Имя Федора Васильева известно, к сожалению, не каждому. Талантливый художник мог встать в один ряд с такими пейзажистами, как Иван Шишкин, Исаак Левитан, Алексей Саврасов, и, возможно, превзойти их, если бы не его скоропостижный уход из жизни в возрасте 23 лет. Но даже за такую короткую жизнь ему удалось завоевать восхищение современников.
Васильев с самого детства старался найти свободную минуту для творчества. Он всегда мечтал стать художником и, несмотря на неодобрение отца, не отступал от своей цели. Сперва он устроился в мастерскую реставратора Петра Соколова, затем поступил в вечернюю рисовальную школу Общества поощрения художников, а позже познакомился с Шишкиным. Последний, в свою очередь, привел юное дарование в Артель художников, лидером которой был Иван Крамской. Так Васильев стал близким другом и учеником Шишкина и Крамского.
Художник следовал основным принципам русской пейзажной живописи 1870-х годов: обращение к обыденной природе и наличие повествовательного мотива, позволяющего художнику передавать рассказ через элементы пейзажа. Но, как и любой мастер, Васильев со временем выработал свою концепцию. В каждую работу художник вкладывал то трепетное переживание, которое сам испытывал от великолепия природы. Чуткое волнение художника прослеживается в таких замечательных произведениях как «Деревня», «Летний жаркий день», «После дождя» и др.
Васильев обращался и к городскому пейзажу, который в то время не пользовался популярностью среди художников. Тем не менее ему удалось создать работы, наполненные дивным ощущением нежности и уюта: «Заря в Петербурге» и «Иллюминация в Петербурге».
Васильев умер от туберкулеза в 1873 году. После его смерти в письме от 1877 года к критику Николаю Александрову Крамской писал:
Васильев умер на пороге новой фазы развития своего таланта, очень оригинальной и самобытной. Я думаю, что ему было суждено внести в русский пейзаж то, чего последнему недоставало и недостает: поэзии при натуральности исполнения