"Светлана, ну ты как улитка! Шевелись давай! Касса вон уже дымится от очереди, а ты ценники переклеиваешь, как будто тебе до пенсии еще пять жизней!" - голос Людмилы Петровны, замдиректора, резал слух, словно ножом по стеклу.
Я вздрогнула, чуть не выронив сканер. Боже, как же она меня бесит! Целый день на ногах, спина отваливается, а тут еще эта мегера со своими криками. Хочется послать ее куда подальше, но ипотека сама себя не выплатит.
- Людмила Петровна, я стараюсь, - процедила сквозь зубы, стараясь сохранить хоть каплю вежливости. - Просто тут целая коробка просрочки, надо все перебрать...
- Просрочка у нее! А покупатели пусть стоят и ждут, пока ты там копаешься! Быстрее, быстрее! И улыбайся, Света, улыбайся! Ты лицо магазина!
Улыбайся, говорит. Да мне бы сейчас в душ горячий и лечь, а не улыбаться этим вечно недовольным лицам, которые вечно ищут скидки и акции. Но приходится улыбаться, ведь "Семёрочка" - это тебе не райские кущи, тут за улыбку и за спину горой стоять надо.
Домой приползла, как выжатый лимон. Вся гудит, ноги ноют, в голове каша. Только дверь открыла, а меня уже "радушно" встречает:
- О, ты явилась! А ужин где? Я тут, между прочим, голодный как волк! И дети есть хотят!
Это мой "благоверный" Гриша. Лежит на диване, в телефоне залипает, а вокруг него гора мусора и детские игрушки разбросаны. Как будто он тут царь, а я прислуга.
- Гриш, ты хоть раз бы пошевелился, - говорю, скидывая куртку. - Я с утра вкалываю, как лошадь, а ты тут разлегся. Дети твои тоже, между прочим.
- Ой, да ладно тебе, - отмахивается он, не отрываясь от телефона. - Я устал тоже, после работы. Диван вот "работаю", чтобы не провалился. Ты лучше накорми меня, а то я сейчас в обморок упаду от голода.
"Работает" он диван. А я, значит, не работаю? Я, значит, так, воздухом питаюсь? Хочется заорать, высказать все, что накипело, но сил уже нет. Просто сил нет.
- Ладно, сейчас что-нибудь сварганю, - вздыхаю, иду на кухню. В животе урчит от голода, но сначала надо мужа и детей накормить. Семейная идиллия, блин. Интересно, доживу ли я до пенсии в этой "идиллии"?
- Мам, а что у нас сегодня на ужин? – вопит младший, Ванька, лет пяти, скача вокруг меня, как блоха. Старший, Димка, лет десяти, ходит следом, но молчит, только смотрит своими большими глазами, словно все понимает.
- Пельмени, наверное, - отвечаю, доставая пачку из морозилки. - Быстро и сердито. На большее сил нет.
- Ура! Пельмени! – радуется Ванька. А Димка подходит ближе и тихо спрашивает:
- Мам, а ты опять устала?
Смотрю на него, и сердце сжимается. Такой маленький, а уже все понимает. И видит, как я каждый день прихожу домой разбитая и уставшая. И видит, как папаша его палец о палец не ударяет.
- Устала, Дим, - признаюсь. - Очень устала. Но ничего, сейчас пельмени сварим, и все будет хорошо.
- Папа поможет? – с надеждой спрашивает он.
Смешно даже. Папа "поможет". Папа только есть умеет и командовать.
- Папа у нас сегодня отдыхает, - говорю с натянутой улыбкой. - Он после работы восстанавливает силы. А мы с тобой вдвоем справимся, правда?
Димка кивает, хватает табуретку и ставит рядом с плитой, чтобы помочь мне достать кастрюлю. Мой маленький помощник. Хоть кто-то в этом доме понимает, что такое усталость и труд. Интересно, каким он вырастет, глядя на все это? Не станет ли таким же, как его отец?
Вечером, когда дети уснули, а Гриша завалился спать после "тяжелого" дня, я сидела на кухне и пила чай. Сладкий, крепкий чай, единственное мое спасение после смены. В голове крутились мысли, как белки в колесе. Работа, дом, дети, Гриша... Все это давит, тянет вниз, не дает вздохнуть полной грудью.
Вдруг телефон зазвонил. Номер незнакомый. Нехотя беру трубку.
- Алло?
- Светлана? Это из "Быстроденьги" звонят. Вам одобрен кредит на 50 тысяч рублей. Хотите оформить?
Кредит? 50 тысяч? Зачем? А потом до меня доходит. Ипотека. Следующий платеж через неделю, а у меня в кошельке - мышь повесилась. Зарплату еще не дали, а Гриша, как всегда, "без копейки".
- Да, хочу, - говорю, понимая, что другого выхода нет. Опять влезаю в долги, опять кабала, но что делать? Ипотеку платить надо, а то на улицу выгонят. И кому тогда я буду нужна, уставшая продавщица "Семёрочки" с двумя детьми и мужем-паразитом?
В "Семёрочке" как всегда - суета и толкучка. Утро, час пик, все спешат на работу, забегают за кофе и булочками. Людмила Петровна, как коршун, парит над кассами, выискивая недостатки. Сердце колотится, словно птица в клетке.
Вдруг к моей кассе подходит женщина. Вроде обычная, но что-то в ней цепляет взгляд. Одета скромно, но со вкусом, в глазах - грусть и усталость. Она ставит на ленту пакет молока, батон хлеба и пачку гречки. Стандартный набор "выживальщика".
Пробиваю товар, называю сумму. Женщина достает карту, расплачивается. И вдруг, глядя мне прямо в глаза, тихо говорит:
- Тяжело вам, наверное?
От неожиданности я теряюсь. Что ответить? Сказать правду? Признаться, как все достало? Но нельзя, нельзя жаловаться, надо улыбаться, я же "лицо магазина".
- Ничего, привыкли, - отвечаю, стараясь сохранить вежливую улыбку. - Работа такая. Скидка по карте лояльности нужна?
Женщина печально улыбается, качает головой и уходит. А я стою и смотрю ей вслед, и в груди вдруг что-то щемит. Как будто она увидела во мне не "лицо магазина", а живого человека, уставшего, измученного, но все еще пытающегося выжить в этой российской действительности. И что-то мне подсказывает, что наша встреча - это не случайность. Что-то должно произойти.
Весь день мысли возвращались к той женщине. Ее печальный взгляд, ее тихий вопрос… Будто она заглянула мне в самую душу, увидела все мои тревоги и беды. Вечером, уже после закрытия, когда я пересчитывала кассу в тишине опустевшего магазина, дверь вдруг снова открылась. На пороге стояла она. И в руках у нее был какой-то конверт…
Что же в конверте? И зачем она вернулась? Как мне быть дальше? Устала так жить, сил нет. Подскажите, пожалуйста, как мне вырваться из этого замкнутого круга?
Друзья, если вам нравятся рассказы, основанные на реальных жизненных историях, и вы интересуетесь психологией отношений, семьи, брака и любви — подписывайтесь на наш канал!