Автор: Роман Коротенко
Ранее мы познакомились с интересным феноменом человеческого восприятия действительности: оказывается, у подавляющего большинства людей отношение к каким-либо фактам или событиям формируется отнюдь не на основании их собственного опыта, а на основании мнения других людей — наблюдателей этих фактов или событий.
Ну, что тут поделать: человек — в первую очередь существо общественное.
Поэтому, например, если практически все комментаторы внезапно вспоминают свои яркие музыкальные впечатления сорокалетней давности, то среднестатистический человек действительно склонен принять как данность тот факт, что нынешний вирусный трек «Сигмабой» реализован был на самом деле не в конце 2024 года, а имеет вполне себе давнюю историю популярности в СССР, и, кроме того, был издан на виниловом сингле всесоюзной фирмы «Мелодия» в далёком 1984 году.
Однако результаты непреодолимого людского доверия к комментариям, как оказывается, не всегда бывают настолько безобидными.
К примеру, во многом именно благодаря комментариям в конце июля 1830 года во Франции к власти пришёл герцог Орлеанский, к которому большинство французов на тот момент испытывало откровенное презрение, но который на должности короля Франции был интересен его покровителям из Британии.
И если обыкновенные комментарии позволяют, как по щелчку пальцев, назначать королей мощнейших государств мира, то неужели возможно допустить, чтобы настолько эффективные технологии не были бы задействованы в своих интересах какими-либо ещё, скажем так, заинтересованными лицами или структурами?
Тепличные условия социальных сетей
Ещё одна слабость человеческого восприятия заключается в доверии именам: то есть, если мы знаем какие-либо два имени, то мы склонны считать, что эти имена принадлежат двум различным персонам.
На самом деле, как говорится, всё не так однозначно.
Из личного опыта автора: однажды оказалось, что вроде бы хорошо знакомый ему человек имел от рождения совершенно другие имя и фамилию.
Причём объяснялось это не какими-либо происками спецслужб типа сокрытия личности, либо криминальной подделкой документов.
Всё случилось до банального просто: при оформлении паспорта этот человек принял себе другое имя (что не запрещено законом), а фамилию взял другого из родителей (что не запрещено законом).
В итоге, образно говоря, была Маша Зайцева — а стала Марго Раннер (*все имена изменены).
А по сути: человек шестнадцати лет отроду в современных условиях XXI века оказался способным самостоятельно взять себе другую личность без какого-либо нарушения действующего законодательства.
Да, при этом немножко заморочилась — но всё-таки добилась своего.
И если обычные люди способны менять свои личности на официальных бумажных носителях, то только представьте, что происходит на этой ниве в интернетских онлайнах!
Несколько касаний клавиш, клик на «ОК» — и voilà, твоя новая личность готова.
Если есть желание, то можно хоть сотню подобных личностей создать.
Однако, как подсказывает опыт интернет-поколений, в сотне интернет-личностей нет никакой нужды: достаточно плюс-минус одного десятка.
Самое главное: всё, сказанное одним человеком от имени десятка его личностей, всеми остальными людьми будет восприниматься, как мнение уже не одной, а десяти различных личностей.
Что, как не сложно догадаться, является очень востребованным фактором для лиц или структур, заинтересованных в эксплуатации феномена власти над обычными людьми комментариев в своих интересах.
Однако маркеры
В общем, на каком-то этапе развития интернетов сложилась следующая рыночная ситуация: с одной стороны, имелась техническая возможность комментировать что-либо, начиная от новостей мировых новостных агентств до личных фотографий заурядных пользователей соцсетей; с другой стороны, имелась техническая возможность масштабирования личностей, благодаря чему один человек мог транслировать своё мнение якобы устами множества других людей; с третьей стороны: на эти множественные комментарии однозначно имелся покупатель.
Спрос ли родил предложение, либо предложение родило спрос — не суть важно.
Главное, что в интернетах сформировался особенный бизнес, обычно именуемый так: ботоферма.
Что такое ботоферма?
Это такая структура, которая предназначена для генерации комментариев под различными контентами в интересах своих инвесторов.
Власть комментариев над контентом мы выяснили выше.
Возможность создавать комментарии масштабно одним человеком от лица многих людей мы также выяснили.
Заинтересованность неких лиц и структур в целенаправленном потоке подобных комментариев не менее очевидна, как и финансовая способность всё это поддерживать.
Если правительства мощнейших государств могут назначаться всего лишь комментариями, то кто же пожалеет на это дело деньги?
Короче говоря, получилась идеальная композиция: 1) крайне эффективная когнитивная технология; 2) крайне эффективные исполнители; 3) крайне эффективные в смысле оплаты заказчики.
Вот что в этой композиции могло бы пойти не так?
Однако маркеры.
Классификатор стеблей и листьев корнеплодных растений
Дело в том, что каждая ботоферма — это в первую очередь система взаимоотношений между заказчиком и исполнителями.
Заказчику (инвестору фермы) интересно, чтобы его деньги испарялись с максимальным КПД.
Ради этого заказчик производит как минимум два действия: во-первых, делает максимально доступными для исполнителей свои, так сказать, комментарные цели; во-вторых, устанавливает протокол контроля над действиями исполнителей.
Таким образом, все исполнители, во-первых, получают более-менее стандартные инструкции; а во-вторых, вынуждены постоянно отчитываться перед заказчиком.
Как раз эти закономерные неизбежности и являются источником тех характерных особенностей, которые в соцсетях отличают участника ботофермы от обыкновенного комментатора.
Позвольте представить вашему вниманию минимальный классификатор типичных признаков ботвы (рядовых работников ботофермы), созданный на основе личного опыта автора.
Отсутствие импульса
Представьте себе такую ситуацию: в ленте новостей «Дзена» вы натыкаетесь на статью, в которой говорится о том, что в конце 1970-х годов в США был создан пассажирский поезд на атомной тяге.
Сначала удивившись, после этого засомневавшись, вы делаете пару кликов в поисковике и быстро получаете нужную вам информацию.
Что происходит далее?
Разумеется, реализованные свои удивление и сомнения вы изливаете в комментарии под статьёй, который имеет примерно следующий вид:
Возникла очевидная путаница: по какой-то причине телесериал "Supertrain", который транслировался на канале NBC с 7 февраля по 5 мая 1979 года, вы восприняли, как свидетельство о реально существующем атомном пассажирском поезде. Может быть, теперь Вы исправите свою ошибку?
Примерно так выглядит комментарий обычного пользователя соцсетей.
Однако комментарий ботвы с большой вероятностью имел бы несколько иной вид:
Так что, окончание ЛГПУ им. Шевченко никак не отразилось на твоих умственных способностях? Не было никаких атомных поездов в США!
Разница между комментарием обычного пользователя и комментарием ботвы заключается в том, что комментарий обычного пользователя является результатом импульсивного желания добиться истины, то есть — исправить очевидную ошибку.
Комментарий же ботвы является сугубо планомерным, то есть — составленным на основании ранних наработок.
Поэтому в комментарии ботвы вы можете обнаружить, например, свои биографические данные: как правило, ботве известны Ваше место проживания, Ваше образование, Ваше место работы, Ваш возраст и так далее.
Что характерно, похоже на то, что всё это ботва берёт из базы данных сайта «Миротворец».
И разумеется, всё полученное оттуда ботва при первой же возможности обязательно попытается использовать конкретно против Вас.
Именно эта заранняя подготовка к комментарию и является достаточно красноречивым маркером ботвы.
Однако имеются ещё побочные эффекты подготовки ботвы к комментированию.
Ведь исходя из необходимости отчитываться перед заказчиком ботва вынуждена документировать собственные комментарии.
И в таком случае вполне может произойти следующая ситуация: в своём новом комментарии ботва будет использовать информацию из своего предыдущего комментария.
Например: «Как вы можете утверждать о правоте информации в своей статье А, если мною же была доказана лживость информации в вашей статье Б?»
Особенно занятно подобные сентенции звучат в случае, если временной промежуток между статьями А и Б составляет более полугода.
Красноречивый «импульс», не правда ли?
Наша маленькая стая
Судя по всему, ботва не только документирует свои собственные комментарии, но и имеет определённый доступ к комментариям остальной ботвы по назначенной цели.
И этот фактор также является определённым ботвяным маркером.
Вернёмся к примеру с "Supertrain": прежде чем выразить своё несогласие с информацией в статье автора об реальном атомном пассажирском поезде, насколько мотивированным будет ваше желания ознакомиться с другими комментариями к этой статье?
