Любая, даже незначительная история – это отрезок человеческой жизни. Эти истории мне поведали в разное время разные люди, происходили они в нашем родном городе Лебедянь и имеют своих реальных прототипов. Возможно, читатели узнают там себя или знакомых, это нормально, так как всё взято из жизни. Но стоит помнить, что любые совпадения с имевшими место событиями – случайны, а расхождения, напротив, закономерны. И, безусловно, все имена изменены по известным нам причинам.
История первая.
Как быстро летит время! Кажется, ещё недавно они учились в одном классе, писали диктанты, контрольные, отвечали у доски. А на самом деле пролетела целая жизнь…
Это было в шестом классе. Витька – обычный пацан, троечник, непоседа, немного задира, как водитсяу ребят – футбол, хоккей. Ничего, казалось бы, выдающегося. Ленка – тоже простая, бойкая девчонка со своими заморочками: косички, лоскутики, ленты, платья, вышивка. Витьку она считала немного странным, ведь он мог на перемене носиться как угорелый с приятелями в салки по коридору или гоготать, сидя на подоконнике, а после уроков вдруг ни с того ни с сего, взяв её портфель, проводить до дома. Нет, это не то, чтобы были ухаживания или симпатии с его стороны, просто жили они в одном районе, и идти было по пути. По дороге разговаривали совершенно ни о чём, шутили и смеялись. Витька, правда, иногда просил её помочь с русским языком - ну никак он не давался ему. Суффиксы эти, деепричастия, наречия, правил куча… муть какая-то. Вот взять, например, футбол - там с правилами всё ясно и понятно! Ну, а Ленке что? Ей было не трудно подсказать, училась она на «отлично». Тогда они устраивались на лавочке, и, раскрыв учебник, Ленка терпеливо объясняла сложности по теме прошедшего урока.
Как-то незадолго до Нового года у Витьки дома остановился его крёстный – родной брат отца, он был моряк дальнего плавания и будучи в отпуске, решил проездом навестить семью брата. Приезжал он к ним не часто, но всегда это было настоящее событие, как, впрочем, и в тот раз. Он, не переставая, рассказывал невероятные истории о дальних странах, где ему пришлось побывать, привёз много разных подарков и сувениров, сладостей, жвачку Бубль-Гум. Но тогда, кроме всего прочего, своему единственному крестнику он подарил заграничную автоматическую шариковую ручку. Как он тогда сказал, улыбаясь в свои густые усы: - Что б ты, Витёк, хорошо учился!
Она была великолепна: чёрный кожаный футлярчик с фирменной золотистой эмблемой, внутри которого на красном бархате в специальной выемке чинно возлежал этот канцелярский атрибут. Снизу на футляре, тоже золотистым шрифтом, красовалась магическая надпись – Made in Japan. Тогда, в далёкое советское время, любая вещь с такой надписью обретала волшебные свойства и являлась эталоном качества. Сама по себе, эта надпись без всякого гарантийного талона, давала абсолютную уверенность в той вещи, на которой она имелась.
Другой скажет - ну и что, ручка как ручка, подумаешь. А вот и нет! Это была не совсем обычная авторучка. Вся она была глубоко чёрного цвета, наконечник золотистый, посередине такого же цвета колечко, а в верхней части были встроены электронные часы, две кнопочки и маленькое отверстие – оттуда звучала простенькая мелодия, если поставить будильник. И венчал всё это изящный зажим, тоже золотистый, на котором было написано «Seiko». Выглядела ручка очень благородно и дорого. Витька не мог оторваться от неё: крутил и вертел в руках, положит в футляр, снова достанет. Часы завораживали - он постоянно сверял время, включал секундомер, выставлял будильник и слушал, как она поёт. А как же мягко она писала своим необычным нежно-синим цветом чернил, всё равно, что не ты пишешь, а она сама за тебя выводит! Несмотря на то, что в комплекте с такой замечательной ручкой шло ещё два стержня, Витька решил беречь её и писать ею только в исключительных случаях. Например, кому-нибудь письмо или поздравительную открытку.
Когда через пару дней эйфория с Витьки немного сошла, он решил взять свой подарок в школу и показать ребятам. Нет, не похвастать, ни в коем случае, просто показать пацанам, какие интересные штуки всё же бывают на свете. Ведь он же был удивлён, значит и они оценят.
На перемене вокруг Витьки собралась целая стая одноклассников, гомон стоял жуткий, перебивая друг друга все просили «заценить» вещь. Кто-то, цокая языком и со знанием дела, определял, что вещица «козырная» - фирма всё же, кто-то, всё же предчувствуя безнадёжность своих уговоров, просил поменяться на что-нибудь, а кто-то, напротив, повертев в руках, хмыкнув, равнодушно отходил. Ленка тоже подошла посмотреть. В глазах у неё сверкнула мимолётная искорка, когда она вертела ручку и рассматривала её. А затем, спустя минуту, вернула Витьке, хихикнула и, дёрнув косичками, весело щебеча с подругами, упорхнула куда-то из класса.
Вскоре наступил Новый год, а с ним и долгожданные зимние каникулы. Каникулы - заветное слово для школьника. Свобода! Уроки делать не надо, тетрадки и учебники заброшены в стол. Вместо этого хоть целый день можно проводить время на катке, гоняя на коньках, кататься с горы на санках, играть с ребятами в снежки, и телевизор можно смотреть допоздна – родители слова не скажут. В конце концов, не нужно рано вставать, спи, сколько хочешь.
И вот отдохнувшие после каникул ребятишки, ворвавшись стремительным потокомв обитель знаний, снова вдохнули в школьные стены жизнь. На переменах в Витькином шестом «А» девчонки и мальчишки, не замолкая, делились друг с другом: кто где был на каникулах, как встретили Новый год, и кто чем занимался. А вот Ленка и ещё несколько человек после каникул не пришли в школу. Как выяснилось, Ленка сильно простудилась и её с бронхитом положили в больницу.
В палате койка Ленки стояла у окна, и она с тоской наблюдала, как снежинки, кружась в воздухе, плавно ложатся на заснеженные дорожки в больничном сквере. Она думала о том, что в школе её не было уже больше недели, и теперь придётся навёрстывать пропущенный материал. Дни были нудные и похожие один на другой: подъём, приём лекарств, процедуры, уколы, обед, тихий час – и так по замкнутому кругу. Было тоскливо и одолевала скука. Занять себя можно было лишь чтением, но когда поднималась температура – не хотелось ничего. Ленка приблизилась к оконному стеклу и подышала на него. На запотевшем месте она мизинцем нарисовала кружок, в нём две точки и две чёрточки. На фоне зимнего пейзажа за больничным окном получилась рожица, но рот у неё был искривлён, и поэтому она вышла грустной. Именно такой и была в тот момент Ленка – хворая, грустная и одинокая. Со стороны она была похожа на жалкого нахохлившегося воробушка: в больничном, безликом байковом халатике, в шерстяных носках и с завязанным горлом, казалось, она визуально даже уменьшилась в росте. Родители её конечно же навещали каждый день, но то дом, а то - «казённый дом».
Глубоко вздохнув, она положила книгу себе на колени, раскрыла её и принялась за чтение, когда дверь в палату приотворилась. Ленка подняла глаза от книжки и увидела в дверном проёме белобрысую Витькину голову. Брови её при этом поползли вверх от удивления. Тот огляделся по сторонам и не смело зашёл. Невнятно пробурчал под нос что-то типа «привет» и смущаясь, протянул Ленке небольшой пакет:
— Это... я это… Лен… я вот принёс тебе тут…Возьми, на…
Она, всё ещё с удивлением глядя на него, взяла из его рук пакет и раскрыла его. Там лежали пачка печения «Юбилейное», большой апельсин, шоколадка, несколько красных яблок и душистая груша. Она переводила изумлённый взгляд с пакета на Витьку, а Витька стоял и неловко топтался на месте, и было явно видно, что он сейчас не в своей тарелке. Только Ленка открыла рот, чтобы поблагодарить его, он вдруг резко засуетился и стал шарить по карманам, как будто он что-то вспомнил. Секунду спустя он неожиданно откуда-то вынул чёрный футлярчик со своей японской авторучкой и торопливо сунув его Ленке в руки, запинаясь, проговорил:
— Эт самое… в общем, это тоже тебе… Подарок! Вот. Кароч это… давай, выздоравливай побыстрее. Может, это поможет… как-то.
От смущения Витька был весь пунцовый, он даже вспотел, а Ленка была настолько обескуражена таким поворотом событий за каких-то несколько минут, что, хлопая глазами, только и смогла прошептать своим слабым осипшим голосом:
- Спасибо, Вить.
А что же было дальше, спросите вы?
А дальше жизнь понеслась галопом. Ребята быстро взрослели. В старших классах Витька стал всерьёз ухаживать за Ленкой, и они даже некоторое время встречались, но не долго. Увы, жизнь сама расставляет приоритеты, не спрашивая нас. После школы Витьку забрали в армию, он отслужил, вернулся, закончил технический колледж и устроился работать на машиностроительный завод. А Ленка, закончив медицинский вуз, стала детским врачом и, вернувшись домой, теперь работала в городской больнице.
Они снова встретились на вечере встречи выпускников в школе, на юбилее выпуска своего класса. Этим вечером Витька провожал Ленку до дома, как тогда, в шестом классе. И как тогда, по дороге они разговаривали о пустяках, вспоминали весёлые истории из жизни, шутили и смеялись. Но после этого вечера они никогда уже больше не расставались. Судьба дала им этот шанс, и они его не упустили.
Прошёл не один десяток лет, и теперь у детей Елены и Виктора растут свои детки, а чёрный кожаный футлярчик с японской авторучкой всё так же скромно лежит на полке в шкафу у них дома, как семейная реликвия, изредка напоминая им о их беспечной и счастливой юности.
Банальные истории о любви и не только. История вторая.
Банальные истории о любви и не только. История третья.