и вывел из строя до полка пехоты. В воздушных боях экипажи полка сбили 19 самолетов противника.
Фото: http://ava.org.ru/rap/48g.htm
Перевод в Гвардию означал не только повышение денежного довольствия в 1,5 раза для офицеров и вдвое для рядовых и младших командиров, но и первоочередное пополнение техникой и личным составом. В такие полки стали переводить лучших летчиков и штурманов, собирая их в один «кулак». Но и шла Гвардия на самые трудные участки фронта – вслед за полками появились дивизии и даже авиационные корпуса Гвардии, и в бомбардировочной авиации ВВС Красной Армии они были вооружены именно Пе-2.
Фото: https://war-book.ru/petlyakov-pe-2-bombardirovshhik/
Перекур. Прежде чем пойти дальше, предлагаю отдохнуть, не предаваясь вредным привычкам, а проведя время в интересной беседе на канале Кот-ученый. Например, о том, сколько планет в нашей Солнечной системе
Применение бомбардировщиков Пе-2 в наступательных и оборонительных боях 1942 г.
С началом 1942 г. советское командование предприняло ряд крупных наступлений. Целью одного из них было освобождение Харькова, что должно было положить начало изгнанию гитлеровцев со всей Украины. На этом направлении действительно удалось далеко продвинуться, но фронт у Барвенково приобрел вид тугой дуги, над флангами которой «нависали» крупные немецкие соединения. Надо было либо отходить, в центре, либо рассечь и окружить противника.
Важнейшее значение в планируемой на май 1942 г. операции Юго-Западного фронта придавалось авиации, которая была усилена за счет резервов Ставки и соседних фронтов. На 1 мая ВВС КА имели 303 бомбардировщика и 41 разведчик типов Пе-2 и Пе-3 – лишь около 20% от всех наличных самолетов этих классов, причем на многих были изношенные моторы из-за регулярного использования II скорости нагнетателей. Но на Харьковском направлении доля Пе-2 в сравнении с самолетами СБ, Ар-2, Як-4 и Су-2 была больше и на них возлагалась особая надежда.
Противник тоже стягивал под Харьков самолеты, и была поставлена задача ударить по их базам. В 8 утра 11 мая семерка Пе-2 из 99-го БАП удачно атаковала Сокольники – бывший аэродром харьковского авиазавода. Немецкие истребители Bf 109 пытались атаковать ее уже на отходе, и их отогнала восьмерка истребителей, сбив одного и потеряв командира эскадрильи 273-го ИАП Солянова. Но следующие вылеты прошли уже не так удачно, и к вечеру в 99-м БАП были сбиты три самолета Пе-2. Но главное – силы авиации противника оказались недооценены, а ее расположение вскрыто не полностью, что не позволило правильно спланировать удары и в значительной мере предопределило дальнейший ход боев.
Из-за нехватки самолетов-разведчиков экипажам бомбардировщиков надо было самим искать цели. Иногда это получалось удачно, 13 мая например экипаж Пе-2 из того же 99-го БАП увидел вражеские танки у Зарожного, и благодаря своевременному удару группы Пе-2 до позиций нашей 38-й армии дошли из них далеко не все. Но использование для разведки бомбардировщиков отвлекало их от основных задач.
Под Харьковом противник собрал элиту своей истребительной авиации, например, части эскадры JG52, и 19 мая 1942 г. Bf 109F из группы II/JG52 отсекли прикрытие от Пе-2 из 99-го полка и сбили несколько самолетов. Зато в тот же день пять Пе-2 из 8-го Гвардейского Краснознаменного БАП разбомбили аэродром Константиновка, уничтожив по данным агентурной разведки 18 самолетов противника. Рассредоточить остальные или усилить прикрытие этой «точки» немцы в спешке не смогли, и в повторном налете через день четыре Пе-2 99-го полка сожгли еще 22 самолета, что было подтверждено данными разведки.
