— С ума сошла? Там же глушь! Интернет ловит только на крыше сарая, а из развлечений — коровы и старушки с лавочками!
Эту историю мне рассказала одна знакомая — из первых уст, так сказать. Она знала одну семью, которая, на первый взгляд, ничем не отличалась от других.
Жила в городе девушка — молодая, красивая, но совершенно несерьёзная. Лиза любила вечеринки, друзей, шумные компании. Семья? Да кто вообще о ней думает в восемнадцать? Так и жила, не особо вспоминая ни отца, ни тем более бабушку, которая осталась в далёкой, почти вымершей деревне.
Но однажды, наутро после своего восемнадцатилетия, её вдруг осенило: а что, если съездить к бабушке?
— Представляешь, я ведь её вообще не помню, — сказала она подруге.
— В смысле «не помню»? — удивилась та. — Ты что, ни разу к ней не ездила?
— Ну, когда-то в детстве, но это так давно было... — Лиза задумалась, прикидывая, сколько лет прошло. — Лет пятнадцать, наверное.
После смерти матери отец увёз её в город, и связь с бабушкой оборвалась. Да и зачем было вспоминать? Городская жизнь захватила, у отца появились свои дела, у Лизы — свои. Бабушка осталась где-то там, в прошлом.
Но теперь что-то внутри зацепило. Может, любопытство, может, желание немного поиграть в «добрую внучку». Она не могла объяснить, почему, но решила поехать.
— Поеду, посмотрю, как она там, — заявила Лиза.
— С ума сошла? Там же глушь! Интернет ловит только на крыше сарая, а из развлечений — коровы и старушки с лавочками!
— Зато посмотрю, как живут люди без лайков и подписчиков, — рассмеялась она.
Так она и отправилась в деревню. Вот только поездка обернулась совсем не так, как она представляла…
____
Лиза не стала долго раздумывать — собрала вещи в небольшой чемодан и прямо за ужином объявила отцу:
— Я еду к бабушке.
Отец замер с ложкой на полпути ко рту.
— Что? — голос его был неожиданно резким.
— Купила билет на поезд. Завтра утром уезжаю, — спокойно сказала она, откинувшись на спинку стула.
Отец побледнел.
— Нет. Ты не поедешь.
— Почему это? — Лиза удивилась такой реакции.
Отец встал из-за стола, нервно провёл рукой по волосам.
— Она ведьма. Она сгубила твою мать. Сжила её со свету! Ты не понимаешь, во что ввязываешься!
Лиза скептически прищурилась.
— Ой, пап, ну хватит. Средневековье прошло, ведьм больше не жгут.
— Я серьёзно, — он смотрел на неё так, будто умолял.
Но Лиза была непреклонна.
— Хочу сама увидеть, какая она. Ты её ненавидишь, но почему? Что такого она сделала?
— Я же сказал!
— Ты сказал, что она виновата в маминой смерти. Но это просто твои слова.
Отец сжал кулаки, но спорить больше не стал. Только тихо выдохнул:
— Когда вернёшься… ты уже не будешь прежней.
К вечеру поезд прибыл на нужную станцию. Лиза выбралась наружу, накинула куртку и, поймав попутку, отправилась в деревню. Ближе к окраине пришлось идти пешком.
Деревня встретила её угрюмым молчанием. Серые, покосившиеся дома. Пыльные окна. Заброшенные дворы. Ни одного человека.
Лиза поёжилась.
— Ну и мрак…
Она прошла дальше, туда, где по карте должен был быть бабушкин дом.
А потом остановилась.
Последний дом, стоящий за кладбищем.
Небольшой, тёмный, с покосившейся калиткой.
Родной.
Только вот… слишком уж безжизненный.
____
Лиза постучала в дверь, но ответа не последовало.
Она подождала, затем постучала ещё раз — тишина.
С лёгким беспокойством она толкнула дверь, и та неожиданно легко подалась внутрь.
— Бабушка? — позвала Лиза, заходя в дом.
Внутри пахло старостью, сыростью и чем-то травяным. На узкой кровати у стены лежала пожилая женщина — в белой рубахе, худощавая, с осунувшимся лицом. Руки её были скрещены на груди, а глаза закрыты.
Лиза замерла, холодок пробежал по спине.
— Бабушка? — голос её дрогнул.
Женщина не двигалась.
Лиза сделала осторожный шаг вперёд.