Ведь если Вы уверены в своей правоте, будете ли Вы искать поддержку Вашей точки зрения у остальных комментаторов?
Собственно, а зачем эта поддержка Вам нужна, если Вы и так имеете своё собственное мнение?
И с другой стороны, если в каком-либо ином комментарии Вы встретите, наоборот, подтверждение существования атомного "Supertrain", то насколько это повлияет на Вашу (выстраданную в поисковике) точку зрения?
Вопрос, судя по всему, риторический.
Однако ботва обычно не обременена подобными вопросами.
Поэтому, исходя из необходимости выполнить задачу своего работодателя, ботва при первой же возможности использует следующий маркерный аргумент:
Ну ведь тебе же вот другие люди тоже рассказали, что ты не прав!
И повторюсь: особенно занятно этот довод звучит, когда между комментируемой статьей и «рассказами других людей» существует значительный временной лаг.
Поэтому стайность ботвы определённо является их маркером.
Низкий порог
Ещё одним характерным маркером ботвы является низкий порог их стрессоустойчивости.
И, кстати сказать, психологический портрет рядовых работников/работниц ботоферм, по мнению автора этой статьи, может представлять немалый интерес для квалифицированного исследователя.
В качестве источника низкой стрессоустойчивости ботвы, как вариант, возможно предположить наличие некоего инструмента замера эффективности ботвяных комментариев.
В подобном инструменте отслеживаемыми параметрами могли бы быть (предположительно): наличие и текстовая величина ответного комментария со стороны атакуемого автора; наличие и текстовая величина следующей статьи атакуемого автора на целевую тему.
В таком случае каждый ответный комментарий со стороны цели и каждая дальнейшая статья цели могла бы восприниматься ботвой, как прямая и действительная угроза как их ботвяному рейтингу, так и (соответственно) их ботвяному материальному благополучию.
Признаться, означенные выше параметры автором были предположены буквально наобум, в считанные секунды в ходе написания этой статьи.
Ну очень трудно найти какое-либо другое логичное объяснение причины, по которой некоторые комментаторы демонстрируют адскую ненависть к своему «целевому объекту» буквально на ровном (для обычных людей) месте.
Продолжая пример с "Supertrain" — стал бы обычный пользователь под таким материалом оставлять комментарий типа
Удали статью или тебя кончат!
Навряд ли.
Имитация велеречивости
Ещё один наблюдаемый маркер ботвы: имитация компетентности.
Которая якобы достигается огромным количеством текста, якобы относящимся к обсуждаемому вопросу.
Здесь, по мнению автора, ставка делается на отсутствие у обычных пользователей желания читать длииииннннннныыыыыыыеееееее комментарии.
Ну, типа, обычный пользователь должен подумать:
Ого, насколько много информации имеет комментатор по данному вопросу! Наверное, всё-таки не спроста он ругает эту статью!
Разумеется, при ближайшем рассмотрении весь текст длинного комментария оказывается в лучшем случае рандомом на заданную тему.
Наптсан
Ботва, как и всякое стайное, буквально заводится от малейшего запаха крови.
Малейшая оговорка, описка, опечатка со стороны комментируемой цели становится чем-то вроде уязвимого места, в которое ботва вцепляется всеми доступными зубами. Причём делается это в такой спешке, что в который раз напоминая комментируемому об его ошибке, ботва зачастую даже не замечает, как повторяет ту же самую ошибку комментируемого:
Безграмотность полная! Даже 11 век наптсан почему-то как IX. А это латинская цифирь 9.
Да и вообще вольная трактовка истории.
(18 лайков)
Откуда инфа
Конечно, у читателя этой статьи (если он(а) дочитались до этого места) закономерно должен был бы возникнуть вопрос: «Из каких источников автор взял продемонстрированные им так называемые ботвяные маркеры? И какое отношение всё это имеет к истории — главной тематике данного канала?»
Как уже было упомянуто выше, выводы о наличии определённых маркеров у ботвы автором были сделаны на основе своего личного опыта общения с этой самой ботвой.
При этом автор делает важное дополнение: ни один из изложенных выше маркеров не может считаться, так сказать, лакмусовой бумагой для определения ботвы.
Разумеется, обычный пользователей соцсетей также может продемонстрировать какой-либо из описанных маркеров.
Однако, исходя из логики бихевиористики, именно ботва неизбежно генерирует подобные маркеры.
Известно ведь:
Если это выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это, вероятно, и есть утка.
Дак-тест, так сказать.
А к тематике канала про историю история про ботву имеет самое прямое отношение: ибо именно историю ботва чаще всего пытается прокомментировать.
Например архивы
Автор уже более одного года регулярно публикуется на канале «Тыжисторик».
За этот период материалы автора, разумеется, многократно комментировались — однако комментарии были в основном импульсные, то есть бессистемные.
Ну, кто-то похвалит, кто-то покритикует, кто-то признается, что ничего не понял — рутина.
Однако всё изменилось с того момента, когда автором была размещена статья о наличии аномальных документов в российских архивах.
Статья вызвала живой отклик, тема самому автору также показалась интересной, последовало продолжение: и тут началось.
Автор на своей шкуре испытал всё перечисленное выше: планомерность отрицательных комментариев, общая координация отрицательных комментариев, неистовая ненависть отрицательных комментариев.
Иногда в этих массированных атаках ботвы наблюдались даже нотки комедии: например, когда ботва А оставляет свой отрицательный комментарий, а ботва Б добавляет свой собственный отрицательный комментарий к комментарию ботвы А, то следует ответ ботвы А:
О, коллега!
Как говорится: ни убавить, ни прибавить.
И вся эта до смешного планомерная работа ботвы имела очевидную цель: дискредитировать утверждение автора о том, что существующие государственные архивы России, относящиеся к периоду 1930-1950 годов, содержат сфальсифицированные документы, общее количество которых стремится к 100%.
Автор до сих пор не понимает, как даже самая отъявленная ботва может считать настоящими архивные документы, согласно которым, например, в 1939 году был осуждён на два года тюремного заключения учитель, чья вина заключалось в его прикосновении к волосам на голове ученика; или инвалид 2-ой группы по психическому заболеванию был назначен начальником всех элеваторов в области (!) и посажен, как вредитель, за срыв заготовки зерна в мае месяце, хотя заготовка зерна должна была начаться только в августе (!!).
Что характерно, в ботвяных атаках, которым были подвергнуты эти материалы, самым популярным и действенным (по мнению те́мников ботвы) аргументом был следующий:
Если ты не можешь доказать, кому было выгодно наполнение архивов фальшивками, то значит, что твои обвинения в наполнении архивов фальшивками — ложные!
Как говорил в подобных случаях классик: «Беспримерная философия».
То есть представьте ситуацию: посреди улицы лежит труп с многочисленными колотыми и резаными ранами, а кто-то при этом утверждает: «Если нам не понятно, кому было выгодно это убийство, то значит, что убийства-то и не было!»
Хотя, по сути, для ботвы подобные логические построения типичны: ведь как показывает опыт поколений, любая бредятина становится реальной, если она будет повторена в многочисленных комментариях.
Традиционное итого
Ботофермы в условиях интернетов являются наиболее эффективным по соотношению цена/качество инструментом модерации истории.
Как только в социальных сетях возникает малейшее отклонение от генеральной линии общепринятой истории — на это отклонение тут же направляется вся сила и мощь ботвы.
Сомневаешься, что при Сталине сажали за сорванный на колхозном поле колосок — не видать тебе больше покоя, ублюдок!
Утверждаешь, что Россия в Крымской войне не проиграла, а наоборот, победила — гореть тебе в ботвяном аду, вражина!
И если правительства мощнейших держав мира ломались в противостоянии с ботвой, то на что можно рассчитывать нам, обыкновенным людям с обыкновенным критическим мышлением?
P.S.
В государственном архиве Вологодской области доступ к оцифрованным документам областных прокуратуры и милиции периода 1938-1939 годов теперь закрыт.
А ещё полгода назад, наоборот, был открыт.
Как вы считаете: это окончательное поражение, или маленькая победа?
______________________________
Материал предоставлен каналом «Миростолкновение» — подписывайтесь, чтобы познавать интересное.
ТыжИсторик теперь и в телеге, заходите к нам, у нас есть печеньки, котики, рыцари, мракобесы-викторианцы и еще много всего интересного : https://t.me/tizhistorik