Луиза знала, что у неё есть лишь один шанс получить правду. Камилла Марель явно знала больше, чем говорила при последней встрече. После недолгих раздумий Луиза решила вновь встретиться с ней – но не в стенах клиники, а в более безопасном месте.
Она отправила ей записку через посыльного: «Мы должны поговорить. Это касается Жанетты Дюран. Жду вас в кафе „La Belle Époque“. Прошу вас настоятельно подойти к 19:00. Ничего не бойтесь».
Луиза прибыла на место задолго до назначенного времени. Кафе на углу улицы Сен-Дени было тихим и уютным. Из-за дождя за окнами мелькали редкие силуэты прохожих, уличные фонари бросали длинные тени на мокрую мостовую. Она заказала кофе, но почти не притронулась к нему, напряжённо глядя на вход.
Наконец дверь скрипнула, и внутрь вошла Камилла. Её лицо было бледным, плечи напряжены, а пальцы нервно теребили кружево на рукавах. Она осмотрелась и осторожно подошла к Луизе.
— Вы уверены, что никто нас не услышит? — прошептала она, садясь напротив.
— Садитесь. Здесь нас никто не потревожит. — заверила её Луиза. — Камилла, я знаю, что Жанетта исчезла не просто так. И доктор Лефевр связан с этим исчезновением. Месье Готье нашел несколько улик против доктора, о которых вы прекрасно знаете. А теперь мне нужно услышать от вас правду.
Камилла крепко сжала губы. Несколько долгих мгновений она молчала, опустив взгляд в чашку перед собой. Потом тихо заговорила:
— Вы ошибаетесь мадемуазель. Доктор Лефевр был единственным человеком, который пытался помочь Жанетте Дюран. — Её голос сорвался, но она быстро взяла себя в руки. — Все остальные хотели её исчезновения. И они добились этого.
Луиза почувствовала, как по её спине пробежал холод.
— Кто? — спросила она, сжав руки.
Камилла подняла на неё усталые глаза.
— Её собственная семья. Месье Дюран. Он сам отдал приказ избавиться от дочери.
Слова повисли в воздухе. Луиза едва могла поверить в услышанное.
— Но зачем? — выдохнула она. — Избавляться от собственной дочери!
Камилла горько усмехнулась.
— Он так не считал. Жанетта угрожала его репутации. Она ведь была кокеткой, после… она влюбилась в человека, которого её отец считал недостойной партией. Они собирались бежать вместе. Но месье Дюран узнал об этом и решил, что окончательный позор проще предотвратить, чем смывать. Он обратился за помощью. И не к кому-нибудь, а к человеку, который знал, как устранять такие проблемы.
— Готье? — осторожно спросила Луиза.
Камилла покачала головой.
— Нет. Готье наняли позже, когда нужно было направить следствие в ложном направлении. Настоящий исполнитель — Виктор Сантанж. Он и его люди сделали всё, чтобы Жанетта исчезла… но её не убили.
Луиза с трудом переваривала информацию.
— Где она? — спросила она, наклоняясь ближе.
Камилла покачала головой.
— Я не знаю точного адреса, но она… в частной психиатрической клинике. Клиника для тех, кого семьи хотят забыть. Сантанж держит таких людей за большие деньги. Ваш знакомый, месье Готье, возможно, уже близок к тому, чтобы найти её.
Луиза откинулась на спинку стула, ощущая, как в ней закипает гнев. Всё это время она искала в неправильном направлении. Виновным был не доктор Лефевр, а тот, кто должен был защищать Жанетту — её собственный отец.
— Камилла, — тихо сказала она. — Нельзя терять ни одной минуты. Мы с Готье и доктором Лефевром спасем несчастную девушку. Скажите, вы нам поможете, не правда ли?
Камилла вздрогнула и быстро отвела взгляд.
— Я не могу, мадемуазель. Я слишком долго помогала этой лжи. Я передала много информации в руки Виктора Сантанжа. Если месье Дюран узнает…
Луиза накрыла её руку своей.
— Если вы не поможете, он продолжит делать это. Он найдёт новую жертву. Разве это не хуже?
