Исканян Жорж
Самое отвратительное время в гражданской авиации (не знаю, как сейчас), пересменка. Вылеты, еще более менее, расписание вынуждает, а вот прилеты - полный писец! И это на пассажирских рейсах! А на разных там чартерах или грузовых, вообще завал! Время суток с 7 до 9 часов утра и с 19 до 21 часа вечера (особенно утром), напоминало массовую забастовку всех служб аэропортов. Старая смена уже не работает, потому что новая еще не пришла полностью, а если и пришла, то переодевается, принимает дела. А новая смена не хочет работать, потому как считает, что старая смена должна свою работу закончить , а потом уже уходить. Аэропорт замирает. Самолеты сиротливо стоят с пассажирами, ожидая трап, потому что траповщики из старой и новой смены не могут никак договориться, кому из них ехать встречать именно этот самолет. Тягачи стоят, машины цеха питания тоже, заправщики, да вообще весь автотранспорт, парализован. Людей тоже не видно. Одни уже собираются, другие еще переодеваются.
У меня был рекорд. Мы прилетели в Иркутск в феврале месяце. На улице -40. На борту, среди пассажиров, совершенно случайно оказался, судя по провожавшим, большая шишка - депутат какого то там созыва (при вылете из Домодедово его привезли в последний момент и посадили в самолёт, предварительно, с помощью родной милиции, выселив из самолета, со скандалом и отборным матом, какого то дедка, не обращая внимания на возражения и злобные угрозы последнего, клятвенно обещая отправить его в Иркутск первым же рейсом).
Прилетели. Зарулили на стоянку в чистом поле. Аэровокзал едва просматривался на горизонте. Никого! Стоим. Самолет начинает потрескивать, пощелкивать - первый признак промерзания. Прошло минут сорок. Тишина. Пассажиры потихоньку начинают роптать. Проходит еще полчаса. В самолете уже реально холодно. Про нас забыли. Все это время экипаж уже на повышенных тонах по радиосвязи просит, требует и чего только не делает, чтобы прислали трап, ответ один: К вам выехали. Ждите...
Прошло еще полчаса. Глухо!
Женщины начинают кричать. Я потихоньку подбрасываю тему для диспута: Депутаты то наверное не знают, как над простым народом измываются! Они то спецрейсами летают на народные деньги!
Что тут началось!
Я даже пожалел, что задел пассажиров за живое. Начиная с последнего ряда, шквал возмущений и оскорблений по поводу "слуг народа" покатился по самолету к первому ряду, где как раз и сидел, обгадившийся наверное с перепугу, депутат. Мы то знали, кто он, нам сообщили, а вот пассажиры, к его счастью, нет.
Много добрых и новых слов услышал он про избранников народа - народных депутатов. А когда пассажиры вокруг стали мечтать, что бы они сделали с депутатом, попадись он им в руки, он почувствовал, что штаны стали влажными.
Увидев, что на него, молчавшего и тихого, уже стали смотреть с подозрением и даже вызывающе, депутат, вдруг, сам от себя этого не ожидая, закричал: - Долой кровопийц на теле народа!
Хотел крикнуть еще: - Вся власть учредительному собранию! - но вовремя спохватился, и так уже наорал на исключение из партии. Но жизнь была дороже, и он еще пару раз, на всякий случай, что то там вякнул, насчет "мироедов" и "гнид вонючих".
Только после этого его приняли за своего.
Трап подали через два с половиной часа. Очевидно информация о депутате все таки дошла, потому что, обгоняя трап, примчались три черные Волги. Представители гор. администрации бегали под открытой дверью самолета и жалобно скулили. Депутат, с каким то презрением, сурово смотрел на них сверху и тихо приговаривал: - Ну, с...ки, вам писец!
Как только подали трап, он, ни с кем не здороваясь, но тепло попрощавшись с нами (не выдали все таки), сбежал по нему и быстро сел в машину, что-то сказав встречающей свите. Я только расслышал последние буквы: ... дец!
Народ с удивлением смотрел в иллюминаторы, наблюдая за происходящим и когда все поняли, кого они упустили, бурно обсуждали с юмором (народ у нас отходчивый), спускаясь по трапу к автобусам:
- Надо же! С самим депутатом летели! Это хорошо, что он своей задницей все прочувствовал, может наведет порядок!
- Да он уже через два часа все забудет, - сомневались другие, - ему сейчас его холуи весь зад вылижут до блеска, сытый голодного не разумеет!
Хороший у нас народ, - думал я провожая пассажиров, - с таким народом, если с умом и сердцем подойти, можно коммунизм построить (как в Швеции), но вся беда в том, что у "слуг" этого народа ни ума ни сердца нет и, наверное, не будет никогда.
Автобусы с пассажирами уехали. По трапу поднялся траповщик: - Водичкой не угостите?
- Угостим, - отвечаю.
- Тебе сладкую или соленую?
- Сладкую. Люблю лимонад!
Я подал ему открытую бутылку, и он долго пил, растягивая удовольствие.
- Слушай,- обратился я к нему, - а почему так долго не присылали трап?
Траповщик, оторвав бутылку от губ , удивленно на меня посмотрел, как на бестолкового и сказал обиженно: - Так пересменка же!
-------------
PS. Уважаемый читатель!
Моя книга, со всеми рассказами и историями: "Чудеса залетной жизни" издавалась на мои личные средства малым тиражом, потому что это весьма недешево.
Хотелось бы дополнить новый материал и издать уже большим тиражом (получается дешевле).
Буду рад любой помощи с вашей стороны.
N карты: 2202 2036 5920 7973 Сбер. Мир.
А я и дальше буду (надеюсь на это) радовать Вас своими историями из моей летной жизни. Спасибо всем, с уважением, Жорж Исканян.
Предыдущая часть:
Продолжение: