Час пробил, и я замерла. Время остановилось, а я вместе с ним. Нет, вокруг все двигались, но я словно начала видеть всё, как в замедленной съемке. Мягко отступив назад, я ещё раз взглянула на Эрлона. Слёзы навернулись, но я не позволила им пролиться. Это было замечательно, то, что мне нужно — почувствовать себя обычной, влюблённой девчонкой. Он увидел моё лицо и открыл рот, но я приблизилась и поцеловала его. Затем, коснувшись кончиком носа его, коротко сжала его пальцы.
— Мне нужно отойти по делам, но... — я вскинула руку, когда Эрлон попытался мне что-то сказать. — Я хочу сказать, что это был замечательный танец и восхитительный поцелуй. То, что было мне нужно. Всё замечательно.
— Что ты собралась сделать? — Эрлон крепко схватил меня за локоть. — Гермиона!
— Я... Мне просто надо идти...
— Нет, не отпущу! — Он приблизился ко мне так близко, что всё во мне дрогнуло, желая остаться.
— Придётся, — раздался холодный голос рядом, и я увидела Тома. — Леди уже попрощалась.
— Кто ты такой? — он повернулся к нему и впился глазами.
— Лишь тот, кто теперь позаботится о её благополучии, — едва заметным движением Том достал палочку, и я с удивлением и ужасом увидела её у него в руках.
— Палочка! — прошептала я.
— Тш, — Том не отрывал глаз от Эрлона. — Не стоит портить вечер.
— Хочешь сразиться, тогда...
Я увидела, как Том одними губами произнёс "Империо". Взгляд Эрлона стал рассеянным, а всё тело словно обмякло.
— Прогуляйся и присмотри за проказливыми парочками по углам, — порекомендовал он, и Эрлон, развернувшись, двинулся прочь. — Идёмте. — Уже было адресовано мне.
Мы пошли из зала, но всё во мне кипело.
— Всё это время у вас была палочка! — прошипела я, придерживая юбки, чтобы идти быстрее. — О! — я остановилась, широко раскрыв глаза. — Лавка Оливандера... Вы...
— Мисс Грейнджер, — Том повернулся ко мне, и я увидела в его взгляде нетерпение и раздражение. — Времени мало, но если вы хотите обсудить это, то хорошо.
Мне было ему что сказать. Но я молчала. Яростно мотнув головой, я приблизила к нему лицо, так что между нами осталось лишь пару сантиметров.
***
— Другого от вас и не стоило ожидать.
— Скажите это тому, кого вы убили в гневе в переулке... И, да, — Том улыбнулся тонкой, холодной улыбкой. — Всем тем, кого вы покалечили, освобождая меня. А теперь, когда мы выяснили, кто способен на что, давайте уже займёмся тем, ради чего мы здесь.
Я увидела, как мне кивнула Джинни, и, собрав всё мужество, которое у меня было, отправилась за ней, видя краем глаза, как некоторые тоже покидают вечер.
Итак, настала эта минута. Мы двинулись по коридорам, перескакивая через ступеньки или позволяя лестницам двигаться, отвозя нас на нужное место. Звуки торжества становились всё тише, пока совсем не затихли. Я только сейчас задумалась: Дамблдора не было на вечере.
Другие ученики, входящие в план, тоже подтягивались. Всего нас набралось около двадцати. Сердце моё гулко билось, во рту пересохло.
Меган, которую не пустили на бал в силу возраста, была в обычной школьной форме, а её грива волос мелькала перед глазами, так как девочка шла впереди. Вокруг словно накалился воздух.
Зимний ветер на астрономической башне был настолько сильным, что наши наряды раздувались, а волосы отбрасывались назад, но вряд ли кто-то в эти минуты что-то почувствовал. Многие отошли в полумрак, но мы с Джинни остались стоять. Не знаю, сколько прошло времени, мне уже стало казаться, что Дамблдор не придёт. Может, стоит уйти и придумать что-то другое? Но внизу раздались шаги, и я обернулась, чувствуя, как дрожат мои руки.
— Какая большая компания, — мягко сказал Альбус Дамблдор, обходя нас. Его синяя мантия шуршала, но это едва можно было различить из-за ветра. — Мисс Уизли, мне стоит ждать вашу подругу? Я так понимаю, Гермиона Грейнджер и придумала эту западню.
— Она даже не знала об этом, — я услышала самодовольство в её голосе. — Всё это время вы подозревали её, не зная, что прямо под вашим носом нас люто ненавидим мы.
Остальные выглянули из тени, и я увидела их нацеленные палочки. Точно римляне, решившие предать Цезаря с кинжалами наголо.
— Гм, — он обвёл нас всех взглядом, а затем повернулся к пустому месту рядом с собой. Покачал головой и вновь взглянул на нас. — Я не хочу убивать стольких детей.
— Строите благородство, — бросила Меган. — С Гарри Поттером это не сработало!
— А, вот оно что, — понимающе кивнул он. Меня бросило в жар. Словно мы в его кабинете и рассказываем о каком-то хулигане. Да, детишки, я слышу вас, и не мне вас жалеть. Но мы что-то придумаем. Моя рука поднялась и тоже нацелилась. — Мне жаль Гарри, но иначе было нельзя.
— Нельзя, — я увидела, как по щекам Джинни потекли слёзы, но лицо её ничего не выражало. — Профессор Дамблдор, мы обвиняем вас в преступлениях, совершённых против волшебного сообщества. Вы убили Гарри Поттера и хотели разобраться с Гермионой Грейнджер. Вы должны понести наказание.
— А вы понесёте наказание? За то, что взялись за правосудие в школе своими руками? Как у вас всё вышло из-под контроля? Вы почувствовали власть, но не способны её удержать.
Дамблдор вскинул руку с палочкой, но больше десятка успели среагировать. Вспышка, настолько яркая, что меня на мгновение ослепила, пронеслась по астрономической башне. Он успел отразить заклинания. Двое ребят кубарем скатились по лестнице вниз. Меган отбросило к стене, и тяжёлым хлопком она пала без сознания, мешком вниз. Я успел толкнуть Джинни на пол и услышал, как с треском порвалась её юбка. Кто-то попытался ударить в Дамблдора, и красная вспышка пронеслась над нашими головами, а затем мальчик из Слизерина выронил палочку, прижимая окровавленную руку к груди.
— Нет! — закричала Джинни. Лицо её исказилось от гнева. — Тебе больше не навредить нам.
— Джинни, не надо...
Но разве она слышала меня? Вскочив на ноги, она попыталась увернуться, но заклинание задело щёку, и кровь брызнула из лопнувшей кожи. Они сражались, и всё вокруг озарялось вспышками. Я встал на ноги и, понимая, что пути назад нет, начал атаку. В две руки он мог бы легко нас убить, но, кажется, он решил дать нам возможность защитить себя. Присоединилась ещё девочка из Когтеврана. У удара у неё разбился нос, и кровь залила подбородок и серое вечернее платье, но ей было плевать. Я заметил, как Меган открывает глаза и, поднимаясь на руках, оглядывается. Её безумный взгляд вернулся, и, схватив обломок, она начала что-то с ним делать. В этот момент моя палочка выскользнула из рук, и меня отбросило на перила. Хруст я не слышал, но боль, сравнимая с огнём, пронзила руку.
Именно в этот момент Меган подскочила к Дамблдору со спины и вонзила кинжал прямо в спину. Старик издал протяжный вскрик и, резко обернувшись, одним взмахом палочки выбросил Меган с балкона. Этого замешательства хватило. Те, кто ещё могли стоять на ногах, обратили то, что попалось под руку, в кинжалы и бросились на Дамблдора, протыкая его. Кровь залила мантию чародея, лицо исказилось от ужаса и боли. Из палочки сыпались заклинания. Двоих ребят сожгло на месте, девчушку из Когтеврана отбросило так далеко, что я услышал такой звук, который не сулил ничего хорошего. Но затем всё прекратилось. Он ослаб. Палочка выпала из его рук и покатилась в сторону. Все разошлись, тяжело дыша, испачканные кровью. Но только не Джинни. Отбросив кинжал, она толкнула Дамблдора, и тот, вскинув руку, словно надеясь, что кто-то невидимый схватится за неё, полетел вниз, как уже однажды уже это делал.
