Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
НАЧАЛО
-Ребята, давайте сразу договоримся, – я только что поняла, что до сих пор обнимаю коробку с деньгами, и бухнула её на стол, поверх документов, – мы никогда не будем обижать простых людей. Мы люди непростые, долгоживущие, нам нет резона из-за каких – то бумажек брать грех на душу. Тем более в таком нестабильном мире, где деньги обесцениваются каждый день. Давайте не уподобляться Лагачу.
-Вообще – то, – подал голос Петька, – я, как раз из простых людей, – и моя жизнь недолговечна. И я хочу пожить не хуже других.
-Не поняла, – я растерянно посмотрела на него, – а ты – то тут вообще причём? Это наследство колдунов, которое даже мы, ведуны не трогаем. Ты что, не знаешь, что деньги колдунов до добра не доведут? Хочешь жить – живи. Чего ты нам – то это выговариваешь?
-Дура ты, Маринка, и именно поэтому никогда не будешь богатой,- заорал парень, и хлопнув дверью, ушел.
-Я чего – то не понял, – растерянно глядя на меня, сказал Григорий, – вот это что такое? Что это сейчас было?
-В Америке такая фигня называлась золотой лихорадкой, - пожала я плечами.
-А у нас это всегда называлось жажда халявы, – добавила Рита, - я вообще не поняла, чего ради, он к этим деньгам присосался?
-Наверное, он подумал, что это мы будем делить пополам... – трагически произнёс ведун.
-Да, при любом раскладе, он – то тут причём? – возмутилась я, – так, ладно, закругляемся с обсуждениями. Чего там с трудовыми?
-Да тут всё готово, только дату поставить, – отчиталась Рита.
-Ну, ставь сегодняшнее число, и поехали. Давай с самого малого начнём.
Быстро соорудив у входа мини кассу, с отделом кадров воедино, за пятнадцать минут мы рассчитали шесть человек. После расчёта ни один из них не пожелал вернуться вниз за своими вещами, поэтому, сразу из комнаты, я каждого переносила в город, на то место, которое он называл. Когда в гостиной осталось трое, тех самых бандюков, которые принесли нам немало неприятностей, я остановилась и спросила у Риты:
-Ну, что по-твоему мы с ними сделаем? - гадалка замахала руками, всем своим видом показывая, что она не хочет с ними общаться, я тоже не горела желанием, делать добрые дела для недобрых людей.
Рита встала с дивана, отошла к дальнему окну, и сделал вид, что рассматривает Марьин лес, Кирюша спал у камина, нежно обнимая лапой спящего котёнка, Григорий топтался у порога, ожидая сам не зная чего. По эмоциям, отображающимся на его лице было видно, что он разрывается между двумя огнями. С одной стороны он хочет пойти к Рите, а с другой стороны не хочет оставлять меня одну в этом углу. В комнате повисла гробовая тишина, все думали о предстоящей встрече с неприятными людьми, и оттягивали её, как могли. Вдруг дверь с грохотом распахнулась и на пороге появился Петька.
-О, – как – то неожиданно громко выразил свои эмоции Григорий, - а что такое, деньги не отпустили? – спросил он с насмешкой.
-Я это... – парень опустил голову, и покраснел до самых кончиков волос, – я тут подумал... а чего это я тут ору. Ведь никто из вас не взял ни копейки, а я губу раскатал. Наверное вы были правы, – сказал он и шумно вздохнул театрально приподняв плечи.
-Что, выбраться не смог? – сочувственно спросил ведун.
-Не-а, бензин закончился, – Петька ещё ниже опустил голову.
Я не выдержала и расхохоталась. Затем меня меня поддержал и Григорий. Дольше всех держалась Рита, но немного погодя сдалась и она. Только Петька стоял с опущенной головой и тяжело вздыхал.
Наше веселье внезапно прервал стук в дверь, и тут же, приоткрыв её, в комнату заглянула лысая голова. Смех в комнате резко прекратился, и все уставились на заглядывающего. Я его сразу же вспомнила, это именно он, тогда, на дороге, называл меня терпилой. И именно ему тогда достался первый удар. Вспомнив, как треснула его крылом машины, я невольно улыбнулась и спросила:
-Ну, как поживаешь, терпила, как твоя голова?
-Здрассти, – произнёс он и робко зашел в комнату, затем оглянулся назад, и кому – то помахав рукой, зашептал, - ну, чего встали, заходите.
