Но судовая касса была в моих руках.
Мы с экипажем экономили, как могли, а экономия шла в карман наличными. Делился я честно, поэтому недовольных не было, и никто не «стучал» хозяину.
Через пару недель наш буксир перетащили в посёлок. А следом должны были перетащить и нашу баржу. И тут вышел небольшой казус.
- Отправь людей на баржу, - звонит мне директор из офиса, - завтра рано утром придёт буксир и баржу перетащат к вам. Я договорился. Надо чтобы швартовная команда на барже была наготове.
- Кого я пошлю? – удивился я. Деда, который еле ходит да матроса? И как они туда рано утром попадут?
- Их агент с вечера на машине подбросит, - совершенно уверенно ответил директор.
- А ночевать они будут на промёрзшей барже?
- На плавкране заночуют.
- Нет уж, (имя и отчество), я завтра с матросом поеду, а стармех на судне останется. Так-то вернее будет.
- Это приказ! – вспылил хозяин.
- Я здесь капитан и мне решать, куда и когда посылать экипаж. Я за них отвечаю. С агентом я свяжусь и попрошу его приехать за нами пораньше.
- Ну, ты это…, - смутился начальник, - давай там не очень-то своевольничай! А то ведь я могу и по-другому.
- Всё по уставу, (имя и отчество). Да вы не беспокойтесь, баржа будет на месте. Это я вам обещаю.
- Ну гляди у меня…, - и он бросил трубку.
Наутро приехал агент и быстренько доставил нас на баржу.
И три часа мы морозили носы в ожидании буксира.
А когда ледовая обстановка стала полегче, назначили нового капитана для перегона буксира в док. И тут вышел скандал.
Я уже привык капитанить, и когда будущий капитан позвонил мне на судовой телефон и стал давать указания пьяным голосом и в очень категоричной форме, я несколько был обескуражен.
- Да, буксир «АРМ-2», капитан, слушаю, – поднял я трубку.
- Это я капитан, и это я тебя слушаю! – раздался нетрезвый голос.
- Простите, чей капитан, и что вы хотите от меня услышать? – я, конечно, понял, что это говорит мой будущий капитан, но тон меня возмутил.
- Твой капитан, капитан буксира. Я жду доклада о состоянии судна! Что тебе не понятно?
- Простите, но в данный момент капитан буксира я, а вы хотя бы представились, – как можно вежливей ответил я, – и перестаньте обращаться ко мне на «ты», мы с вами на брудершафт не пили.
- Ты ещё умничать будешь? Ну, я до тебя доберусь! Срочно готовь дела к сдаче и собирай свои шмотки, ты со мной работать не будешь! Такие помощники на моём буксире мне не нужны!
- Замечательно! Вот приедете, примете дела, и командуйте себе, а пока идите вы…. Гуляйте дальше.
- Засранец! – затем последовала тирада непереводимого местного диалекта, и трубка захлебнулась гудками.
Я отключился с двояким чувством. Так всё шло прекрасно. Несколько жаль было расставаться с такой работой. Но и работать дальше с этим хамом не хотелось. Так что я вздохнул с облегчением. Скоро поеду домой. Через несколько минут позвонил сам хозяин.
- Ты что себе позволяешь? Как ты разговариваешь с пожилым уважаемым человеком? Он же твой капитан. Тем более, он постоянный капитан этого буксира.
- Когда примет дела будет капитаном, но не моим. Он меня уже уволил – ответил я спокойно.
- Но зачем ты его послал на х..? – возмущённо вопрошал начальник.
- Ну, во-первых, матом ругался он, а я его просто послал догуливать, а во-вторых, пошёл он действительно на х..! – несколько вспылил я.
Вот же гад, ещё и накляузничал начальству!
- А что значит «уволил»? - спросил хозяин.
- То и значит, сказал, чтобы я уматывал с его буксира после сдачи дел. Не нужен ему такой старпом! – раздражённо отвечал я.
Начальник несколько задумался, и успокоил: «Ладно, не дёргайся, разберёмся». Но на душе остался неприятный осадок.
В погожий солнечный апрельский денёк на борт прибыл будущий капитан. Был он мал ростом, обрюзг, очень сед и стар. Передвигался и говорил с трудом не только по причине присутствия многих старческих недугов, но был попросту пьян. Не сильно, а так, как говорится, «на стакане».
Прошлого телефонного разговора он, похоже, не помнил или постарался забыть. Мы быстро подписали приёмо-сдаточный акт, и я выставил на стол бутылку водки из представительских запасов. Иосич, так я впоследствии называл его, довольно крякнул, и мы сдвинули рюмки. Я пытался ему рассказывать о положении дел и состоянии буксира с баржей, но сейчас ему было не до этого. Видно было, что он вернулся в привычную обстановку, оторвался от дома и наслаждается свободой.
Когда он совсем сомлел, я покинул каюту капитана.
Но уехать домой мне не пришлось. Замену мне не прислали, а без меня этот капитан много не наработает. Буксир чинить надо. Один он точно не справится.
И я остался...