За нахождение на чужбине японцам в XVIII грозила высшая мера наказания по возвращении на родину. Но герои статьи избежали этой кары и даже были вознаграждены. Но обо всем по порядку.
Кораблекрушение и Россия
В 1782 году японские купцы отплыли на груженом товаром корабле от родных берегов и пустились в путь.
Корабль попал в бурю и потерял управление.
Тогда команда корабля «Синсё-мару» ещё не знала, что их бедствие станет судьбоносным в истории русско-японских отношений.
Не пролетало ни одной птицы. Весла и руль были уже давно сломаны и -смыты, и было трудно куда-нибудь направить корабль: оставалось только нестись по воле волн.
7 месяцев японцы находились в открытом море, пока их наконец-то не прибило к одному из Алеутских островов. Они находят приют у аборигенов и русских промышленников.
Живут на острове около 4 лет по их наблюдениям. Однако исследователи утверждают, что пробыли они там всего год.
За время скитаний команда редеет наполовину.
Оставшиеся купцы и моряки во главе с капитаном Дайкокуя Кодаю перебираются на Камчатку, а оттуда их отправляют в Иркутск.
Начинается официальное нахождение японцев на территории Российской Империи. Их берут на содержание и о, ужас! предлагают креститься и остаться в России, где им найдут занятие.
Парочка отважных решается на это. Остальные просят вернуть их домой. Впоследствии такая преданность будет оценена властями Японии.
Япония
Япония в XVIII продолжала придерживаться изоляции.
Контакты с внешним миром были урезаны до необходимого минимума.
Из иностранцев в империю допускались только китайцы и голландцы. Над последними японцы откровенно издевались, показывая свое пренебрежение.
Но хуже иностранца мог оказаться свой, но долго живший на чужбине и решившийся вернуться. У такого смельчака был только один путь - казнь.
Поэтому нашим горе купцам очень повезет. Хотя они и подвергнуться жёсткому допросу по приезду домой, который будет записан и станет частью рукописи.
Рукопись
Все приключения японцев в море и в России, а также возвращение домой и последующая жизнь были зафиксированы в рукописи "Оросиякоку суймудан" ("Сны о России" или же другой перевод "Сонные бредни о России").
Автором выступил уже знакомый нам капитан Дайкокуя Кодаю.
Рукопись грешит неточностями, но исследователи уже их установили и прокомментировали.
Больше всего мне понравилась последняя часть произведения, а именно протокол допроса возвращённых японцев.
Вопросы такие разнообразные, японские чиновники интересуются буквально всем, как дети.
Приведу парочку примеров.
Вопрос [6]. А верблюдов видели?
Ответ. Видели по дороге из Якутска в Иркутск. Цветом они прямо как мыши. Они очень большие, а на спине горб.
Вопрос [12]. Раз вы там пользовались такими милостями, почему же вы так упорно добивались возвращения на родину и вернулись в Японию?
Ответ. Простите нас, но здесь остались наши старые отцы, матери, жены, дети, братья, — разве можно забыть чувство любви к ним? К тому же было трудно из-за того, что не хватало нужной нам пищи и прочего.
Вопрос [20]. А видели вы, как ткут сукно?
Ответ. Это тоже видел. Сначала прядут овечью шерсть, потом ее ткут на ткацком станке.Когда ткань готова, ее сбрызгивают водой, растирают жесткой щеткой и складывают.
Вопрос [22]. А не встречались ли вы с чем-нибудь таким, что показалось вам особенно страшным?
Ответ. Ничего особенно страшного мы не встречали, единственное, что можно назвать там страшным,—это морозы. Как я уже доложил вначале; отпадают уши и нос, отваливаются даже руки и ноги — страшнее этого ничего нет.
Россия
Давайте снова вернёмся к нашим японцам, которых мы оставили в Иркутске. Двое перешли в православие и решили остаться в России.
Однако трое —Кодаю, Коити и Исокити — так тосковали по родине, что продолжали советоваться и прилагали все усилия, чтобы как-нибудь добиться удовлетворения своей просьбы о возвращении на родину.
Их прошения не удовлетворялись. Но этим японцам снова повезло. В это время в Иркутске находится Эрик Лаксман
При этом Лаксман уже понимает, что японцев можно будет использовать в интересах государства. В письме он делится своими соображениями с графом Воронцовым.