-О, - заорал Петька, тыча пальцем в зашедшего, – Маринка, так это же он!
Я испугалась, что сейчас начнётся что – то нехорошее и кинула взгляд на Григория. Тот, быстро сориентировавшись, хлопнул парня по руке:
-Пальцами в людей не тыкай, – и тут же обратился к лысому, – ну, рассказывай, чего пришел.
-Мы хотели сказать, что мы больше так не будем, – лысый амбал стоял как нашкодивший пацан, краснел и переминался с ноги на ногу.
-Что, испугались, – усмехнулся ведун, - боитесь, что не отпустят. А о чём вы раньше думали, вернее чем?
-Подожди, дед, не шуми, - остановила я его, – мне от них нужно кое – что, – я увидела, как два амбала, стоящие с той стороны двери, нервно переглянулись, – всё зависит от вас, – я постаралась выглядеть, как можно грознее, – как узнавал ваш хозяин о ведуньях, спрашивать не буду, сама уже всё знаю. Как вы их находили, тоже догадываюсь, индикатор ведовства, так?
-Угу, – кивнули все трое, – только называется он иначе, – что – то типа индикатора паранормальных явлений.
-Пусть будет паранормальных, – отмахнулась я, – мне вот что в этой истории интересно. Когда я вас треснула, ведь все остались живы, автомобиль цел, так почему вы машину из кювета нее вытащили?
-Так нам это... шеф так приказал, - сказал один.
-А зачем вы всё нараспашку открыли и свалили?
-Так это же была ловушка для тебя, – в комнату заглянул уже надоевший мне амбал.
-Так какая же это ловушка, – удивилась я, - если я из неё без потерь вышла?
-Так ты в неё и не попалась, – расплылся в улыбке всё тот же амбал.
-Не поняла, объясни, - потребовала я.
-Да, чего тут долго объяснять, – в комнату вошел и третий, – мы ехали, вы ехали, глядим, в машине одни молокососы, собаки – то мы сразу не заметили, ну и решили по-быстрому бабла срубить. А ты такая вышла, и накостыляла нам.
-Ну, а мы, как раз гонялись за такими, как ты, нам шеф приказал, – продолжил второй, – как только вы отъехали, мы доложили шефу. Так-то сразу было понятно, на что ты способна. Он приказал оставить машину там, где ты её бросила, и для верности открыть все дверцы, а самим спрятаться недалеко. Наша задача заключалась в том, чтобы ты залезла в машину, и взяла в руки индикатор. Нам нужно было измерить твою паранормальность.
-А если бы туда залез кто – нибудь другой? – спросила я.
-Были желающие, но не смогли, - хмыкнули они.
-Так, ну с ними все понятно, - сказал Григорий, - давай, закругляйся.
Нет, погоди, - остановила я его, - ты чего. Они же дольше всех здесь служили, они же много знают, - я заметила, как в глазах амбалов мелькнул испуг, - значит, они всё - таки боятся, - промелькнула мысль в голове, - а вы помните старушку, которая сотрудничала с вашим хозяином? - задала я вопрос.
- Ну, так с ним не только старушка сотрудничала, - я заметила, что мужчины, как - то расслабились, - бывала у нас и женщина средних лет, и девчушка молодая. Да, мне кажется, даже на Вас похожая, может это Ваша сестра? - начал рассказывать один из них.
- А мне всегда казалось, что это одна и та же баба была, - вдруг сказал другой, - я даже как-то об этом ребятам говорил, - докаж, - он повернулся к своим товарищам, те сразу часто закивали, - а, вспомнил, меня на эту мысль навело то, что у них у всех было одно имя, - Анна.
Хотя я и ожидала именно этого ответа, но имя это прозвучало как гром среди ясного неба, и я резко обернулась и посмотрела на ведуна. Тот слегка кивнул и глазами указал на наших собеседников.
- А что они делали? - спросила я.
- Ну, уж этого мы точно сказать не можем, - ответил один из них, остальные, как бы подтверждая разговор, закивали.
- Мотают башкой, как болванчики китайские, - сердито подумала я, - достали. Ладно, чем заниматься собираетесь после увольнения?
- Пф... - фыркнули они, - да было бы увольнение, а что делать найдем, - загоготали они.
- Сразу предупреждаю, если старым продолжите заниматься, головы нафиг сверну, - предупредила я и вручив им деньги и документы, перенесла по одному в город.