И вдруг заметила: едва заметно вздымается грудь.
Жива.
Лиза облегчённо выдохнула и, стараясь не шуметь, вышла во двор.
Осмотревшись, она поняла, что двор зарос бурьяном, повсюду валялись сухие ветки, перекосившийся забор едва держался.
— Ну и с чего начать? — пробормотала она, задумчиво пнув старое ведро.
Тут же её размышления прервал грубый мужской голос:
— Ты кто такая? Чего тут забыла?
Лиза резко обернулась.
На крыльце соседнего дома стоял мужчина лет пятидесяти, с суровым лицом, в выцветшей рубахе и тёмных брюках.
— Здравствуйте, — немного растерянно сказала она. — Я Лиза. Внучка бабушки Клавы. Приехала её проведать.
Мужчина хмыкнул.
— Внучка, значит… — пробормотал он, пристально её разглядывая. — Если приехала просто так, то зря.
— Почему? — нахмурилась Лиза.
— Потому что ты её совсем не знаешь, девочка. Иначе не сунулась бы сюда.
Он бросил взгляд на дом, покачал головой и жестом подозвал её.
— Пойдём, поговорим. Расскажу тебе, кто твоя бабка на самом деле.
____
Лиза вошла в дом соседа, присела на деревянный стул у стола и скрестила руки на груди. Она была готова выслушать местные байки, но верить в них не собиралась.
В доме пахло свежей выпечкой. Жена соседа, полная добродушная женщина, только что вынула из печи пирог.
— Чай будешь? — спросила она.
— Буду, — пожала плечами Лиза.
Ей налили горячего травяного чая, отрезали кусок пирога. Девушка взяла его, машинально откусила, а сосед тем временем начал рассказ.
— Вся деревня боится твою бабку, — тихо сказал он.
Лиза хмыкнула.
— Да ладно, что за сказки?
— Это не сказки, девочка. Днём она прикидывается больной и немощной, а как только солнце уходит за горизонт — всё меняется. Видела, сколько домов пустует?
— Видела.
— А знаешь почему? Потому что они сбежали. Кто не успел — уже в земле. Говорят, бабка Клава по ночам летает по деревне, кого сглазит, у того скотина мрёт, у кого ребёнок заболел — уже не встанет. А в её дом ночью слетается такая нечисть, что лучше даже мимо не ходить.
Лиза поставила чашку на стол.
— А вы сами это видели?
— Видел, — кивнул он. — Мы тут все видели. Поэтому и остались единицы.
Соседка осторожно прикоснулась к руке мужа, словно прося не пугать гостью.
— Оставайся у нас на ночь, — предложил сосед. — А утром отвезу тебя на станцию. Вернёшься к отцу — и забудешь про этот кошмар.
После горячего чая и сладкого пирога Лиза почувствовала, как глаза начинают слипаться. Дорога утомила её, и, несмотря на страшные рассказы, сон взял своё.
Она уснула прямо в кресле.
За окном окончательно стемнело.
Но эта тьма была особенной. Тяжёлой. Густой. Будто сама деревня затаила дыхание.
Сосед нервно посмотрел в окно.
— Началось…
Издалека донёсся глухой шорох. Затем протяжный вой. А после — страшный визг, от которого кровь стыла в жилах.
Дом бабы Клавы будто ожил. В окнах мелькали тени. Изнутри слышались непонятные звуки — вопли, свист, шёпот множества голосов.
Соседка сжала руки, перекрестилась.
— Господи, спаси…
А потом вдруг среди этого кошмара на мгновение появилось бледное лицо. В белом одеянии, с пустым взглядом. Бабка Клава.
На рассвете всё затихло.
Когда сосед решился войти в дом, он уже знал, что там увидит.
Баба Клава лежала на кровати — мёртвая.
Её похоронили сразу, никто не хотел тянуть с этим.
Но с утра произошло нечто ещё более странное.
Лиза проснулась.
Она вышла во двор, посмотрела на соседей.
Что-то в ней изменилось.
Её когда-то голубые глаза стали тёмными, почти чёрными.
А в улыбке мелькнуло нечто, от чего у людей по спине пробежал холод.
— Что-то не так? — спросила она с лёгкой усмешкой.
Сосед не ответил. Он уже понял.
Баба Клава умерла.
Но ведьма осталась.
Автор: Серебряная Сова