Трёхдневный дождь существенно поломал планы. Впрочем, учитывая страшное воспаление глаз, непогода пришлась как никогда кстати: удалось отлежаться и перенести кризис без соблазнов длительных походов. От запланированных походов на Розовые скалы и на гору Малый Ямантау пришлось отказаться. Причём не только по причине непогоды и внезапной болезни. Была ещё одна причина.
Башкирским властям вздумалось затеять в разгар туристического сезона ремонт железной дороги. В связи с чем все электрички Инзер — Белорецк с понедельника по пятницу были отменены. Я всё понимаю — плановый ремонт или даже внезапная поломка, но мать же ж вашу, ребята: неужели нельзя было продумать альтернативный вид пассажирского сообщения?! В условиях башкирской тайги альтернативный вид — это автомобильная дорога. Она там как бы есть, но пользоваться ею рискованно. Дело в том, что на ней отсутствует не только асфальт, но даже и грунтовка. Глубокие колеи от тяжёлых грузовых машин за много лет превратились в непроходимое месиво. Судя по всему, сухой эта дорога никогда не бывает. В дни моего айгирского плена из приюта пытался вырваться внедорожник с двумя москвичами на борту. Так шо вы думаете — тот внедорожник ночевал в лесу застрявшим. Вместе со своими москвичами.
Дорога. А в дороге МАЗ,
Который по уши увяз.
В кабине тьма, напарник третий час молчит.
Хоть бы кричал — аж зло берёт!
Назад — пятьсот, вперёд — пятьсот,
А он зубами танец с саблями стучит».
Я раньше думал, что такая инфраструктура была в России только в совковые времена Высоцкого. Башкирское мандалайство! И народ терпит. Потому что другой жизни не видел никогда. Не могу себе представить, чтоб подобное имело место где-нибудь в центральной России. Поснимали бы всех ответственных начальников к башкирской матери…
В пятницу утром упросился в машину до Белорецка к двум молодым екатеринбуржцам. Ехали без уверенности, что удастся вырваться из таёжного плена. Тем паче что с нами в кортеже ехали те самые несчастные москвичи, предпринявшие вторую попытку. У злосчастного болота водитель сделал остановку, больше часа разведывал местность пешком, а когда вернулся, велел нам с его девушкой выйти из машины для облегчения нагрузки и проследовать опасный отрезок пешком. Ну как проследовать — прохлюпать по болоту, с кочки на кочку, а где и по высокой траве.
Когда вырвались на асфальтированную трассу, нас обуяла несказанная радость освобождения из плена! На радостях водитель поменял свои планы и поехал вместе со мной в Тирлянский. Инзерские зубчатки — это жемчужина Урала, соблазнительная даже для уральцев.
А гостиница, в которой я остановился в Тирляне, как раз предоставляла услуги заброски к этой жемчужине. Договорились на завтра, на 9 утра.
Чудный солнечный вечер был посвящён романтичной прогулке по посёлку. В Тирляне, право, есть что посмотреть — это не Уфа. И все достопримечательности собраны в одном месте, рядом с гостиницей «Судовая гора». Это и плотина, и руины бывшего завода, и огромный маховик, оставшийся после страшного наводнения и вросший в землю посреди поля. Всё это смотрится живописно. Рядом пасутся лошади и козы.
Впечатляет пробой в скале, где когда-то проходила узкоколейная железная дорога. Её следы до сих пор просматриваются на берегу живописного пруда.
Впервые за 10 дней путешествия не надо было никуда торопиться, и я в полной мере насладился чудесным закатом над Тирлянским прудом.
6 июля. Инзерские зубчатки.
Этого похода я ждал с особым трепетом. С одной стороны — топовое место Урала во всех рейтингах. С другой — место труднодоступное. Сначала заброска осуществляется два часа на мощном внедорожнике ГАЗ-66 с колёсами в человеческий рост по лесным камням да болотам, дважды проходя вброд реки (с полным погружением колёс в воду). А потом — 4 км пешком по болотам, где и внедорожник пройти не рискует.
На деле вышло не так страшно, как на бумаге. Кроссовки, конечно, промочил, но грязное бездорожье было только первую треть пути. Потом — обычный сухой лес. Подъём некритичный, без курумника и коряг (как на Зубах позавчера или как в Таганае или на Иремеле, которые ещё только предстояло преодолеть).
Вот он — третий Уральский Космос.
Но не только за видом на зелёное море тайги лезут на эту скалу. Обернувшись назад, можно увидеть то, ради чего едут в эту глушь со всей страны. Вон те скалы вдалеке и есть знаменитые Инзерские Зубчатки.
Уникальность этих отдельно стоящих высоченных зубцов заключена в их расположении — они образуют почти замкнутый контур, который называют амфитеатром. Внутри этого контура почти ровная площадка, называемая цирком. Преодолев препятствия в виде невысоких скал, можно очутиться в цирке и обозреть уникальные Зубчатки изнутри.
Правда, удачного ракурса для обозрения всего амфитеатра разом, сколь ни старайся, не найдёшь.
7 июля. Гора Малиновая.
Вдоволь отоспавшись после утомительного похода на Зубчатки, расстался с радушным Тирляном и переехал в Белорецк. Там была запланирована всего одна ночёвка, поэтому поспешил с новым походом в горы. Прямо на окраине Белорецка есть интересная гора — Малиновая. Строго говоря, их даже три — и все Малиновые. Если бы у меня был целый день, прошёл бы их все. А поскольку восхождение начал только в 5 часов дня, решил ограничиться посещением только Первой Малиновой — без фанатизма.