Учёный утверждает, что эта ситуация очень удобна для визита в Японию под благовидным предлогом возвращения несчастных скитальцев.
...не можно ли настоящего случая употребить в пользу нашего отечества и завести с японцами знакомства с выгодою нашей торговле.
Тем более Лаксман общаясь с японцами выясняет, что Япония хоть и поддерживает изоляцию, но становится терпимее к иностранцам. Те же голландцы там уже спокойно 200 лет торгуют.
И вот пока Лаксман и капитан Кодаю едут в Петербург к императрице, в столице идёт обсуждение возможной миссии.
В итоге, когда Кодаю попадает на аудиенцию к Екатерине II, сразу же после слов сочувствия императрица разрешает ему и сотоварищам вернуться на родину и выдает соответствующий документ.
На время, пока решается, кто и каким составом поедет в Японию, Кодаю становится центром внимания высшего света Петербурга. Его принимают в лучших домах. Он знакомится и с наследником престола Павлом Петровичем.
Домой
Спустя 10 лет японцам выпал шанс вернуться домой. Из всей команды (17 человек) доберутся до родины только двое.
И вот корабль "Святая Екатерина" снаряжен. Японцы получают подарки, следует слезное прощание.
Руководить миссией поручают сыну Лаксмана Адаму.
От императрицы команда получает четкие инструкции, что зафиксировать, что описать, передать грамоты и письма и т.д.
Кстати, официально миссия отправлялась якобы по инициативе генерал-губернатора Иркутска. Если что-нибудь бы случилось, вся вина пала на него, а не на всю Российскую империю.
Из Охотска корабль отплыл 13 сентября 1792, а достиг одного из японских портов 9 октября.
На корабле во время плавания заболел один из японцев Коити и умер не дождавшись схода на родной берег.
Начинается долгое ожидание, обмен письмами и подарками. Все ждут ответа от японских чиновников.
Кроме того сами японцы местными властями пока считаются принадлежащими Российской империи, им тоже нельзя покидать разрешенную для проживания территорию.
Японцы предупреждают русских насчёт использования их веры на своей территории.
Только летом 1793 года удается двинуться дальше по стране. Сначала на корабле, а затем на лошадях. Опять следует обмен письмами и посланиями от властей.
Обратно в Россию корабль отплывает в августе 1793 года. Японцы остаются дома.
Как вы уже знаете наша счастливая двоица была допрошена в присутствии самого сёгуна. Отвечая, японцы всячески подчеркивали уважительное отношение русских к ним.
На допросе скитальцы отмечали свою приверженность японским традициям и желание вернуться домой. Именно эта непоколебимость нашла отклик в сердце сёгуна.
"Потерпевшие кораблекрушение" (так их называют в японской истории) были вознаграждены за достойное поведение за границей, получили пожизненное содержание.
Итог
Историки спорят была ли дипломатическая миссия Адама Лаксмана удачной. Мы с вами не будем спорить, а просто уясним несколько вещей.
Ситуация с японцами действительно уникальная.
Мало того, что она удачно закончилась для них. Так ещё и в государственном масштабе оказалась полезной.
Японцы очень настороженно следили за этим русским кораблем.
Кроме того осторожность японцев была связана со стереотипом, что русские очень плохо обращаются с иностранцами. Такие слухи распускали голландцы.
Была дана четкая инструкция, если хоть малейшее неуважение со сторону русских будет наблюдаться, их тут же следует казнить.
Но команда корабля "Святая Екатерина" вела себя осторожно, кроме того они же прибыли с благородной миссией. Это японцы понимали, поэтому соблюдали внешнее осторожное уважение.
Корабль не просто привез японцев домой, он получил разрешение на дальнейшее продвижение по стране, этим кстати команда так и не воспользовалась.
Так ещё они смогли сделать описания островов. Ну и в конце концов вернулись обратно целыми и невредимыми.
Соседки Япония и Россия впервые взглянули друг на друга как на возможных торговых партнёров.
О том, как прошла аудиенция у императрицы и что подарили японцам читайте в статье ниже:
Не забудьте подписаться и поставить лайк! 👍👍👍