Я нарочно выбрала разные точки появления, чтобы немного отомстить им за прошлую обиду, и вернулась в комнату.
- Ну, если мы тут больше не нужны, отнеси нас домой, пожалуйста, - попросила Рита.
- Угу, сейчас, - кивнула я, - только тут нам штука интересная попалась. Ты раскинь карты, вот на эту картинку.
Я положила перед ней деревянную иконку с изображением Яги и Марьи.
- И какой вопрос я должна задать? - поинтересовалась гадалка.
Понимаешь, мы нашли её бережно завернутой и спрятанной. Спрятать это мог только колдун. А это, по идее враги Лагача. Не можем понять, что их связывает.
Рита кивнула, собрала аккуратно бумаги со стола, положила иконку посередине и что-то шепча, начала раскладывать карты. Положив четыре карты крестом, она удивленно хмыкнула и посмотрела на нас:
-Ерунда какая-то получается.
- Что? - с нетерпением спросила я.
- Да, подожди ты, дай сообразить, тут какой-то каламбур, - отмахнулась от меня гадалка и выложила ещё четыре карты. Лицо её вытянулось от удивления, - да, нет, такая же фигня.
- Да, чего там такое? - снова спросила я.
- Видишь ли, тут такая странная картина вырисовывается... Эти женщины для него боги, и именно из-за этого он их убил.
- Эээ... - я зависла в немой сцене.
- Да, в принципе, если хорошо подумать, то всё логично, - вдруг заговорил ведун, - ведь он продолжатель дела Кощея. Они две богини смерти, он бессмертный, вносящий хаос в бытиё. Если Кощея нет, значит, Лагач должен убить богинь и вносить в эту жизнь хаос.
- Ну, хаос-то он вносил, - заметила я, - только не тех масштабов, да и толку от его героических потуг было мало. Что-то я не заметила, чтоб в последние триста лет у нас смертность упала.
- Да, она и не могла упасть, - хмыкнул Григорий, - ведь по сути своей в этом мире ничего не произошло. Кто такой Лагач - никто. Ну, а то, о чем он мечтает, это только его личные проблемы.
- Ну, а как же проводы души в иной мир? - спросила я.
Ведун фыркнул и ответил:
-Уж кто - кто, а ты уж точно знаешь, что триста лет назад Яга уже этим не занималась. У нас, на Руси, в те времена, она уже была забытым богом, и души провожал совсем другой... Может, именно поэтому их и убили, – задумчиво закончил ведун.
- Ты хочешь сказать, что именно поэтому они ослабели и у кого-то появилась возможность убить их? - перефразировала я его последнюю фразу.
- Угу, это я и говорю, - проворчал он.
- То есть, я уже не несу этой смысловой нагрузки? - на всякий случай поинтересовалась я.
- Чего спрашиваешь, ты же сама всё прекрасно понимаешь.
- И это радует. Значит, я могу надрать задницу Марье и больше никогда с ней не общаться? Старое родство нас ни к чему не обязывает?
- Что за странный вопрос? - удивился ведун.
-Это хорошо, - я даже потерла руки от радости, - так, Рита, собирайся, я сейчас тебя домой перенесу, и кое – кому пакостить начну, - сказала я гадалке.
Та собрала карты, положила их в сумочку, висевшую у неё через плечо, подхватила сонного котёнка, и прижав его к себе, ответила:
-Я готова.
Я подхватила её и перенесла домой. Когда прощалась с гадалкой услышала, как что-то очень громко грохнулось у нас во дворе, и на всякий случай заглянула к родителям.
Наш папаня опять грохнулся с переносной лестницы, по дороге выломав все ступеньки и теперь сидел на земле, охая как застрявший в трясине слон и держался за больную спину. Мама бегала вокруг него, как курица – наседка и пыталась помочь ему подняться, хватая его за руки, то с одной, то с другой стороны. Пришлось задержаться и полечить его, в конце концов, не бросать же мне больного отца. Я даже не заметила, как сделала это. Как будто знала об этом всю жизнь. Сначала я просто плюхнулась на землю, за спиной за отца, испугавшись того, что он мог сломать позвоночник, приблизила ладони к больному месту, и почувствовала его боль. Проведя кончиками пальцев снизу вверх, я увидела все его травмы, как будто у меня были и не пальцы вовсе, а рентген. Поняв, что ничего страшного нет, выпрямила его прямо на земле, перевернув лицом вниз. Прочитав заклинание, заживила ссадины, сняла воспаление в районе поясницы и подняла отца на ноги. Он, схватившись за поясницу, заохал, сделал пару шагов. Поняв, что у него ничего не болит, почти в припрыжку побежал в дом, пряча на ходу от мамы порванную рубашку. Мама прыснула от смеха, помахала ей на прощание и отправилась к Григорию.
- Ну, тебя только за смертью посылать, - заворчал он, увидев меня, - мы уже переживать начали. Хотели уже тебе на помощь идти.
Я объяснила ситуацию. Кирюша фыркнул, тихо посмеиваясь, свернулся клубочком и сделал вид, что заснул. Григорий же, совершенно не скрываясь, захохотал:
-Ох и чудит у тебя батя.
-Слушай, он у меня такой невезучий, – вздохнула я, – может его кто сглазил, или может быть порчу навёл, а я не заметила? Говорят же на себе и на родственниках ведуны ничего не видят.
-Да, нет на нём ничего, – отмахнулся ведун, - не выдумывай. Я ещё в прошлый раз хорошенько посмотрел. Понимаешь, ну, бывают такие люди, рождаются они безрукими. Но не в том смысле, что они у него не выросли, а в том, что лучше бы их вообще не было. За что не возьмутся всё прахом идёт.
-Но, он не всегда же был таким. Иногда у него всё выходит.
-Бывают и проблески, но с возрастом исчезают совсем.
-И что же мне с ним делать? – расстроилась я.
-А ничего. В твоём случае это даже хорошо, ты всегда под рукой.
Наш разговор перебил тяжелый вздох медведя.
-Устал, - я посмотрела с улыбкой на него.
- Загрустил, - поправил меня ведун, - дружочка - то его по играм, увезли.
- О, господи, - всплеснула я руками, - ну, так и иди к нему. Рита же тебя приглашала.
- Нет, - заворчал медведь, - сначала дело, потом друг.
- Какое дело? - я посмотрела на Григория.
- Тебе решать, - ответил он, - проверить от подвала до крыши дом, разделаться с ведьмами, может ещё чего всплывет по ходу дела.
- Ах, да, ведьмы, - спохватилась я, - всё таки очень неудобно, когда твой дом заполнен посторонними людьми, тогда невозможно за всем уследить.
Я достала зеркальце и приказала показать мне Марью. Та сидела на лавке в горнице и держалась за голову.
-Не поняла, - я насторожилась, – её что, старуха, что ли побила?
-Да, ты не делай поспешных выводов, – посоветовал ведун, – сначала понаблюдай.
Я приказала показать старуху. Зеркальце перепрыгнуло на небольшое расстояние. Я видела, как оно, как будто специально показало, что расстояние всего - ничего, мы пересекли всего лишь ведовское поле и лес, и оказались на обочине дороги.
-Никак сбежать собралась, – прокомментировал ведун, глядящий в зеркальце за моей спиной.
-Нет, скорее всего, её Марья выгнала, – предположила я, – когда в последний раз заглядывала, у них там дело почти до драки дошло. Но, если честно, то я думала, что старуха победит. Марья же бесхребетная.
-Как, как ты сказала, бесхребетная? – переспросил ведун и громко захохотал, – да ты её просто не знаешь. Когда ей выгодно, она тебе глотку перегрызёт одним гнилым зубом.
-Да и чёрт с ней, – ругнулась я, – нам нужно старуху перехватить. Я думаю, не стоит её отпускать, а то опять где-нибудь потом всплывёт.
-И что ты хочешь с ней сделать? – насторожился Григорий.
-Да, всё то же самое, моё мнение не изменилось. Засунуть бы её в пустыню, только я не знаю как. Мне нужна какая – нибудь привязка, ящерка, какая – нибудь. или кустик.
-Так ты открой картинки в телефоне, да перемести её туда, – хмыкнул ведун.
-Ага, какой ты шустрый, - в ответ хмыкнула я, – эта картинка может быть снята в любой московской квартире на картонке с песком.
-Почему именно московской? – спросил Григорий.
-Не придирайся к словам, – возмутилась я, – просто я хотела сказать, что пустыню можно сделать из стакана песка в любой квартире.
-Ну, тогда привяжись к какой – нибудь ящерке, - предложил ведун.
-Ага, а вдруг она сдохла? И где я окажусь? Боюсь даже подумать.
-Да, что ж такое – то, – возмутился Григорий, вокруг один обман, – ну, тогда может, куда – нибудь в лесную глушь?
-Да я её отродясь не видела, глушь эту. Если только попросить зеркальце показать заброшенную избушку Бабы Яги. Раз она теперь мне не нужна, то можно её использовать и в других целях.
-Ну, так и попроси зеркальце пустыню показать, – ведун, явно уже начал сердиться.
Вдруг, со стороны камина, у меня за спиной, послышался шум. Я оглянулась и увидела, как исчезает медведь. В пылу спора я не заострила на это внимания, подумав, что ему надоела наша ругань и он от нас попросту сбежал к Рите. Но он снова появился с улыбкой, как говорят люди, до ушей, оскалив все свои немаленькие зубы. И на это я тоже не обратила внимания, пока не повернулась обратно к зеркальцу. Но когда я увидела, что там изображено, то я не сдержалась. Торжествующий вопль вырвался из моей груди. Старуха реально стояла среди пустыни и дико озиралась. Я снова повернулась к медведю и только сейчас заметила как с него сыплется песок, а он, смущённо отряхивается.
-Кирюша, зайка ты мой, да как же ты так умудрился? – я кинулась к нему обниматься.
-Да, ну... чего там... – смущённо зафыркал он.
-Как ты нашел дорогу в пустыню?
-Я там был... очень давно... когда Марья меня оживила.
-Да, что ты... – в разговор вмешался Гриша, – интересно, когда это было?
-Ещё до того, как я тебя видел, – пояснил медведь.
-А что же Марья? – с любопытством произнёс он.
-А Марья ничего не знала, – Кирюша снова расплылся в улыбке.
-Оп-па, ты поняла? – теперь Григорий обратился уже ко мне, – а Марья – то не всё знала.
-Кирюшенька, – тихонько, чтобы не испугать медведя я подсела к нему на пол, – так ты давно умел перемещаться и Марье ничего не сказал? - медведь закрутил головой и снова заулыбался, – а почему? Ты можешь мне сказать, почему ты ей не признался?
-Чтобы убегать, она не всегда была добрая.
-Так, значит, она и раньше не совсем белой была, – вдруг сердито заговорил Григорий, – как же я ничего не замечал?
-Не нужно делать поспешные выводы, - повторила я слова ведуна, – если она сердилась, то это не значит, что у неё в голове были чёрные мысли.
-Да, все вы одинаковые, - заворчал Григорий.
- Эй, мужчина, не нужно обобщать, а то обижусь, и ничего не буду делать. Вы, мужчины, знаешь ли, за последние триста лет тоже не изменились. Ну, чего ты захандрил, что вдруг изменилось?
- Да, не знаю я, - вздохнул ведун, что-то муторно мне.
- Марью, что ли пожалел?
- И да, и нет. С одной стороны жалко её, а с другой понимаю, что таких лучше изолировать, чем оставлять.
Я не поняла, так ты что, думаешь, что я тоже ей пустыню подыскиваю? Вовсе нет. Я своего мнения не поменяла, и считаю, что она должна остаться дома и продолжать лечить людей. Ты, что... Я не собираюсь чьими – то жизнями рисковать только ради своей прихоти.
- Только, вот есть проблема. Сразу и всё невозможно сделать. Нужно выбирать что-то одно. Либо мы её изолируем, либо она лечит.
- А потом?
- Что потом? - растерянно спросил ведун.
- А потом мы сможем эти ограничения снять?
- Возможно да, но я раньше такого не встречал, чтобы сначала сделать защиту, а затем дырки в ней буровить, чтоб кто-то проходил. Обычно проходят только те, кто ставит её.
- Так, значит, я смогу туда заходить? - поинтересовалась я.
- Конечно, если будешь участвовать в построении защиты.
- А Кирюша, он любит в том лесу гулять. Мы же и лес прихватим. Мы сможем как-то разрешить ему там гулять?
- Хм... Ты опять мне ставишь кучу условий, - растерянно сказал ведун, - ну, если постараться, и вплести его ведовство в наше, то, пожалуй, что да.
- Когда мы можем приступить к работе? - по-деловому спросила я.
- Дай мне часок подумать, пожалуйста - попросил Григорий, - а ты пока походи, погуляй.
- Куда погуляй? - ошарашено спросила я.
- Да, куда хочешь, мало ли тут комнат, неисследованных ещё.
-Угу, - кивнула я, - собрала документы со стола в коробку и отправилась сначала в подвал, затем вернулась в дом, побродила по гостиной, разглядывая диковинные предметы, лежащие под стеклом витражей, книги на полках, мебель.