Но 27 мая Bf109 из I/JG 52 сбили в одном бою сразу семь Пе-2 из 24-го Краснознаменного БАП и еще несколько из 138-го БАП атаковавшей танки Гудериана 223-й авиадивизии. Были сбиты экипажи командира 24-го полка Героя Советского Союза полковника Горбко и командира дивизии полковника Косенко. А причина была в нарушении взаимодействия этого соединения ВВС Брянского фронта с истребителями фронта Юго-западного, которые должны были их прикрывать, но опоздали с подходом.
Надежность взаимодействия между родами советской авиации и соединениями разного подчинения оставалась нерешенным вопросом. Начатое в апреле 1942 г. формирование Воздушных Армий вместо ВВС фронтов и ВВС армий общевойсковых к началу боев завершить не удалось, что тоже сыграло свою роль в их исходе. Приказ Командующего ВВС КА №00119 о преобразовании авиации ЮЗФ и входящих во фронт общевойсковых армий в 8-ю ВА под командованием генерал-майора Т.Г. Хрюкина был отдан только 9 июня 1942 г. и выполнялся уже после поражения под Харьковом в условиях отступления.
Созданные в начале 1942 г. резервные авиагруппы (РАГ) получились слишком маленькими для того, чтобы менять в свою пользу обстановку хотя бы на узком участке фронта. Вместо них было решено формировать авиакорпусы резерва Ставки Верховного Главнокомандования (РВГК) однородного или смешанного состава из двух-трех дивизий.
Но и на это надо было время, а его не было. Воспользовавшись тяжелым поражением Красной Армии под Харьковом, в июле противник развернул наступление на всем южном участке фронта на Кавказ, Воронеж и Сталинград. Пытаясь остановить устремившуюся к Воронежу группу армий «Б» фон Вейхса, упомянутый выше 24-й БАП потерял много экипажей, в т.ч. командира полковника Горбко, и комиссара Бециса из-за отсутствия истребительного прикрытия и действий малыми группами. Немецкие же истребители предпочитали какой-то налет оставить и без внимания, но в другом случае выслать на перехват максимальный наряд сил.
Пытаясь снизить потери, полки Пе-2 летом 1942 г. вновь перешли к действиям с больших высот, благо машины с моторами М-105РА это позволяли. Столкновений с вражескими истребителями поначалу стало меньше, но и точность бомбометания с горизонтального полета ухудшилась, а бомбометанию с пикирования основная масса экипажей оставалась не обучена.
Для распространения передового опыта и освоения необходимых тактических приемов в строевые части снова были направлены летчики-испытатели и представители Инспекции ВВС, которые провели по всем фронтам теоретические занятия в виде конференций, где строевики сами могли делиться опытом, и показали, как надо это делать на практике – в боевых вылетах. И дело повышения квалификации летного состава полков Пе-2 с мертвой точки, наконец, сдвинулось уже в массовом масштабе.
Одним из получивших такое пополнение полков стал 128-й БАП, который за март 1942 г., первый месяц после возвращения в тыл личного состава из испытателей, ничуть не ухудшил свои показатели, разбомбив 39 вражеских самолетов на аэродромах и 5 сбив в воздушных боях. А всего за первый год войны полк выполнил 2547 боевых вылетов, уничтожив на земле 140 самолетов противника и 38 в воздухе. Это свидетельствовало и о значительном повышении точности бомбовых ударов, и о том, что экипажи «Пешек» научились не только отбиваться от «Мессеров», но и бить их.
Одним из первых бомбометание с пикирования в полном составе освоил 150-й БАП. 15 июля 1942 г. его командир подполковник И.С. Полбин с пикирования уничтожил склад горючего в районе станицы Морозовская, задержав идущие на Сталинград танки.
Фото: https://www.vif2ne.org/nvi/forum/arhprint/152135
Необычную операцию провели 4 октября 1942 г. летчики 366-го БАП. Подпольщики Пятигорска сообщили о готовящемся этим вечером в местной гостинице «Бристоль» награждении большой группы немецких офицеров. Пара Пе-2 взлетела в окрестностях Грозного, прошла вдоль Большого Кавказского хребта и появилась над целью на закате в разгар праздника, «накрыв» объект точным ударом. Хотя садиться пришлось уже в полной темноте при свете костров, оба экипажа сделали это мастерски.
