Вот ещё одна история из моей жизни.
Напомню, что я начал готовить материал для книги в жанре авто-фикшн (истории о себе), но потом решил начать выкладывать эти короткие главы здесь, на дзене.
Мне это нужно, чтобы подытожить жизненный опыт и посмотреть на него со стороны. Ну что, поехали!
Бабушка не единожды рассказывала, как подростковом возрасте они с подружками и кем-то из взрослых ходили пешком из города Партизанска в село Владимиро-Александровское, это примерно 25 километров в одну сторону. В магазин. Дело в том, что во времена Советского Союза товар по населённым пунктам распределялся неравномерно. В один завезли велосипеды, в другой — китайский чай и так далее. И часто бывало так, что в маленькие города и сёла привозили больше дефицитного товара, чем в крупные. А может дело в том, что в маленьких просто меньше платёжеспособных жителей, поэтому товар не расхватывали, и он оставался на прилавке.
Словом, походы по соседним деревням было делом обычным. Хорошо, если кто подвезёт на телеге, запряжённой лошадью или в кузове грузовика. О личных машинах в те времена, естественно, и речи не шло — на дворе стояли сороковые-пятидесятые. Да и обуви-то нормальной не было. Зато имелось желание отовариться.
Я слушал бабушкины байки и не мог поверить. В Будёновку (народное название Владимиро-Александровского). Пешком. Туда-обратно. Да ещё и с полными сумками как минимум в одну сторону. Фантастика.
И вот, дегустируем мы как-то с друзьями пшеничное вино, и я вспоминаю бабушкины рассказы. Язык мой — враг мой. Я выкладываю, что так мол и так, старики наши были сделаны из железа и характера, а мы по сравнению с ними сопляки.
— А давай тоже сходим, — вдруг предлагает Кот. Не в смысле домашний хищник, а в смысле Костя, мой друг.
— В Будёновку? — Я поднимаю бровь. Хоть и нахлобученный, а безумие затеи разумею.
— Почему нет? Тем более от Находки Будёновка даже ближе.
— Да, но нам по самой Находке топать больше двадцати километров.
Призадумались.
А друзья подначивают: Не, вам точно слабо, это к бабке не ходи.
И вот тут винные пары добираются до мозга и отключают критическое мышение.
— А пошли! — соглашаюсь. — Только не в Будёновку, а в сам Партизанск. А назад приедем на электричке. То на то и выйдет.
— Не вопрос, — заявляет Кот. — На следующих выходных прямо вот и двинем.
Друзья посмеиваются, понимая, что пьяный бред. Посмеиваимся и мы. Не знаю, чему.
Протрезвели и забыли. Все, кроме нас с Котом. Писанулись же!
В следующую пятницу созваниваемся:
— Ну что, пойдём?
— А хренли делать, — обречённый ответ.
Договариваемся утром созвониться и встретиться в электричке. Понимая, что от дома идти вообще не вариант, решили доехать до выезда из города на жд. Потому как всё по честному: от Находки до Партизанска. А это значит, от таблички «Находка» до соответствующей таблички в пункте назначения.
Сказано — сделано.
Утро субботы. Сентябрь. Я забираюсь в вагон — Кот присоединится несколькими остановками позднее, он жил у бабушки на «Заводской».
На станции «Находка» с обречённым видом выбираемся на перрон и топаем в сторону таблички. У Кота как раз появился первый цифровой фотоаппарат, и мы запечатлеваем первое доказательство. И начинаем путь. А между тем я экипирован не лучше своей бабушки. На моих ногах китайские резиновые шлёпанцы. С тем же успехом мог бы сплести лапти, даже фамилия намекает. В общем, о чём думал — хрен меня знает.
По обочине топать довольно тяжело, в мою обувь постоянно попадают камни, и мне приходится останавливаться и вытряхивать. Поэтому, когда нет машин, стараюсь идти по проезжей части. И всё равно в шлёпанцах ноги натирает, а пятки начинают болеть и трескаться.
Но мы упорно держим путь в Партизанск.