Потом сходила в столовую. От нечего делать, посередине комнаты поставила вместе четыре стола так, чтобы они выглядели как один большой стол, расставила стулья, остальное убрала в угол, подумав, что когда найду сарай, отнесу всё туда. Хотела найти лестницу, ведущую в подвал и сходить вниз, посмотреть что там, но передумала, вспомнив, что в одном из помещений совершали черную мессу. Мне стало как-то неуютно, зябко, наверное, поэтому рефлекторно пошла не вниз, а наверх, в спальню Лагача, и как – то некстати вспомнила, что Петьку-то я никуда не отправляла. А это значит, что он болтался где-то здесь. Открыв дверь в комнату, сразу же поняла, где именно. Он стоял у зеркала и примерял один из костюмов Лагача. Не смотря на то, что фигуры у них были совершенно разные, костюм на парне сидел хорошо, но у меня это вызвало отторжение. И дело было даже не в том, что это был костюм колдуна, нет. Тем более, что Петька не был дураком и выбрал новый костюм, даже с бирками. Мне почему-то сразу вспомнилась Марья, её красное платье и то, как она крутилась у зеркала. Я задумалась о том, правильно ли я делаю, лишая людей ведовства. Ведь к ней, как к последней инстанции, приходили больные люди, у которых уже не было надежды на выздоровление.
Меня вывел из задумчивости голос Петьки:
- Маринка, смотри, какой костюмчик. Глянь как сидит.
- Угу, - ответила я, и постаралась побороть свою брезгливость, и ткнула пальцем в груду тряпья, - хороший костюмчик, там ещё под него куча рубашек лежит.
-Да, ну, рубашки это фигня, - отмахнулся парень, - терпеть не могу рубашки, я лучше в футболке похожу. Марин, можно я его возьму? Ты посмотри, он же совсем новенький, – стал убеждать меня Петька.
-Да, делай ты, что хочешь, – отмахнулась я, – хоть всё бери,
-Слушай, я тут классную пуговку нашел, - он вытащил из кармана пуговицу, которую мне вручила Оксанка, - вот, хотел найти откуда она, но здесь ничего похожего не наблюдается, может это с пальто, - предположил он.
- Дай сюда, - я отобрала пуговицу, - это я её в кармане костюма забыла. Это, - я подсунула её к самому носу Петьки, - мой гонорар, и здесь нет ничего, к чему бы смогла подойти эта пуговица. Это моё.
Я зажала её в кулак, размышляя, куда бы её сунуть, как вдруг услышала грому подобный голос Григория:
-Марина, ну-ка, иди сюда.
Я развернулась и пошла на зов. Ведун стоял у столика и потирал руки.
Ну, в принципе, я готов, твоя задача такова, чтобы твои щиты встали не так, как ты их привыкла ставить, а наоборот. Внешней стороной они должны смотреть на тебя. Ну, что, ты готова?
-Угу – ответила я и кинула пуговицу, которая была у меня в кулаке на стол.
-Оп-па, – ведун удивлённо посмотрел на неё, – а это у тебя откуда?
-Это моё, – я сердито посмотрела на ведуна, – это мой гонорар.
-Ой, да на здоровье, – пожал плечами ведун, – я просто спрашиваю, откуда это чудо?
-Чудо? – удивилась я, – и чем же она так чудесна?
-А ты наведи её на медведя, – я послушалась его и тут же скорее увидела, чем услышала его мысли.
-Жрать хочу, – думал Кирюша, – лучше бы я домой пошел.
-Хм... как интересно, - подумала я, и направила пуговку на Григория.
-Э-э-э, убери. Не нужно её на меня наводить, – сердито рявкнул ведун, закрывая руками своё лицо.
-Да, ладно, – хихикнула я, – я уже всё поняла. Она, что, любую защиту пробивает?
-Не знаю, не пробовал, – признался он, – я никогда таких раньше не видел, только слышал о них.
-А давай её попробуем, – предложила я, – вот я, например, ничего не боюсь. Можешь спокойно на меня направлять, – я протянула пуговицу и специально подставила лоб.
-Ты очелье – то сними, – посоветовал ведун.
-Здрасти вам, а зачем тогда она мне нужна будет, нет, ты через очелье проверяй, – он взял, и направил на меня пуговицу, а я принялась его дразнить, – Гришка дурак, курит табак.