Надменная светская дама, представительница древнего аристократического рода, присела в гостиной на оттоманку. Её задумчивый взгляд направлен в сторону от зрителя, как бы показывая ему, какая огромная пропасть лежит между ним и ею.
Портрет княгини М.В. Воронцовой, урожденной княжны Трубецкой - жемчужина коллекции Третьяковской галереи:
Сергей Константинович Зарянко родился в семье крепостных крестьян в Могилевской губернии и вместе с родителями приехал в Петербург, когда они в середине 1820-х получили вольную. Стал академиком живописи, замечательным мастером салонно-академического портрета и талантливым педагогом, воспитавшим целую плеяду художников.
Начал он с того, что писал интерьеры:
Но вошёл в историю русского искусства как автор мастерски написанных портретов своих современников. Портретов не пышных, не парадных, в которых глубина образов сочетается живописью очень тщательно прописанной, фотографически точной, даже натуралистичной.
Портрет Воронцовой мне понравился. Фамилия известная, и мне захотелось узнать об этой даме.
Знатность рода и положение в обществе позволили юной княжне Трубецкой блистать при дворе и стать одной из любимых фрейлин императрицы Александры Фёдоровны, супруги Николая I.
...она играла видную роль в петербургском большом свете и была олицетворением того, что в те времена называлось львицей. Её несколько мужественная красота была тем не менее очень эффектна.
В.А. Соллогуб
Марья Васильевна, по воспоминаниям современников, отличалась «бойкостью нрава», любила роскошь и комфорт. Впрочем, она была хорошо образована, прекрасно разбиралась в живописи и музыке, и щедро жертвовала на благотворительность.
Её первым мужем стал Алексей Григорьевич Столыпин, флигель-адъютант, лихой гусар, родственник Михаила Юрьевича Лермонтова. Свадьба состоялась 22 января 1839 года в Аничковом дворце, в присутствии императора и его супруги.
У супругов родился сын Николай. Но брак их был несчастливым и недолгим. Марья Васильевна продолжала вести свободный образ жизни, встречаться с другими мужчинами. В 1847, находясь в Саратове, Алексей Григорьевич Столыпин скончался от холеры.
Николай I пытался выдать овдовевшую Марью Васильевну, которой срочно был нужен богатый муж, за А.И. Барятинского. Как князь успешно выпутался из щекотливого положения, читайте здесь:
Но удача ей всё же улыбнулась. В 1851 она вышла замуж за Семёна Михайловича Воронцова, единственного сына Михаила Семёновича и Елизаветы Ксаверьевны Воронцовых.
Михаил Семёнович - генерал-фельдмаршал, герой Отечественной войны 1812 года, участник Бородинского сражения, затем - Новороссийский генерал-губернатор, затем - наместник Кавказа. Светлейший князь, он был человеком государственного ума, великолепно образованным и сказочно богатым. Во всём следовавшим своей высокой миссии - служить Отечеству. Молодой Пушкин сочинил про него знаменитую эпиграмму:
Полу-милорд, полу-купец,
Полу-мудрец, полу-невежда,
Полу-подлец, но есть надежда,
Что будет полным наконец.
Не имея на то ни малейшего основания: в ней, если честно, нет ни слова правды.
Елизавета Ксаверьевна, урождённая Браницкая, статс-дама, фрейлина, женщина, которой А.С. Пушкин посвятил несколько своих стихов. Её матерью была Александра Энгельгардт, одна их племянниц Г.А. Потёмкина. Она вышла замуж за польского магната Ксаверия Ивановича Браницкого. Более подробно о Воронцовых читайте здесь:
Семён Михайлович служил под началом отца, наместника Кавказа. Был флигель-адъютантом, воевал, получал ранения, был награждён многими орденами. Но вдова полковника Столыпина считала свой брак с таким человеком, как Воронцов, чуть ли не мезальянсом. Воронцовы выбор сына не одобрили, однако мешать не стали.
...приняли в Алупке, где состоялась эта свадьба, свою будущую невестку ласково и родственно. Нельзя сказать, чтобы Марья Васильевна отвечала им тем же.
В.А. Соллогуб
Пышная свадьба состоялась 26 августа 1851 в Алупке, в знаменитом Воронцовском дворце, который строился 20 лет и к этому времени уже был достроен:
В Парадной столовой дворца, до сих пор сохранились два резных буфета из красного дерева, каждый из которых - прекрасное произведение искусства:
Буфеты сделаны во Франции, в мастерской Гюйона, и украшены резными монограммами «SW» (Семён Воронцов) и «MT» (Мария Трубецкая):
Мечта Марьи Васильевны сбылась: она стала очень богатой женщиной. После свадьбы все вернулись на Кавказ. Но Марья Васильевна устроила свою жизнь совершенно особняком от Воронцовых, что очень огорчало стариков.