***
После короткого затишья бои на южном участке советско-германского фронта возобновились 16 июля 1942 г., на следующий день противник приступил к исполнению плана «Блау», а 17 августа начал форсирование Дона – это была последняя большая водная преграда на пути к Сталинграду, лежавшему вдоль западного берега Волги. Его падение значило бы потерю крупнейшей производственной базы и транспортного узла, а также открывало путь на юг – к Астрахани. Разведка сообщала, что Япония была готова вступить в войну против СССР в случае взятия Сталинграда.
Для уничтожения переправ через Дон сформировали группы по 10-30 бомбардировщиков Пе-2 и штурмовиков Ил-2, которым должны были придаваться по 10-15 истребителей, но это оказалось возможно далеко не всегда. Они приступили к боевой работе 20 августа, штурмовики выполнили 112 боевых вылетов по переправам, а бомбардировщики – 90, но чтобы остановить врага, этого оказалось недостаточно. Как раз в эти дни появился приказ Наркома обороны Сталина №227, ставший знаменитым под названием «Ни шагу назад!». Он касался не только сухопутных войск, но и ВВС, где тоже было необходимо поднимать дисциплину.
Фото: http://feldgrau.info/waffen/64-2010-09-02-12-20-17/16118-podborka-foto-190
В междуречье Дона и Волги против вражеских танков и мотопехоты снова была брошена вся авиация. Противник имел там 100-120 истребителей в немецких частях IV Воздушного Флота, а также итальянские, венгерские и румынские истребительные части, а наши бомбардировщики снова оказались без прикрытия и понесли тяжелые потери. Так за июль-сентябрь 1942 г. через 270-ю бомбардировочную авиадивизию полковника Егорова прошли друг за другом 86-й, 99-й, 140-й, 275-й, 279-й и 797-й полки на Пе-2 и всех их пришлось отправлять на переформирование.
23 августа 1942 г. враг вышел к Волге у северной окраины Сталинграда, начав уличные бои и продолжая попытки обхода и блокирования города. Размах и характер боевых действий настоятельно требовали повышения точности бомбометания – в условиях непрерывно меняющейся обстановки авиация должна была стать самым точным и оперативным средством огневого воздействия. Для ее усиления под Сталинград были направлены несколько резервных авиагрупп, а 4 сентября – и не закончившая формирование 16-я Воздушная Армия. С ее прибытием число Пе-2 под Сталинградом достигло 113 из общего числа 738 боевых самолетов.
Наряду со штурмовиками Ил-2, с которыми они часто действовали совместно, Пе-2 внесли свой вклад в оборону города осенью 1942 г., не позволив взять Сталинград с ходу, но далось это дорогой ценой. Наращивая силы, немецкое командование осенью 1942 г. перебросило на Волгу дополнительные силы истребителей, в т.ч. новейшие высотные истребители Bf 109G-1 с гермокабиной и устройством впрыска в цилиндры мотора закиси азота, что позволяло уверенно выполнять перехват Пе-2 вплоть до высот 7000…8000 м, которые спасали от «обычных» Bf 109F и G-2.
Понес тяжелейшие потери и выбыл на переформирование в начале осени 1942 г. даже 150-й пикирующий авиаполк, один из лучших на том фронте. Между тем наряду с мужчинами в воздушную войну над Сталинградом включились и женщины, и среди них летчицы 587-го БАП, вооруженного пикировщиками Пе-2. Этот полк был сформирован по инициативе и под руководством Героя Советского Союза Марины Расковой. Он был готов к боевым действиям 25 октября 1942 г., а через три дня включен в 270-ю БАД и начал переброску под Сталинград – такое жесткое начало боевого пути выпало этой женской войсковой части.
Фото: http://waralbum.ru
Перебазирование проходило в сложных метеоусловиях и в бой 587-му БАП пришлось вступать без своего первого командира – Пе-2 Марины Михайловны Расковой потерпел катастрофу на перелете в тяжелой облачности 4 января 1943 г. В мае этого года 587-й полк, который отлично покажет себя в боях, получит ее имя, а концу войны станет 125-м Гвардейским орденов Суворова и Кутузова. За отличие в освобождении Белоруссии на его знамени появится и название города Борисов.
К середине осени 1942-го бои в Сталинграде приобрели затяжной позиционный характер, который удалось нарушить лишь 19 ноября – советские войска начали стратегическую наступательную операцию «Уран». И хотя все ее цели достигнуты не были, сомкнувшиеся у города Калач части советских 57-й и 63-й Армий отрезали и окружили немецкую 6-ю и основную часть румынской 3-й армии от оставшихся западнее войск.
Фото: http://forums.airbase.ru/2014/06/t17649,18--pe-2-pikiruyuschij-bombardirovschik-okb-petlyakova.html
Группа армий Гота, основу которой составляла мощная 4-я танковая армия, 17-я немецкая, 4-я и румынская, остатки 3-й армии и другие силы противника предприняли попытку прорыва встречными ударами при массированной поддержке авиации. Сделать это не удалось, но и советские войска не могли быстро уничтожить «котел». Потому выводимые на переформирование полки Пе-2 пополнялись в ускоренном порядке и тут же возвращались обратно, как 150-й БАП, который в декабре снова был под Сталинградом.
Изоляция разрозненных группировок противника и лишение его свободы маневра стала там главной задачей нашей фронтовой авиации. И хотя здесь проявился недостаточный радиус действия Пе-2 (не более 450 км, что не позволяло эффективно использовать авиацию соседних фронтов), зато точность бомбометания оказалась гораздо выше, чем у применявшихся в тех же условиях Ил-4 или получаемых по ленд-лизу американских самолетов Дуглас А-20 «Бостон». Хотя многие командиры полков по-прежнему предпочитали использовать бомбы ФАБ-100, самолеты Пе-2 чаще других под Сталинградом применяли более мощные ФАБ-250, которые были нужны для разрушения промышленных зданий и сооружений, а также отдельных жилых домов старой постройки, использовавшихся врагом в качестве укреплений.
Как только кольцо вокруг Сталинграда замкнулось, немцы попытались наладить воздушный мост, собрав для него всю возможную транспортную авиацию. Перед советскими пикировщиками была поставлена задача уничтожения посадочных площадок в «котле» и аэродромов базирования за его пределами. Для полетов с максимальной загрузкой немцам пришлось размещать их сравнительно недалеко и, например, 30 декабря 1942 г. шестерка Пе-2, ведомая командиром 150-го БАП Полбиным точным пикирующим ударом сожгла на аэродроме Тормосин в двухстах километрах от Сталинграда 12 транспортных самолетов Ju 52.
Под Сталинградом Пе-2 снова пришлось работать и за штурмовиков, и за истребителей – понеся тяжелые потери днем, враг теперь пытался летать в «котел» ночами. В ответ были развернуты радиолокационные установки «Редут», которые наводили на выявленные цели те же Пе-2 и Пе-3. Было использовано несколько самолетов с бортовыми РЛС «Гнейс-2», но в большинстве это были обычные бомбардировщики – наличие на борту штурмана и радиста делало их более предпочтительными для новой задачи не только в сравнении с обычными истребителями, но и с двухместными Пе-3.
Самолеты Пе-2 действовали в Сталинградской битве как днем, так и ночью, причем 150-й БАП выполнял в темное время суток и бомбометание с пикирования, о чем свидетельствует письмо инженера полка Авсеева директору завода №22 Окулову и старшему военпреду предприятия Романову. Авсеев сообщает также, что в июне-июле 1942 г. самолеты полка Пе-2 серий 83 и 84, полученные в июне, выполнили 240 боевых вылетов, в т.ч. используя бомбометание с пикирования. Он благодарит работников завода в ремонте боевых повреждений и после поломок в эксплуатации и отмечает, что по вине продукции завода срывов боевых заданий не было, однако ненадежно работают двигатели М-105, которых на самолетах полка по причине выхода из строя за этот период заменили 14 штук.
