Исканян Жорж
Хочу спросить читателей, верят ли они в судьбу?
Поднимите руки те, кто верит! Единогласно!
Но я уверен, что многие будут утверждать, что человек хозяин своей судьбы! В некоторых случаях, да, соглашусь. Но в большинстве своем, судьба играет человеком, как хочет. Я знаю уйму подтверждений моего убеждения. Интересно, что бывает и то и другое в одном флаконе. Допустим, какой то идиот решает ехать домой с вечеринки на своей машине, приняв на грудь очень прилично, не слушая настоятельных советов друзей вызвать такси. По дороге домой, он сбивает пешехода на зебре. Что мы имеем? Этот алкаш сам принял решение, единолично и получил срок в результате. Человек управлял своей судьбой, хотя и в пьяном состоянии. А бедный пешеход, абсолютно случайно оказался у него на пути. И это уже судьба! Приведу несколько более серьезных примеров, к которым и я имел отношение.
Самый первый, который я отлично помню.
Я остался на осень по математике в шестом классе. Пересдачу мне назначили какой то день, в июне. Это была последняя попытка, чтобы не остаться на второй год. Я уже выходил из подъезда, чтобы направиться в школу, когда нос к носу столкнулся с моим закадычным дружком, Лерычем. Тот был возбужден и обрадовал меня тем, что он взял два билета в наш кинотеатр "Юность" на шикарный фильм "Кодин", отстояв огромную очередь. В кино хотелось ужасно!
А что же делать с экзаменом? - спросил я друга.
Ерунда, - сказал Валерка, - побежим вместе, после фильма, и сдашь, ты же не один такой?
Со спокойной душой я так и сделал. После фильма мы рванули к школе. Каково было мое состояние, когда мы увидели, что школа закрыта на замок, я вам передать не могу. Оказалось, что учителя завершили все дела и ушли в отпуска. Родителям я наврал, что экзамен перенесли на середину августа. Все лето эта математика висела на моей шее, как шпала. Я мог забыть о ней на какое то время, но ближе к вечеру она являлась ко мне с косой и приглашала на второй год.
Дождавшись середины августа, я понесся в школу уговаривать учительницу сделать для меня исключение, но к своему ужасу увидел висевшие на стене списки учеников всех классов. Каково же было мое удивление и ликование, когда в списке 7 В класса, я увидел свою фамилию. Переведен! Я до сих пор не знаю, кто это решил и как, но для меня это судьба.
В 1977 году, работая инженером механиком на авиационном заводе Знамя труда, я абсолютно случайно, возвращаясь домой в 66 троллейбусе, взял в руки забытую кем то "Вечорку" и, абсолютно случайно, в углу какой то страницы, увидел объявление о наборе в Домодедово бортпроводников, причем, до 27 лет. 28 мне исполнялось через четыре дня, а мандатная приемная комиссия должна была быть через день. Я, на следующий день, уговорил на работе, моего приятеля Олега Тимакова (сына знаменитого спартаковского игрока), поехать со мной, одному ехать было боязно. Прождав его в метро, утром, полчаса, поехал один. И меня приняли! Судьба? Однозначно.
В 1989 году я пришёл летать в МАП в Домодедово и пока ожидал отправки на переучивание на Ил-76 в Ташкент был задействован дежурить по штабу.
Никогда не забуду первое мое дежурство! Дежурили по штабу с 18 до 20 часов отвечая звонившим членам экипажей самолетов Ил-76, Ан-12, Ан-8, Ан-26 и Ан-32 куда они летят, во сколько и в каком составе. Полчаса прошли спокойно, но вдруг все засуетились, забегали. Что то случилось! Оказалось, что только что разбился наш Ан-32 в районе Киева. Рейс был дополнительный, внеплановый. Рядом со мной стали советоваться, кого посылать оповещать об этой трагедии родственников и семьи погибших. Сергей Зарубаев диспетчер, упирался как мог:
- Я год назад, точно в этот день, 29 июля, оповещал уже о гибели экипажа Ан-8, теперь опять я? Не поеду! Вы знаете, каково это?
Командир объединенного отряда настаивал:
- Сергей, потому тебя и посылаем, у тебя уже опыт имеется, что говорить и как...
Больше всего мне запомнился звонок по телефону. Детский голос спросил:
- Это дежурный?
- Да, дежурный по штабу, Исканян, слушает...
- Товарищ дежурный, а это правда, что мой папа разбился?
Лет пять спустя, мы сидели с моим командиром за рюмкой "чая" . Сергей, вдруг, начал исповедоваться тем, что его терзало, наверное, постоянно:
- Помнишь, Ан-32 разбился под Гастомелем?
- Помню, конечно, я тогда дежурил по штабу.