Лев Толстой, который часто встречал Марью Васильевну на Кавказе в 1851 - 1853, описал её в «Хаджи-Мурате»:
«В окнах казарм и солдатских домиков давно уже темно, но в одном из лучших домов крепости светились ещё все окна. Дом этот занимал полковой командир Куринского полка, сын главнокомандующего, флигель-адьютант князь Семён Михайлович Воронцов. Воронцов жил с женой Марьей Васильевной, знаменитой петербургской красавицей, и жил в маленькой кавказской крепости роскошно, как никто никогда здесь не жил». Княгиня, «крупная, большеглазая, чернобровая красавица» на глазах мужа непринуждённо кокетничает с офицерами во время карточной игры, «улыбаясь своей сияющей улыбкой счастливой женщины». В черновом варианте повести говорится, что Мария Васильевна не понравилась Хаджи-Мурату, но затем эта фраза была Толстым убрана.
Полновластной хозяйкой Алупки она стала в 1856 после смерти Михаила Семёновича и внесла немало изменений в отделку дворца. Воронцовы любили Алупку и проводили там большую часть года. Если при старых Воронцовых в имении всегда было очень много гостей, то молодые были менее гостеприимны, кто попало к ним приехать не мог.
Зато приезжал турецкий великий визирь Фуад-Паша, бразильский император Педро II, могли пожаловать невзначай император с супругой, жившие в Ливадии... Все были в восторге от Алупки. А как не быть от неё в восторге?
Но вернёмся к портрету. Он был написан на заказ как свадебный, скорее всего, в Петербурге, в период помолвки. В жизни Марья Васильевна была яркой, темпераментной, была авантюристкой и интриганкой. На портрете же мы видим женщину скромную, даже застенчивую. Видимо, муж и его родственники хотели видеть её именно такой, и художник пошёл навстречу желаниям заказчиков.
Этот портрет художник написал на пике своей популярности. В нём проявились характерные черты его живописной манеры, которые он унаследовал от венециановской школы. Он удивительно точно, очень тщательно, виртуозно выписывает мельчайшие детали платья и причёски княгини, её лицо, руки и плечи. Вот такой она была, Марья Васильевна, хозяйка Воронцовского дворца в Алупке:
Большую роль в портрете играет освещение: как будто луч света выхватывает фигуру из темноты. И освещает спокойное лицо, простое белое платье, открытые нежные плечи и шею, прекрасные и без жемчугов и бриллиантов. А то, как изображена нежная переливающаяся ткань её платья и кружева - просто поразительно:
Кажется, что руки сейчас оживут, ведь присела княгиня на минуточку и вот-вот встанет:
И чем дольше смотришь на этот портрет, тем больше он нравится, тем больше в него влюбляешься...
Тридцатилетний брак Воронцовых не был счастливым, но и не был конфликтным, поскольку, как выразился кто-то из современников, «князь Семён Михайлович сразу попал под башмак Марьи Васильевны». Детей у супругов не было. На этом род Воронцовых и угас.
После смерти мужа в 1882 Марья Васильевна лишилась части своих богатств, например, Алупки, которая была под майоратом и перешла Шуваловым, сестре мужа и её детям.
Марья Васильевна не могла с этим смириться. Она до конца жизни судилась с ними за Алупку. Не дождавшись окончания тяжбы, однажды она большую часть убранства дворца, которое считала своей собственностью, вывезла в Италию на двух пароходах: роскошную мебель, посуду, картины, статуи... А всё остальное продала за бесценок. Дворец опустел. И следующие владельцы выкупали эти вещи на аукционах, но многое пропало.
Она уехала во Флоренцию, где доживала свои дни в роскоши на собственной вилле и скончалась в 1894. Ей было 75. Рядом с ней был её сын, Николай Алексеевич Столыпин.
Княгиня Мария Васильевна Воронцова была олицетворением такого явления как «светская львица», законодательница норм и правил поведения. Это понятие пришло в русский язык из французского в середине 1830-х, когда юная Мария Трубецкая появилась в высшем обществе. А в 1867 доктор Э.С. Андреевский писал о ней так: «Небезгрешная, как и тёща, она, однако никогда не пыталась покрывать свои грехи лицемерием». И этим всё сказано...
А что касается портрета - он великолепен! На портрете она молода и привлекательна. И глядя на это мерцающее из темноты перламутровое платье, на тончайшие кружева, на нежные руки, хочется сравнить её с жемчужиной. Она и есть жемчужина. Жемчужина Третьяковской галереи.