К концу января «сталинградский воздушный мост» перестал действовать. По немецким данным в нем Люфтваффе лишились 488 самолетов, и это были самые большие потери в одной отдельно взятой операции на Восточном фронте. Существенная часть их была уничтожена на аэродромах пикировщиками Пе-2, которые и этим тоже внесли свой вклад в победу в Сталинградской битве, завершившейся 2 февраля 1943 г.
***
Физкульт-минутка – как обычно у нас с позитивным каналом Деревянные лошадки. Дерево как материал годится во всем – от велосипедов до самолетов! Просто, практично, красиво!
***
Применение бомбардировщиков Пе-2 в 1943 г. и совершенствование тактики
Подводя итог действий в 1942 г., командование ВВС КА отметило улучшение эффективности и снижение боевых потерь Пе-2. Так если первым военным летом укомплектованный опытнейшим летным составом из испытателей НИИ ВВС 410-й БАП терял один Пе-2 за 11 боевых вылетов, то под Сталинградом этот показатель поднялся до 54 вылетов в среднем, что оказалось больше, чем в полках на самолетах ЛаГГ-3, Ла-5 и Як-1.
Фото: http://ava.org.ru/bap/128.htm
Достичь этого удалось в т.ч. благодаря лучшей работе нашей истребительной авиации, которая стала прикрывать бомбардировщики чаще и надежнее, но дали свой результат и меры по улучшению вооружения, живучести и летных данных Пе-2, а также совершенствование тактики его применения. В частности, от штурмовиков переняли прием атаки «с круга», и теперь с какой бы стороны не атаковал истребитель противника, он оказывался под перекрестным огнем носовых и подвижных пулеметов как минимум двух Пе-2. Но для этого надо было уметь держать строй, причем делать это в маневре, доворачивая в направлении угрозы и возвращаясь на свое место со слаженным изменением курса, высоты и скорости полета.
Освоение «круга» заставило перейти от залпового бомбометания «по ведущему» с прямой к самостоятельному прицеливанию с виража и сбросу бомб по 1-2 штуки, что увеличивало время и площадь огневого воздействия. Группа прикрытия разбивалась надвое – часть истребителей держалась над «кругом», а другая – в стороне, отсекая прибывающее подкрепление противника и те самолеты, которые пытались найти неожиданное направление для атаки Пе-2.
Сначала «круг» применяли только в горизонтальном полете, затем приспособили и для пикирования. Возможный промах уменьшился с 300 до 10…20 м, а на таком расстоянии взрыв бомбы ФАБ-250 надежно выводил из строя земляные укрепления.
На 1 января 1943 г. в частях фронтовой авиации числилась 1581 самолет Пе-2 – более чем в 3,5 раза больше, чем годом раньше, но с общим ростом ВВС их процент и общая доля бомбардировщиков уменьшились. Это было признано неправильным и Наркомату авиапромышленности было поручено нарастить выпуск Пе-2. Роль пикирующих бомбардировщиков в операциях, запланированных на 1943 г. по всему Советско-германскому фронту, росла, а ее задачи – менялись.
В письме №500014сс от 9 февраля 1943 г. Командующий ВВС КА Новиков докладывал свои предложения Сталину:
«….при прорыве… в период артподготовки авиацию освободить от действия по переднему краю и дать ей задачу бить по штабам и узлам связи с тем, чтобы нарушить управление.
В период атаки… все силы авиации должны обрушиться на артиллерию и минометы с тем, чтобы обеспечить продвижение своей пехоты.
Обработка артиллерии и минометов и действия по боевым порядкам противника на поле боя должны быть непрерывными в течение 2-3 часов, т.е. до прорыва линии обороны нашей пехотой на глубину минимум 3-5 км.