Я был готов лечь и умереть, когда поравнялись с указателем «Владимиро-Александровское». Вот оно — то самое заветное место из бабушкиных рассказов. Мы разглядываем небольшую сопочку в центре Будёновки. На макушке высится монумент, похожий на пограничный столбик — вроде бы в память о героях Гражданской войны. Говорят, из-за этой-то сопочки село и прозвали Будёновкой, уж больно сильно напоминает революционный головной убор.
Переваливаем пригорок, затяжная прямая, и вот уже село Золотая долина. Фотаемся у таблички, потом у следующей, с надписью р. Ольга. В центре села целится в небо самолёт, Су-15, ставший памятником и символом населённого пункта. Тут недалеко военный аэродром Унаши.
Сразу за деревней начинаются арбузные поля. Климат здесь гораздо лучше находкинского. А на обочине стоят лотки с арбузами и дынями. От долгой ходьбы у нас пересохло во рту, поэтому решаем прикупить арбуз. Да, нам и без груза идти нелегко, а тут целый арбуз. Протащили мы его буквально метров сто. После чего решили, что пора делать привал. Уселись на корточки прямо на обочине.
— Ты нож прихватил? — вопрошает Кот.
— Неа, — мотаю головой, и добавляю мысленно: «Какой же я идиот — без ножа в такой серьёзный трип».
И тут меня осеняет.
— Ща всё будет!
Поднимаю арбуз и шарахаю им о бетонную плиту. Тот раскалывается на две части. Дальше — дело техники. Мы отрываем куски арбуза руками и жpём, впиваясь в красную сочность. Сок стекает по бороде и рукам. А нам пофигу, главное, жидко и вкусно.
Coжpaв больше половины, сунули остатки арбуза в пакет и двинули дальше. Впереди нас ждал перевал. Высоченный, гад и затяжной. Но мы справились, хотя ноги мои начали подкашиваться. А ещё клонило в сон.
— Айс? — спрашиваю я, намекая на две банки энергетика «Бёрн». Если вы помните его рекламу.
— Не айс, — отвечает Кот.
Мы доедаем арбуз и прём дальше. Вот уже деревня Перетино. До Партизанска рукой подать. Мы даже видом трубу ТЭЦ посёлка Лозового — спутника Партизанска.
От Перетино до следующего села, Новицкого, о-очень длинная прямая, и я начинаю хромать. Видя это, Кот наконец вынимает драгоценные баночки, одну вручает мне. Дёргаю кольцо, слышу приятный пш-ш.
— А теперь айс?
— Айс! — соглашается Кот и расплывается в довольной улыбке. После чего достаёт фотик, и мы по очереди фотаемся с банкой энергетика.
Дойдя до заветной таблички «Партизанск», чувствуем невероятный прилив сил. Мы всем всё доказали, но ждать электрички ещё добрых полтора часа. И решаем идти до следующей станции, «135-й километр», с которой связано много чего: и наши школьные походы, и моя дачная жизнь.
Четыре километра по шпалам под начавшимся дождём вынимают из меня стержень, который удерживал мешок с навозом, в который я и превратился. Едва добираемся до станции, и я буквально ссыпаюсь на перрон.
Вскоре появляется электричка. Кое-как я забираюсь в вагон и шмякаюсь на деревянную лавку.
На «Заводской», уставшие, но довольные, мы с Котом прощаемся, и я еду до остановки «Арсеньева». И только выбравшись из вагона, понимаю, какой ценой мне дался этот поход. Ноги идти отказываются напрочь. Собрав силу воли в кулак, делаю маленький шажок. Потом другой. Дачники косятся на меня, а потом обгоняют и разбредаются по району, спеша домой. Я же ползу до своего логова добрые полчаса, хотя обычно путь не занимает и десяти минут.
И вот я дома. Дело сделано. Я — мужик!
ЗЫ. Через часок созваниваюсь с Котом. Оказывается, он тоже еле дополз до дома — его ноги тоже умерли, но он заставил их воскреснуть. Есть повод задуматься о резервах организма и о чуде воскрешения.
Спасибо за внимание!
#автофикшн #чтение #литература
____________________________________________