Губы Камиллы дрогнули. Она долго молчала, а потом прошептала:
— Я скажу всё, что знаю. Но нам нужно торопиться. У вас мало времени…
Луиза кивнула. Теперь всё стало ясно. Жанетта ещё жива. Но если они не поспешат, возможно, скоро она действительно исчезнет навсегда.
****
— Мы не можем ждать, — твёрдо сказала Луиза, глядя на Готье и Лефевра. — Жанетта жива, но если мы промедлим, её могут навсегда спрятать от нас. У нас есть один шанс.
Они собрались в небольшой гостиной особняка Лефевра, скрытой от посторонних глаз. В камине потрескивали поленья, наполняя комнату теплом, но воздух между ними был холоден от напряжения. Луиза смотрела на двоих мужчин, понимая, что от их решимости зависит судьба Жанетты.
Лефевр откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. Его лицо оставалось сосредоточенным, но в глазах читалось беспокойство.
— Частные лечебницы, подобные той, где держат мадемуазель Дюран, — начал он, — это не просто приюты для душевнобольных. Они принадлежат могущественным людям, чьи интересы мы сейчас задеваем. Владелец этого заведения, Виктор Сантанж, никогда не отдаст свою пленницу добровольно. Он прекрасно знает, сколько стоит её молчание.
— Но у нас есть преимущество, — вмешался Готье. — У меня есть знакомый среди обслуживающего персонала клиники. Он готов за хорошую сумму оставить заднюю дверь незапертой. Однако действовать нужно быстро и бесшумно. Если Сантанж узнает, что его предали, этот человек исчезнет быстрее, чем мы успеем снова заговорить с ним.
— Мы не можем полагаться только на силу, — сказала Луиза, открывая перед ними несколько листов бумаги, которые ей передала Камилла. — Я нашла доказательства, что Жанетта была признана безумной без законных оснований. Отец организовал её заключение в клинику, но здесь есть юридическая лазейка: решение принимал врач, у которого не было лицензии. Эти бумаги могут стать рычагом давления.
Лефевр взял листы и внимательно их изучил, нахмурив брови.
— Если нам удастся убедить власти, они могут начать расследование…
— Но этого будет недостаточно, — перебил его Готье. — Даже если мы запустим процесс, пройдут недели, пока всё решится. Сантанж тем временем успеет перевезти Жанетту в другое место. Нам нужно не просто юридическое основание, нам нужно физическое присутствие. Мы должны проникнуть в эту клинику этой же ночью.
Луиза сцепила пальцы, подавляя волнение. Она знала, что их план — рискованный, но иного выхода не было.
— Доктор, сможете ли вы сыграть свою роль? — спросила она, переводя взгляд на Лефевра.
— Если вы имеете в виду использование моего имени, чтобы запугать Сантанжа, то да, — холодно ответил он. — Он знает, что я имею влияние среди медицинского сообщества Парижа. Если я приду и потребую объяснений, он не сможет просто выгнать меня. Но этого будет недостаточно. Мы должны подготовить официальное обращение в магистрат.
— Мы его подготовим, — кивнула Луиза. — Но главным остаётся ночное проникновение. Мы идём втроём. Готье, ваш человек сможет обеспечить нам вход?
— Да, но у нас будет лишь несколько минут, — ответил сыщик. — Никто не должен нас заметить, иначе Сантанж поймёт, что его предали. Мы попробуем найти Жанетту и увезти её оттуда.
Луиза глубоко вздохнула. Она посмотрела на Лефевра, затем на Готье. Эти двое — такие разные, почти враги, подозревавшие друг друга в недавнем прошлом — теперь работали вместе, чтобы спасти одну девушку.
— Тогда мы действуем этой ночью, — сказала она твёрдо.
Лефевр встал первым, его пальцы всё ещё сжимали документы.
— Если это единственный способ, я согласен. Но знайте: Сантанж не тот, кто просто сдаётся. Мы не знаем, что нас ждёт внутри.
— Мы узнаем, когда окажемся там, — спокойно ответил Готье.
За окнами шумел дождь, словно Париж предупреждал их о предстоящей опасности. Но отступать было поздно.
*****
Парижская ночь была сырая, воздух густел от тумана, сгустившегося над мощёными улицами. Здания стояли мрачными тенями, а свет редких фонарей слабо дрожал в холодном воздухе. Луиза, Лефевр и Готье шагали вдоль боковой стены старого здания, расположенного на окраине города.
Частная психиатрическая лечебница Виктора Сантанжа возвышалась перед ними, её фасад напоминал старый монастырь: высокие стены, тяжёлые двери и редкие окна с толстыми решётками. Здесь держали тех, кого хотели забыть.
— Вход с заднего двора, — шепнул Готье, указывая на деревянную дверь, ведущую в служебные помещения. — Мой человек оставил её незапертой.
Луиза ощущала, как дрожат её пальцы в тонких перчатках. Она сжала кулаки, заставляя себя сохранять спокойствие. Лефевр, казалось, был сосредоточен, но его челюсти были напряжены. Даже он понимал, что они идут в логово человека, который не остановится ни перед чем.
Готье бесшумно открыл дверь, и они вошли в узкий коридор, слабо освещённый коптящей лампой. Запах сырости, дешёвого мыла и медицинских препаратов висел в воздухе. Где-то вдалеке доносились приглушённые стоны.
— Она в южном крыле, — шепнул Готье. — Держитесь рядом.
Они двигались осторожно, их шаги терялись в глухой тишине. Луиза старалась не смотреть по сторонам, но заметила, как в одной из дверей промелькнуло худое женское лицо. Женщина в белой ночной рубашке, бледная, с пустым взглядом, смотрела на них, как будто из другого мира.
— Не останавливайтесь, — прошептал Лефевр, крепко взяв Луизу под локоть.
Дойдя до нужной двери, Готье достал ключ, заранее переданный ему его осведомителем. Вставил в замок и, повернув, открыл дверь.
Сыщик первым вошел внутрь.
Жанетта Дюран сидела в дальнем углу комнаты, укрытая грубой серой накидкой. Она выглядела измождённой, но её глаза вспыхнули при виде незваных гостей. Она не была сломленной — в её взгляде читалась настороженность, но не отчаяние.
— Мадемуазель Дюран, — тихо позвала Луиза.
Жанетта вскинула голову, её губы дрогнули.
— Это ловушка? — хрипло спросила она. — Ещё одна уловка моего отца?
— Нет, мы пришли, чтобы спасти вас, — твёрдо ответил Лефевр.
Жанетта медленно встала, её руки дрожали. Луиза шагнула ближе, взяла её за холодные пальцы.
— Доверьтесь нам, — прошептала она. — Ваша семья больше не сможет вас запереть.
Но прежде чем они успели сделать шаг к выходу, дверь с силой распахнулась.
На пороге стоял Виктор Сантанж. Его взгляд скользнул по ним, выражение лица оставалось ледяным.
— Ну что ж, — сказал он, с явным разочарованием. — Вы слишком любопытны, мадемуазель де Вильнёв.
Его рука потянулась к внутреннему карману сюртука, но прежде чем он успел что-то сделать, за его спиной раздался шум шагов.
— Ни с места! — прозвучал властный голос.
Луиза повернула голову и увидела, как в коридор входят несколько человек в форменных плащах — полиция. Готье чуть улыбнулся, делая шаг вперёд.
— Месье Сантанж, я советовал бы вам не делать глупостей, — холодно произнёс он. — Вам вменяют незаконное лишение свободы, подлог и участие в преступном сговоре.
Сантанж огляделся, его челюсти сжались. Он понял, что проиграл.
Лефевр взял Жанетту за руку, помогая ей выйти из комнаты. Луиза последовала за ними. Когда они проходили мимо Сантанжа, он бросил ей один единственный взгляд — не злобный, не отчаянный, а скорее насмешливый.
— Вам нравится думать, что вы выиграли, мадемуазель, — произнёс он, когда её лицо оказалось рядом с его. — Но Париж — злопамятный город. Сегодня победили вы. Завтра — кто-то другой. Берегитесь.
Луиза не ответила. В глубине души она понимала: Париж действительно был городом, где правда и ложь ходили рука об руку.
Но сегодня, по крайней мере, она спасла одну жизнь.
Жанетта Дюран была свободна.
Эпилог
Утренний Париж жил своей обычной жизнью: булочники уже раскладывали свежие круассаны на прилавках, на мостовых перекликались газетчики, а на площади перед собором Нотр-Дам собирались прохожие, обсуждая последние события. Для большинства горожан прошедшая ночь прошла незамеченной, но для Луизы, Лефевра и Готье этот день стал концом долгого кошмара. Но не для Жанетты Дюран.
Лефевр был оправдан в глазах парижского общества.
После разоблачения Виктора Сантанжа и показаний Камиллы магистрат Парижа быстро снял все негласные подозрения с доктора. Теперь его имя было очищено, а его репутация — восстановлена. В его кабинете снова принимали пациентов, но сам Лефевр выглядел усталым, будто годы расследования отняли у него часть души.
— Ваши руки снова лечат людей, месье, — сказала Луиза, когда они встретились в его доме.
— И тем не менее я чувствую, что кое-что потерял, — ответил Лефевр, задумчиво вертя в руках серебряную трость. — Может быть, веру в справедливость.
Луиза слегка улыбнулась.
— Париж всегда был коварным городом. Но если в нём ещё есть честные люди, то всё не потеряно.
Отец Жанетты был арестован.
После долгих допросов и раскрытия фактов о незаконном заключении дочери в клинику месье Дюран был взят под стражу. Ему грозил скандальный процесс, и даже его влиятельные связи не могли спасти его от позора.
Когда Жанетта узнала об этом, она долго молчала. Затем, отвернувшись к окну, тихо сказала:
— Я не чувствую радости. Лишь пустоту.
Луиза сжала её ладонь.
— У вас есть будущее, мадемуазель Дюран. Не позволяйте прошлому отнять его.
Виктор Сантанж исчез.
Несмотря на арест его людей и разгром его тайных заведений, сам он словно растворился в ночи. Готье не был удивлён.
— Таких, как он, нельзя поймать просто так, — заметил он, сидя с Луизой в кафе на углу улицы Риволи. — Он где-то далеко, но его влияние теперь не то. Ему придётся искать новое пристанище.
Луиза помешала ложечкой кофе и взглянула на сыщика.
— Я боюсь, что он однажды он вернётся и воплотит свои угрозы в жизнь. И тогда уже вам придется спасать не Жанетту Дюран, а меня.
Готье усмехнулся.
— Париж полон теней, мадемуазель. Когда одна исчезает, другая занимает её место. Но я буду ждать и при случае я в полном вашем распоряжении. Впрочем, лучше бы такой случай не представился бы.
Камилла уехала из Парижа.
Слишком долго она жила в страхе, слишком долго была марионеткой в чужой игре. Теперь, получив прощение, она приняла решение уехать в южные провинции. В день её отъезда Луиза проводила её до вокзала.
— Вы уверены, что не захотите начать новую жизнь здесь? — спросила Луиза, когда паровоз уже выпускал облака пара.
Камилла покачала головой.
— Париж хранит слишком много воспоминаний. Мне нужно место, где я смогу дышать.
— Тогда пусть дорога будет к вам благосклонна, — тихо ответила
Луиза.
Они простились, и поезд скрылся за горизонтом.
Жанетта была свободна, но от прежней мадемуазель Дюран не осталось и следа.
Луиза навещала её в доме, куда та переехала после своего спасения. Жанетта много молчала, её взгляд иногда был пустым, но иногда она говорила о будущем.
— Может быть, я уеду в Англию, — сказала она однажды. — Начну новую жизнь. Без прошлого.
Луиза слабо улыбнулась.
— У вас впереди целая жизнь, мадемуазель Дюран.
Луиза понимала, что Париж больше не будет прежним для неё.
Однажды вечером, прогуливаясь вдоль Сены, она остановилась и посмотрела на огни, отражённые в воде. Этот город был полон тайн, интриг и опасностей. Но он был и её домом.
Она знала, что теперь она больше никогда не будет той наивной девушкой, которая когда-то вошла в кабинет доктора Лефевра.
Париж изменил её. Но в глубине души она знала — теперь она была готова ко всему.
Алексей Андров. Рассказ "Доктор и пациентка"
Художник Альбер Гийом
Первую часть рассказа можно прочитать здесь
Вторую часть рассказа можно прочитать здесь
Третью часть рассказа можно прочитать здесь
Четвертую часть рассказа можно прочитать здесь