В дальнейшем авиация должна обеспечить прорвавшуюся пехоту от возможных контратак противника с флангов и не допустить подхода резервов противника к полю боя».
Все эти операции требовали сочетания точности и мощности удара, и это предопределяло необходимость использования пикирующих бомбардировщиков, а штурмовики и «горизонтальные бомбардировщики» направлялись на уничтожение рассредоточенных по протяженным позициям вражеских войск. При этом задачи ударов по объектам коммуникаций и аэродромам также оставались за пикировщиками.
В начале 1943 г. полки пикирующих бомбардировщиков перевели на новый трехэскадрильный штат – по 32 самолета Пе-2, что повышало их устойчивость в случае потерь и упрощало выполнение задач, требующих большего наряда самолетов.
Противник пытался сдерживать действия советской бомбардировочной авиации наращиванием своих истребительных сил и их модернизацией. На Восточном фронте появились самолеты Мессершмитт Bf 109G-6 и Фокке-Вульф FW190A с усиленным вооружением, и теперь даже Пе-2, прочная и живучая машина, мог быть сбит коротким залпом с одной атаки.
В январе-феврале 1943 г. сразу несколько групп Пе-2 пропали без вести – самая большая начитывала сразу 14 машин. Все они летели в тяжелых метеоусловиях, что поначалу и сочли причиной трагедий, но вскоре стало понятно, что как минимум часть потерь – следствие недооценки новых истребителей противника. Были проведены дополнительные тренировки экипажей Пе-2 на отражение внезапных атак на маршруте, усилили истребительное прикрытие.
3 февраля 1943 г. был высажен десант под командованием Кунникова в районе Новороссийска, который должен был сыграть важнейшую роль в освобождении Северного Кавказа и в действиях на всем Южном участке фронта. Поскольку доставить на плацдарм достаточные силы артиллерии и тем более танки возможности не было, в этих боях особая роль уделялась авиации – в т.ч. и бомбардировочной. Противник тоже активизировал свои воздушные операции, и пикировщикам была поставлена задача ударить по его аэродромам.
Утром 17 апреля 1943 г. группа Пе-2 под прикрытием двух четверок истребителей Р-39 и Р-40 атаковала аэродром Анапа. На подходе к Цемесской бухте их пытались перехватить несколько Bf 109, но Р-40 связали их боем. Вторая четверка Р-39 осталась прикрывать Пе-2, лишь на одну минуту отвлеклись между Новороссийском и целью на шедших без прикрытия Ju 88 и Ju 87. В короткой атаке они «всадили» несколько 37-мм снарядов в бомбардировщики противника и вернулись к основной задаче – на приближавшемся аэродроме Анапа были видны взлетавшие истребители.
«Пешки» заходили на цель косым виражем со стороны моря, при этом почти в каждом звене внешние бомбардировщики отстали от строя, что усложнило прикрытие. Их атаковали несколько Bf 109 и два FW 190A. Пара Покрышкина из 16-го Гвардейского ИАП сбила оба «Фоккера», и хотя самолет Р-39 летчика Ершова был поврежден и вышел из боя, Пе-2 без потерь отбомбились и повернули на обратный курс. Над Новороссийском их снова атаковали сразу 15 вражеских истребителей Bf 109, но пара Р-40 отсекла атаку, сбив два истребителя противника, летчики 16-го Гвардейского уничтожили еще два Bf 109. Со стороны моря новая группа «Мессеров» снова пыталась атаковать Пе-2, но как только один из них был сбит, остальные отвернули. Бомбардировщики Пе-2 задачу выполнили и вернулись все, истребители также безвозвратных потерь не имели.
***
Фото: https://war-book.ru/petlyakov-pe-2-bombardirovshhik/
Весной 1943 г. советские войска смогли потеснить врага во многих местах фронта, но успех им способствовал не везде. Противник не только удержал позиции в районе Орла и Харькова, но и нанес советским войскам тяжелое поражение, и наметил окружение сил Центрального и Воронежского фронтов встречными ударами на Курск. Линия фронта там угрожающе напоминала Барвенковский выступ весны 1942 г., о чем сказано выше.
Чтобы не допустить повторения старых ошибок, советское командование заблаговременно усилило угрожаемый участок. Там сосредоточили среди прочего 4300 боевых самолетов против 2100 немецких, включая 853 «Пешки» – 42% всей бомбардировочной авиации, 332 из них были в составе усиленных авиакорпусами РВГК 2-й и 16-й Воздушных Армий на главных направлениях задуманного встречного сражения. Их боеготовность достигла 95%.
Перед рассветом 5 июля 1943 г. наши войска начала массированную контрартподготовку, а 1-я, 15-я и 16-я Воздушные Армии нанесли короткие, по 15-30 минут, удары на оперативную глубину расположения изготовившихся к броску войск противника. Это не позволило противнику выполнить поставленную задачу, а через пять суток он был вынужден полностью менять свои планы.
Хотя его исход и судьба битвы в целом были решены на земле, авиация тоже сказала свое слово и в первой оборонительной ее части, и когда на следующий день после самого большого в истории встречного танкового боя под Прохоровкой 12 июля в наступление были брошены три Танковых Армии – 2-я, а также 3-я и 4-я Гвардейские. Фронтовая бомбардировочная авиация должна была оказать им непосредственную поддержку в прорыве, не дать противнику закрепиться на промежуточных рубежах, сорвать маневр резервами и нарушить управления его войсками.
Выделенные для этого 66 самолетов Пе-2 с задачей справились. Военный совет 3ГТА писал командующему 15-й ВА: «Танкисты благодарят за отличные действия штурмовиков и бомбардировщиков, которые помогли нам прорвать оборону противника».
Развивая успех, 3 августа 1943 г. войска Воронежского и Степного фронтов начали Белгородско-Харьковскую наступательную операцию. Поддерживающая их 5-я Воздушная Армия за полтора часа до наступления нанесла удар по узлам обороны противника на переднем крае силами 50 пикировщиков Пе-2, а во второй волне непосредственно перед атакой на врага обрушились сразу сто машин этого типа. Далее пикировщики перенесли свое воздействие в тыл врага, действуя по его пунктам управления, резервам и аэродромам. Итогом грандиозного сражения стало взятие Орла, Белгорода и 23 августа 1943 г. – Харькова. Началось освобождение Советской Украины.
Фото: http://forums.airbase.ru/2014/06/t17649,18--pe-2-pikiruyuschij-bombardirovschik-okb-petlyakova.html
В весенне-летних боях 1943 г. самолеты Пе-2 действовали уже совсем не в той обстановке, что раньше, и это сказалось на результатах – стал выше процент успешно выполненных заданий, а само влияние воздушной поддержки на общий исход боев увеличилось, облегчая трудную работу пехоты и танкистов.
Лишенный свободы выбора, противник пытался применять излюбленную тактику концентрации своих самолетов и зенитной артиллерии на определенных направлениях, и кое-где это позволило ему нанести советской авиации серьезные потери. За первый месяц боев на Курской Дуге в приданном в оперативное подчинение 2-й Воздушной Армии 1-м бомбардировочном авиакорпусе РВГК полковника И.С. Полбина из 179 самолетов было сбито 36 – одна потеря на 29 вылетов, еще 16 погибли при других обстоятельствах. Причинами высоких потерь снова были отмечены факты растягивания строя, когда отдельные экипажи «вываливались из круга», гибли сами и ослабляли защиту остальных. Распространенной ошибкой было пытаться оторваться от истребителей на скорости и наоборот, если Пе-2 смыкали строй, часто атаки истребителей Bf109 и FW 190A оказывались безуспешны, а то и сами они несли потери.
