Виктор Читающий Ренер

Беллатриса проехалась по гладкому полу и замерла, поняв, что у неё получилось. Привстав, она стала оглядываться, осознавая, что вокруг неё множество разных вещей. Вот чаша за стеклом, а вот стопка опечатанных книг. В ряд под стекло вложены волшебные палочки разной длины. Перья, одежда, мантии. Беллатриса взяла огнетушитель и разбила витрину с палочками. Несколько она сунула во внутренний карман, а самую затейливую по форме взяла в руки, вмиг ощутив тепло. Да, то что нужно. Она взмахнула, и полки сбоку треснули, повалив всё содержимое на пол...

Питер и Гермиона взялись за руки, в следующий миг их дёрнуло вперед, и вскоре они приземлились на землю. Питер поднялся первым и протянул руку девушке, помогая ей встать. Вокруг была тишина, слышались лишь звуки птиц и лёгкое шуршание листвы. — Это же тот лес, в котором мы были, когда… — Когда змея Волан-де-Морта напала на нас, — девушка посмотрела по сторонам, и именно в этот миг рядом упал Драко. Громко ахнув, он перевернулся на спину и вскинул руку, показывая знак «ок». Питер опустился на пень и запустил пальцы в волосы...

Альбус молча сидел в кресле, смотря на пустой камин. Не трещал в нём огонь, не было слышно готовки с кухни, даже коз и тех выгнали. — Ну вот, — вытерев руки о фартук, с лестницы спустилась Батильда. Тёмная прядь выбилась из причёски, а на лбу появилась испарина. — Я навела в спальнях порядок. Комнату Арианы запечатала и добавила в её чай сонное зелье. Девочка проспит до завтрашнего дня. — Постояв и не дождавшись ответа, она всё-таки села туда, где часто сидела Кендра. — Вещи твои распаковывать я не стала...

Перси отошёл на шаг от двери и направил палочку. — Ты уверен? — Сириус нахмурил брови. — Нет, — рука резко рассекла воздух, повторив очертание полукруга. Раздался треск, а затем ударная волна отбросила их всех к противоположной стене. Взрыв прошёлся по всему коридору, и часть стен треснула, оставив бетонные сыпучие раны. Первым очухался Джордж. Вскочив на ноги, он резко бросился в камеру, где увидел подвешенного на цепях Дамблдора. — Не касайся цепей, — тихо проговорил он. — Они обожгут тебе руки...

Я уже писала в статье о Джойс, где сказала, что меня не так уж разочаровал пятый сезон (за исключением первых трёх серий). Но послевкусие после него осталось не таким ярким, как, например, после четвёртого сезона. Что же не так? Я по-прежнему сравниваю с четвёртым сезоном, который считаю самым богатым на разные события и драму. Именно этого не хватило в сезоне, который финальный, завершает всю историю. По сути, большую часть сезона идут разные диалоги, которые ни к чему не ведут. Сначала нам вкидывают линию о любовном треугольнике, но только для затравки, никуда эта линия не ведёт...

Альбус убрал перо и, закинув руки за голову, глубоко вздохнул. За окном поднялась настоящая метель, и было бы бесчеловечно отправлять сову в столь опасную погоду. Погладив кончиком пальца коричневые перья птицы и подлив той воды, Альбус вышел из своей спальни. В сердце его расцветала радость и предвкушение. Ему ответил сам Николас Фламель! Его теория показалась ему любопытной, и он попросил его расписать её подробнее в следующем письме. Спицы рядом с Кендрой вязали, пока сама она слушала радио. Две козы грелись у камина...

Этажом ниже играла музыка, и девушка замерла у лестницы. У неё не было палочки, не было сил бежать, и каждая ступенька ей давалась всё тяжелее. В большом зале собрались люди в красивых платьях или мантиях. Мужчины пили, женщины смеялись. Звон бокалов звучал в унисон с музыкой. Гермиона остановилась, когда рядом с ней возникла женщина. — Скучно, правда? — Беллатриса тяжело вздохнула. — Какой толк от этих вечеров. Девушка уставилась на женщину, ощущая ужас и удивление. Но она, казалось, даже этого не заметила, лишь указала на высокого юношу...

Шкаф и чародей Дин смотрел на шкаф, уперев руки в бока. — Мы что, в «Хрониках Нарнии»? Зачем нам он? По центру комнаты стоял шкаф из тёмного дерева с резьбой на дверцах. — Если верить Чарли, она выиграла его и просит за ним присмотреть, — Сэм пожал плечами. — Хорошо, накинем на него ткань и… Раздалось тихое жужжание. А затем свет словно вылетел из лампочек и скрылся в щели между дверок. — Какого… — Тише! — Сэм достал телефон и посветил фонариком на шкаф. Именно в этот момент дверка тихо приоткрылась и показался крючковатый нос...

Даже здесь ощущался запах соли. Океан бушевал, но словно приглушённо, за тёмными стенами, где царил влажный холод. Регулус огляделся и, достав палочку, зажёг на её кончике свет. Кикимер опасливо оглядывался, тяжело дыша, и юноша видел, как в больших глазах загорается страх. Достав кулон, он поднёс его к лицу домовика. — Похож? — Да, хозяин. Очень! — Отлично, — Регулус подошёл к стене и коснулся её рукой. Стало противно, точно он тронул нечто гадкое. — Как пройти на эту сторону? — Нужна кровь, — Кикимер поёжился и вытянул руку...

Альбус вышел из повозки, и фестралы (которых он не видел) покатили её обратно. Северный ветер обдувал его фигуру, и, укутавшись плотнее, юноша проскочил в придорожную гостиницу. Владелец, седой мужчина с брюшком, поднял на него глаза и, достав из-под стойки книгу учёта, приготовил перо. — Добрый вечер! Вам комнату на одну ночь? — Добрый, да, — Альбус растёр ладони и оглядел место, видавшее лучшие дни. — У вас здесь есть камин, отлично! Хозяин пропустил слова Альбуса мимо ушей. Сделав пометку, он достал ключ...

Дамблдор не умер. Он сидел в темнице в самом низу, подвешенный за запястья заколдованными цепями. Его подбородок упал на костлявую грудь, которая тяжело вздымалась. Борода и волосы были спутаны. И в этом старике с трудом можно было узнать великого чародея. Грин-де-Вальд задвинул створку и отвернулся от двери. Мрачная тень легла на его лицо, и он повернулся к следующей темнице. На импровизированной постели из соломы виднелся силуэт девушки, чьё лицо скрывали волосы, но даже так он узнал её. Прижав руку к двери, он впился взглядом в неё...

День рождения Тома Реддла-старшего был назначен на вечер субботы. Проверяя вместе с женой последние приготовления, он не подозревал, что с последней встречи с сыном тот успел похитить человека, встретиться с одним из величайших магов столетия и вернуть себе магическую силу. Наверное, даже стоило удивиться такой плодотворности, хотя, отбросив вес ужаса и удивления, Том-старший отметил бы, что не удивлён. Его сын всегда отличался поразительным трудолюбием. А такая целеустремлённость берёт и города...