***
Наши шаги гулко разносились по коридору, а музыки внизу и вовсе не было слышно. Я смотрела в спину Тома Реддла, и на мгновение гнев затмевал мой разум. Из палочки в руках осыпались искры. Он заметил это боковым зрением, но ничего не сказал. Да, ему было бы удобно, если бы я сорвалась, если бы стала слабее. Остановившись, я направила палочку прямо в спину.
— Правда? — Он остановился и, медленно повернувшись, даже не поднял рук.
— Я не могу вам теперь верить.
— И никогда не могли бы, — спокойно ответил он. — Но сейчас не время.
— Откуда мне знать, что вы и в остальном меня не обманули? — Из палочки вновь вырвался столп искр.
— Дышите, — он выставил руку вперёд. — Если ваша магия сейчас перестанет вас слушаться, мне придётся вас обезвредить, чтобы довести дело до конца.
— Вы обманули...
— Я не обещал быть честным. Но я ничего не сделал плохого для вас. То, чего я желаю, — это правда. Мисс Грейнджер, — Том сделал шаг ко мне. — Прошу, а я не привык это делать.
Моя рука дрогнула, и я её опустила. Судорожно вздохнув, я отвернула лицо. Закрыв глаза, я сосредоточилась на дыхании, и комок в горле медленно стал отступать.
— Отлично, идёмте, — услышала я спустя несколько минут голос Тома и двинулась следом.
Что бы сказал Гарри? Джинни? Рон? А затем, под звуки наших шагов, ко мне пришла новая мысль. Я вернусь к ним, верну их, исправлю всё, что произошло, а значит, это не имеет значения.
Оно стояло в золотой раме, и край простыни, которой оно было накрыто, съехал. Я увидела своё бледное отражение в розовом платье. Удивительно, но я едва могла дышать. Вытянув руку, я сдёрнула простынь, и та с шуршанием упала на пол.
— Что вы видите? — поинтересовался Том.
— Себя, — прошептала я. — А рядом...
А рядом стояли Гарри и Рон. Весёлые, в простой магловской одежде. Позади были мои родители, они махали мне. Подойдя ближе, я коснулась рукой отражения. Так вот что видел Гарри.
— И правда, можно провести годы рядом с ним, — выдохнула я и отвернулась.
Том достал шкатулку, которую я раньше не видела. Перехватив мой взгляд, он лишь покачал головой, тонко улыбнувшись.
— Я не скажу вам, что там, но кое-что важное для меня. Лишь надеюсь, что, пройдя через зеркало, шкатулка сможет перенести это следом. Таковы её магические функции, — а затем он достал из кармана книгу.
— Вы полны секретов, — процедила я сквозь зубы.
— Не злитесь. Мы с вами по одну сторону, — он выпрямился и раскрыл её. — Итак, вы готовы?
— Да, — я врала, но пути назад уже не было.
— Хорошо.
Я слышала, как Том зачитывает заклинание. Отражение в зеркале стало меняться, напоминая водоворот. Чародей убрал книгу и повернулся ко мне. Я в последний раз окинула взглядом то, что оставляла, и, взявшись за руки, мы шагнули внутрь.
***
Я перекинул руку Джинни через свою шею и помог ей спуститься вниз. Мне не верилось, что всё это произошло. Я хотел так много сказать, и в то же время ничего не приходило на ум. Неожиданно всё вокруг качнуло, раздался грохот, и мы едва удержались на ногах.
Мы вновь оказались в коридорах и видели, как испуганные портреты носятся друг к другу с холста на холст.
— Что происходит? — закричала Джинни, но очередной грохот заглушил её слова.
Пол под нашими ногами заходил ходуном. В одном из портретов я увидела Снейпа, который перескакивал с одной картины на другую. Увидев нас, он остановился, и его чёрные глаза заблестели.
— Это Дамблдор. Я был в кабинете, когда над его столом поднялся пергамент и самовозгорелся. Думаю, что он подготовил что-то вроде ловушки на случай своей смерти.
— Самоуничтожение замка, — надломлено проговорила я, видя, как по стенам уже бегут паутины трещин. — Надо уходить!
— В башне ещё остались ребята, которым нужна помощь, — Джинни крепко вцепилась в моё плечо.
— Если вы останетесь здесь ещё немного, то вряд ли кому-нибудь уже понадобится помощь, — твёрдо проговорил портрет.
Я повлёк Джинни, которая нехотя двинулась за мной. Она не простит себе этого, понял я. Мягко отпустив её, я остановился.
— Уходи и предупреди по дороге, кого сможешь, чтобы убегали.
— А ты? — её зелёные глаза широко раскрылись.
— Вернусь в башню и попытаюсь кого-нибудь вытащить, — я начал отходить назад, и в этот момент доспехи рядом от толчка рассыпались с грохотом.
— Нет! — закричала она, но я уже развернулся и побежал обратно.
Заклинанием я поднял несколько бессознательных тел и отправил вниз. Другие уже спускались, и под мой крик о том, что нужно быстрее уходить, они ускорились, насколько могли. От очередного толчка я слетел со ступенек и полетел вниз. Я бы разбил голову, но заклинание меня остановило. Это была Джинни. Бледная, с кровью на щеке, в рваном платье, она улыбнулась и помогла мне устоять, когда толчок повторился.
— Это было смело, — мы взмахнули палочками, и тела полетели по коридору.
— Виновата шляпа, — мы уже бежали, а картины тем временем падали вниз на пол. — Она определила меня на Гриффиндор, не оставив выбора.
Лестницы треснули, и местами нам приходилось при помощи заклинания перелетать. Я слышал крики внизу, ни о какой музыке уже и речи не было. Когда мы добрались до холла, то увидели испуганную толпу, которую пытались организовать профессора. Кто-то уже успел выскочить на улицу, но большая часть в панике блокировала выход. Я видел, что в зале обстановка не лучше. Несколько людей, видимо, упали, и по ним уже успели пробежаться. Из-под одного паренька в синем смокинге образовалась лужа крови. Я бросился туда, но толпа оттеснила меня, и я упал. Удар пришёлся на сломанную руку, и я закричал от боли. Из глаз брызнули слёзы.
— Деннис! — услышал я Джинни, но не мог крикнуть в ответ.
Мне удалось отползти в зал, и к своему удивлению я увидел там Эрлона. Мужчина ходил размеренным шагом по залу из одной стороны в другую.
— Эй! Эрлон! — закричал я и увидел, как одна из колонн начала рушиться. — Уходи!
Но он всё так же продолжал ходить. Поднявшись на ноги, я обернулся и увидел, как профессора сделали две дыры в стене, позволяя толпе выходить через них. И именно в этот момент раздался такой грохот, которого я никогда раньше не слышал. Белая с серым пыль осыпалась на меня, и, подняв глаза под дружный крик остальных, я увидел, как на меня падает потолок. Большая плита размером со штат Техас (но, конечно, меньше) рухнула на меня. Всё вспыхнуло красным, а затем чёрным цветом. Я всё ещё слышал крик, но он куда-то уходил. Уходил и я. Выкашляв немного крови, я попытался пошевелиться, но вместо этого словно начал засыпать. А затем звук пропал совсем.
***
Утром «Пророк» написал о том, что в Хогвартсе произошла большая трагедия. Все жертвы ещё неизвестны. Газеты разносились большим тиражом по всем волшебным домам, магазинам и лавкам. Замок, переживший битву с врагом, не выдержал зла внутри себя. По крайней мере, так гласили заголовки.
Предыдущая часть
Следующая часть