Фото: https://war-book.ru/petlyakov-pe-2-bombardirovshhik/
Вражеская тактика концентрации сил имела и обратную сторону – собирая все в одном месте, приходилось оголять остальной фронт. И если в 1941-1942 гг. это создавало видимость постоянного преимущества Люфтваффе в воздухе везде, то в 1943-м стало напоминать «штопку дыр». Потому к концу августа 1943 г. выживаемость Пе-2 по сравнению с началом года в среднем улучшилась – одна потеря приходилась на 57 самолетовылетов и 70 часов налета. Кстати, поступавший по Ленд-лизу американский бомбардировщик «Бостон» во фронтовой авиации СССР в то время в среднем выдерживал 39 самолетовылетов и 60 часов боевого налета.
Отмечалась более высокая по сравнению с А-20 боевая живучесть Пе-2 – как за счет меньшего объема, лучшего расположения и более эффективной защиты топливных баков, так и благодаря хорошей собственной прочности планера.
Развивалась и тактика применения Пе-2, чему способствовал ростл сил советской истребительной авиации. Именно благодаря этому появилась возможность разделения сил прикрытия на три группы – непосредственного сопровождения, а также прикрытия зон входа бомбардировщиков в пикирование и выхода из него. Такая тактика могла применяться как в атаке цели с прямой, так и с «круга».
В 1943 г. выпущена книга «Особенности пилотирования самолета Петляков-2» (В.А. Лебедев, БНТ НКАП), в которой были рассмотрены и объяснены в доступной для летчика среднего уровня подготовки форме аэродинамические свойства самолета, обращено внимание на те из них, которые при пренебрежении ими могут создать предпосылку к летному происшествию и аварийную ситуацию.
В книге даны четкие рекомендации по правильным действиям как в обычном полете, так и в сложных случаях, например, при отказе одного двигателя. Изучение летчиками этой книги снизило аварийность – многие летные происшествия вызывались не конструктивными и аэродинамическими дефектами самолета, а неправильным пилотированием, которое в свою очередь определялось недостатками в обучении и отсутствием правильных методик, что и было устранено этой книгой.
Повышению уровня боеготовности самолетов Пе-2 способствовали повсеместная организация полевых авиаремонтных мастерских (ПАРМ), оказание помощи строевым полкам в их ремонте силами серийных заводов (прежде всего, казанского №22), выпуск в 1943 г. утвержденной технологии ремонта самолета Пе-2 и организации обучения технического состава частей.
Фото: http://waralbum.ru/201677/
А тем временем война продолжалась. Третьего ноября 1943 г. началась Киевская стратегическая наступательная операция и на следующий день пикирующие бомбардировщики Пе-2 вместе со штурмовиками Ил-2 под прикрытием истребителей нанесли массированные удары по немецким войскам вокруг города и севернее его. В воздухе одновременно находились сотни самолетов, которые «обрабатывали» позиции противника, действуя на глубину 10-20 км совместно с дальнобойной артиллерией, а дальше – самостоятельно. Важнейшее значение придавалось точности ударов и правильному вскрытию целей в условиях пересеченной и лесистой местности с обилием больших и малых водных преград. Отлично работали Пе-2 – разведчики авиации СВГК и ВВС.
Противник пытался использовать природные условия для усиления своей обороны, но это ему не удалось. И хотя форсирование Днепра и штурм вражеских позиций у Киева был длительным и тяжелым, благодаря слаженной и эффективной работе артиллерии и авиации цель операции была полностью достигнута. В предпраздничный день 6 ноября 1943 г. войска генерала Ватутина освободили столицу Советской Украины от немецко-фашистских захватчиков, открыв дорогу на Запад – к границам СССР, в порабощенную Европу и к логову врага.
Смысл использованных в статье и таблицах определений, понятий и сокращений можно узнать, открыв наш краткий словарь по авиации и ракетной технике
Список использованных источников будет дан в последнем разделе Справочника, посвященном этому самолету
Продолжение следует
Послесловие не в тему: а теперь я как обычно предлагаю Вам, уважаемый читатель, переключить свое внимание и открыть замечательный канал Кот-ученый. Там каждый найдет то, что он ищет – разумное, доброе, вечное. Ну и, конечно, интересное!