Для экономии времени и сил раскошелился на такси и подъехал впритык к реке Нуре, от которой начинается маршрут на горы. Речушка узкая и мелкая, но её пришлось переходить вброд.
То есть разуваться, брать в руки кроссовки с носками (помимо обычной ноши в виде рюкзачка и фотоаппарата в кобуре) и нежными белыми ножками интеллигента хлюпать по острым камням в холодной воде по щиколотку.
Ну что ж за башкирское мандалайство, йокарный бабай! Неужели так трудно соорудить какой-нибудь простенький деревянный мост на месте популярного в народе маршрута? Двадцать первый век, ребята… Если в июле-месяце вода не тёплая, то какая ж она в октябре? А ведь есть любители — ходят сюда круглый год. В горах, говорят, осенью особенно красиво.
Весь Урал в этой мандалайской бесхозяйственности! Местные привыкли обходиться без комфорта, а чужаков им не больно и надо. Хотя люди приветливые и отзывчивые. Есть в уральцах что-то настоящее, исконно русское. В отличие от московитов они не утратили связи с окружающей природой. К примеру, простой народ пьёт чай из собственноручно собранных трав, а не мерзкое заграничное пойло под названием кофе.
И вот тут следует сделать дополнение к старому тексту 2019 г. Политика последних дней такова, что укро-придурки (которых нам ещё громить и громить) озвучили очередное своё маразматическое заявление: переименовать вражескую Россию в Московию. Тайный расчёт их западных хозяев понятен - любой ценой оторвать от центрального, "Московского", региона все прочие регионы нашей необъятной Родины. Естественно, в 2019 г. я не собирался лить воду на мельницу наших врагов. Поэтому следует разъяснить свои слова о московитах.
Дело в том, что мне посчастливилось в жизни постичь подлинную Историю России глубже не только западных русофобов, но и наших доморощенных профессоришек из секты кривдоплётов. И я знаю, что до 1774 г. на территории Урала, Сибири, Дальнего Востока и Северо-Американского континента существовало огромное государство - Великая Тартария. Это был осколок развалившейся в нач. XVII в. Великой = "Монгольской" Империи. Метрополия Великой Империи - и есть Московия, со столицей (на момент распада) в Москве = "Третьем Риме". Эта Московия = Петербургская Россия большую часть XVIII в. вела беспрерывные войны с грозным и многочисленным восточным соседом - Тартарией. Прозападному Петербургу и его бабам-царицам помогала вся Европа. И вот в 1774 г. злым гением полководца А.В. Суворова Екатерина II победила Тартарию во главе с её бежавшим муженьком Петром III, представленным придворными кривдоисториками беглым казаком Емелькой Пугачёвым. Было безжалостно уничтожено множество русских людей, населявших Урал и Сибирь. Об этом геноциде нужно говорить вслух не меньше, чем о жертвах Донбасса или о турецкой резне армян 1915 г.
Современные коренные уральцы и сибиряки - это и есть потомки тех несчастных граждан Великой Тартарии. В смысле генной традиции даже более русских и более православных (берущих свои истоки от князя Христа), чем мы, потомки объевропленных московитов. Лично мои предки - из Смоленска, Воронежа и Украины. То есть культурно-генный код у них несколько иной. Что, конечно, не означает, что какой-нибудь западной сволочи удастся вбить клин между нами. Мы - ЕДИНАЯ РОССИЯ.
Среди уральцев популярны сплавы по рекам с ночёвками в палатках. Бытовые неудобства их не страшат; их девиз метко выразила работница тирлянской гостиницы: Грязь, баня, водка!
От Нуры до вершины Первой Малиновой, говорят, три километра. У меня на восхождение ушло почти два часа — подъём крутоват, этакий пыхтунчик. Непрерывно лил пот со лба. Хотя дорога в целом простая — без курумника и почти без коряг и грязи. Повсеместно встречаются камни красно-бурого цвета — я таких больше нигде на Урале не встречал. На деревьях весь путь сопровождают метки, так что заблудиться риска нет. Всюду красивый хвойный лес, но однообразные виды всё же утомляют.
И вот, наконец, за деревьями впереди замаячила каменная стена. Вот она какая — верхушка Первой Малиновой горы!
Вот бы очутиться на самих скалах! Да разве по таким отвесным стенам взберёшься…
Куда ведёт эта тропка? Разве не тут конец маршрута? О — скалы можно обойти справа! Молодёжь куда-то полезла… Обогнали, наглецы, как стоячего!
Прыг-скок, топа-топа, прыг да скок — вот уже и до вершины недалеко! Йоох! Четвёртый Уральский Космос в копилочку!
Ой, что это… Кажется, дождь начинается. Вот — налетели тучи злые (со восточной стороны). Откуда они взялись — полчаса назад ясно ж было… Ох, уж мне эти уральские капризы! До Нуры бегом по мокрому лесу добрался аккурат к потёмкам. Брод — такси — гостиница.
Насладимся пейзажами в карусели полноэкранных фотографий:
8 июля. Степь.
Скорей, скорей прочь из дождливой Башкирии в солнечную степь! Наконец-то в смартфоне интернет появится.
Но на полпути к Магнитогорску, когда за окном кончились горы, покрытые хвойным лесом, и открылась большая голая равнина, на душе заныло.
Верните мне башкирскую тайгу!
Я ей прощу любые неудобства!
Чёрт возьми - неплохое начало для стихов. Надо будет кому-нибудь предложить...
Продолжение следует.