- А я тогда был командиром отряда Ан-26 и Ан-32. С утра пришло указание, срочно отправить груз по линии МАПа. И началось! Время поджимает, а экипаж необходимо собрать любой ценой. Звонил лично и говорил, чтобы ко времени вылета были в отряде! Некоторые отказывались из-за различных дел, некоторые упирались из-за элементарного нежелания все бросать и ехать на вылет, тем более, что все еще вчера вечером отзвонились и всем дежурный сказал что свободны. Приходилось уговаривать, обещая всякие блага и кто то упрямо не соглашался, а кого то удалось уломать. А получилось, что Сергей уговаривал людей к... смерти. Чувство вины перед женами мужей которые были свидетельницами отпираний любимого от этого проклятого рейса и настойчивыми уговорами командира отряда. Перед родителями, детьми...
Сергей не находил себе места.
Ровно через неделю ему приснился сон, будто он просыпается среди ночи и вдруг в дверь его комнаты заходит весь экипаж Ан-32. Полукругом становятся около кровати и смотрят на него с укором и молча. Серега просыпался в холодном поту. На следующую ночь они опять пришли. На девятый день сны прекратились.
С Сергеем я летал уже восьмой год. Попадали в разные передряги, бывало, что и в очень серьезные. Поломка передней ноги шасси в Радужном, перед самым взлетом, когда я сообщил командиру о проблеме, которую я буквально почувствовал задним местом. Двумя минутами позже и мы бы укатились, на скорости, влево или вправо от полосы, а что бы дальше было, неизвестно. Тягач нас тащил на стоянку два часа, потому что шасси самопроизвольно поворачивалось то влево, то вправо.
Пожары в двигателе два раза, причем один раз на 9000 метров, из Китая, гружённые под самую завязку. Еще и штурман накосячил при заходе на посадку, еле сели.
Уход на запасной и полет до запасного с красными лампочками остатка топлива. И еще много чего....
И всегда мы с Серегой благополучно выбирались из любых ситуаций. Мы были убеждены, что он заговоренный. Везунчик. Что у него есть свой ангел хранитель.
В 2005 году наш самолет, вместе с экипажем, в очередной раз отдали в авиакомпанию Авиаст в аренду. Мы уже летали до нее в аренде в ИстЛайне в Добролете и вот очередная. Сергея уже давно звали вернуться в Атран, на должность зам командира отряда самолетов Ан-12. Он отказывался, не хотел менять красавца Илюху на устаревший Ан-12, который он называл "Шайтан арба".
Но командир отряда не отставал и обещал золотые горы. И уговорил, воспользовавшись тем, что в Авиасте к нам относились непорядочно, хитрили, стараясь использовать свои экипажи и наш самолет. Сергей ушел с тяжёлым сердцем. Мы с ним часто перезванивались и он всегда мне жаловался, что не лежит у него душа к Ан-12, хоть ты тресни! В 2007 году 29 июля одному из командиров Ан-12 нужно было делать провозку в Комсомольск на Амуре. Должен был лететь командир отряда, но в последний момент передумал сославшись на дела и попросил слетать Сергея.
При взлете из Домодедово, с грузом и почти полной заправкой в 4 часа утра, два правых двигателя словили попадание птиц. Экипаж боролся как мог, но удержать такую махину фактически одними руками от переворачивающего эффекта было невозможно. Самолет перевернулся и врезался в землю в районе Домодедовского кладбища. Взрыв был похож на атомный с грибовидной шапкой. Похоронили ребят там же. А какое было число в день катастрофы? Правильно, 29 июля. Ни о чем не говорит? Мне даже кажется, что перед самым столкновением с землей Сергей вдруг увидел перед собой стоявший полукругом экипаж Ан-32, который он собрал в полет, и смотрел на него уже не осуждающе, а с сочувствием и печалью.
Каждый год в этот день все кто может из нашей авиакомпании собираются на кладбище чтобы помянуть ребят. В первый раз было очень много людей. Был и бывший наш экипаж. Я сказал нашим:
- Ну вот, а мы думали, что Сергей заговоренный...
Наш бортинженер, Шурик, совершенно неожиданно, высказал свое предположение:
- А может заговоренный был не он, а ты!
На поминках в Доме культуры на Авиационной собрались около трехсот человек. Все говорили и вспоминали. Где то через минут сорок после начала траурной церемонии в зале появился красивый стройный летчик, в идеально сидящей форме, с командирской фуражкой в руке. Он приехал сразу после полета, чтобы отдать дань уважения ребятам, которых он отлично знал. Попросил слова. Скромно вышел вперед и прочитал изумительные стихи о том, что летчики не умирают, а превращаются в птиц. Это был Анатолий Сережкин.
Почти ровно через год, 26 мая 2008 года, он разобьется под Челябинском на Ан-12.
Такая вот судьба.
Из моих рассказов вы узнаете еще много разных необычных историй и про судьбу и про человеческий фактор и даже про веру в высшие силы, которые реально помогают.
Предыдущая часть:
Продолжение: