3. — Мам, привет, ты сидишь? Сядь, пожалуйста, у меня новости.
— Илюша, не пугай… Говори.
— Кажется, я стал отцом шесть лет назад, причём сразу двойни. Завтра увижу их.
Он чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Рядом на кровати лежал раскрытый альбом с фотографиями детей, Илья и сейчас смотрел на них, хоть и выучил наизусть каждый кадр. Ему нужно было поделиться новостью с кем-то, кто поймёт. И он решил позвонить матери.
— Ты так возбуждённо тарахтишь, я плохо понимаю. Говори разборчивее! – попросила мама.
Илья набрал воздух в лёгкие и произнёс с расстановкой:
— Мам, ты не поверишь! У меня есть дети! Им скоро шесть лет! – закончил он, не в силах сдержать улыбку.
На другом конце провода повисла тишина.
— Что? - наконец спросила она, и её голос звучал настороженно.
— Да, мам! Двойня. Мальчик и девочка. Саша и Даша. Они... они мои! - он говорил быстро, словно боялся, что слова не успеют вырваться наружу.
— Илья, ты что - пил все дни, не просыхая? В загул ушёл? Что ты городишь?! - её голос стал резким и раздражённым. - Какие ещё дети?
— Мам, это правда! - настаивал он. - Вика родила их после нашего расставания. Они мои, я тебе фото скину, мальчик моя копия.
— Вика? Какая Вика? -её тон стал ещё холоднее. Ах, подожди… Не та ли это тощая шл*шка, из-за которой ты постоянно страдал?
— Ну она, да, но… - замялся Илья. Диалог принимал совсем иной оборот, чем он рассчитывал.
— Илья, ты серьёзно? – мать уже перешла на крик и ему пришлось отодвинуть от уха трубку. – Нашёл кому верить! Она же лгунья! И сейчас врёт, как дышит! Нашла Иванушку!
— Мам, я понимаю как это звучит, но поверь, она меня и не искала, я случайно сам узнал. Дети похожи на меня очень сильно! - он пытался объяснить, но чувствовал, как его энтузиазм начинает угасать.
— Похожи? - она засмеялась, но в её смехе не было радости. - Илья, ты вообще думаешь, что говоришь? Какие гены у них могут быть от такой особы? Какое воспитание могла дать им эта дворняжка, которая подставляла свой хвост всем подряд?
— Мам, хватит! - не выдержал он. - Во-первых, Вика не настолько уж... того! А во-вторых, это мои дети, и я не позволю тебе так о них говорить, как об отбросах!
— Илья, ты рехнулся! - её голос стал громче. - Она тебя обманывает, неужели ты настолько глуп! Заканчивай с наследством и дуй домой, я запрещаю тебе общаться с этой Викой!
— Разберусь как-нибудь без тебя с кем мне общаться в свои тридцать два! – кричал теперь и Илья.
— Ты глупец, Илья! - она не сдавалась. - Ты готов поверить первой, кто скажет, что у неё твои дети? Ты даже не подумал, что тебя могут использовать?
— Мам, я не хочу это больше слышать! - он был зол и разочарован. - Если ты не можешь принять это, то лучше просто молчи!
— Илья, я твоя мать, и я обязана тебя вразумить! - кричала мать, её голос звенел. - Не разрушай свою жизнь!
— Моя жизнь уже разрушена, мам! С женой развожусь, квартиру, думаю, придётся продавать, иначе как её делить, если она в ипотеке? Но теперь у меня есть шанс всё исправить, ты же знаешь как сильно мы хотели детей!
Они ругались ещё несколько минут, пока Илья не положил трубку. Он сидел на кровати, сжимая телефон в руках, и чувствовал, как гнев и разочарование переполняют его. Он ожидал, что мать разделит его радость, но вместо этого получил только осуждение и недоверие.
В этот же день Илья и Вика увиделись снова по просьбе Ильи – он очень волновался перед встречей с детьми и хотел выбрать для них подарки. Саша и Даша должны были вернуться уже послезавтра, и Илья хотел, чтобы их первая встреча запомнилась. Они бродили по магазинам, выбирая игрушки, книги и сладости. Вика рассказывала, что любит каждый из детей, что их интересует, а Илья слушал, стараясь запомнить каждое слово.
— Саша обожает конструкторы, - говорила Вика, пока они стояли у полки с игрушками. - А Даша любит книги про животных.
— Конструктор и энциклопедия про животных, - решил Илья, беря необходимое с полок.
Они продолжали разговаривать, и постепенно разговор стал глубже. Вика начала открываться Илье с другой стороны - более осознанной и взрослой.
— Знаешь, Илья, - сказала она, когда они сели в кафе, чтобы передохнуть, - я часто думаю о том, какой была раньше. Ветреной, легкомысленной... Жила одним днём, не ценила то, что было у меня.
Илья смотрел на неё, удивлённый её откровенностью.
— Дети изменили меня, - продолжила она. - Они помогли мне стать серьёзнее. У меня появились ценности, цели... Ответственность за них меня изменила. Я стыжусь того, какой была раньше.
Илья кивнул, чувствуя, как её слова находят отклик в его душе.
— Значит, пьяные менты и зависания на хатах – в прошлом? – уточнил он с виноватой ухмылкой.
— Ой… я была такой… такой пустышкой. Так рассеивала себя, разбрасывала. У меня мозг был выключен. Стыдно вспомнить.
— Я тоже много думал, - сказал он. - О том, как я поступил с тобой. Как бросил тебя, не поверил... Это было глупо и жестоко.
— А я врала тебе, - призналась Вика, опуская глаза. - Постоянно. И тебя можно понять! На твоём месте, наверное, я сделала бы также. Тогда мне казалось, что это нормально – так вести себя, что это просто игра. Но теперь я понимаю насколько свинскими были мои поступки.
— Мы были так молоды, - сказал Илья. - Столько недопонимания, столько глупостей...
— Да, - согласилась Вика. - Мы многое замалчивали, многое не договаривали. Хотя ты пытался до меня достучаться, а я была… знаешь, я была как зашуганная кем-то собака. Мне казалось, что со всех сторон на меня рявкают бульдоги и люди стоят с палками, замахиваются, кричат… И когда я видела, что кто-то ласков ко мне, пусть даже притворно, я шла к нему, чтобы найти приют хотя бы на время.
— Но почему ты мне не верила? Я что – тоже был для тебя «с палкой»?
—Нет, Илья, просто ты был единственным человеком, который позволял мне себя обидеть. Я отыгрывалась… К тому же, мне казалось, что я тебя недостойна и ты вскоре это поймёшь. Я не хотела привязываться по-настоящему… Ты был нормальным, хорошим парнем, а меня тянуло к такому же сброду, как я сама.
— Не придумывай! Ты не сброд, - возразил Илья, невольно вспомнив слова матери. - Просто не повезло тебе с родителями, росла, как сорняк…
— Ну, мама, вроде бы, нагулялась и успокоилась. Вышла замуж за деревенского. Живут.
Илья вздохнул.
— Я никуда отсюда больше не уеду, - сказал он вдруг. - Буду жить рядом с вами. С детьми.
Вика посмотрела на него, и в её глазах была смесь удивления и благодарности.
— А работа?
Пока покатаюсь, всего полтора часа в одну сторону. А там посмотрим.
— Для начала тебе нужно разобраться с женой, - осторожно сказала она. - Ты же ещё не разведён.
— Да, - согласился он. - Это нужно сделать.
Они снова замолчали, каждый думал о своём.
— А как ты думаешь, стоит ли детям сразу говорить, что ты их папа? - спросила Вика.
Илья задумался.
— Я не знаю, - честно признался он. - С одной стороны, они должны знать правду. С другой... Я боюсь, что это будет для них шоком.
— Я тоже против того, чтобы говорить сразу, - сказала она. - Давай подождём, пока они привыкнут к тебе.
— Хорошо, - согласился Илья, хотя внутри он был в полном раздрае.
Вечер был тихим, и в воздухе витала лёгкая прохлада. Они вышли из кафе, обвешенные пакетами с подарками.
— Спасибо, что ты всё-таки родила их, - вдруг сказал Илья, глядя на Вику.
Она улыбнулась.
— И тебе спасибо.
— За что?
— За порядочность. Узнал о них – и проявил себя настоящим человеком, отцом. До этого дня они были нужны только мне.
Они стояли друг напротив друга, словно два человека, которые наконец-то нашли общий язык.
— Завтра я позвоню тебе, - сказал Илья.
— Хорошо, - ответила Вика.
Они разошлись, каждый в свою сторону. Илья шёл по улице, вновь чувствуя, как в его душе что-то преобразуется, словно кирпичики, из которых он был выстроен ранее, меняются местами и к ним добавляются новые элементы. Его душа становилась шире.
Через день, нервно поправляя воротник рубашки, Илья стоял у дома Вики. В руках он сжимал пакет с подарками, которые они с Викой выбрали накануне. Сердце бешено колотилось, а в голове крутились одни и те же мысли: "Как они отреагируют? Что сказать? Как себя вести?"
Вика открыла дверь и улыбнулась.
— Заходи, - сказала она, пропуская его внутрь.
Илья шагнул в дом, и сразу же услышал детские голоса.
— Мам, а кто это? - раздался звонкий голос девочки.
— Это Илья, - ответила Вика, стараясь звучать спокойно. - Он... мой друг.
Илья увидел их. Даша, маленькая девочка с кудрявыми, как у мамы, волосами и большими глазами, смотрела на него с любопытством. Саша прятался за маминой спиной, но время от времени из-за неё выглядывала его белая головка.
— Привет, - сказал Илья, наклонившись, стараясь улыбнуться.
— Привет, - ответила Даша, подбегая к нему. - Ты дружишь с мамой?
— Да, - повторил он, чувствуя, как голос предаёт его, становится наигранным от волнения.
— А что в пакете? - спросила она, заглядывая туда с любопытством.
— А ты бойкая, да? – улыбнулся Илья.
— О, ещё какая! – подтвердила Вика.
— Пакет для вас с братом, - подмигнул он девочке. - Хочешь посмотреть?
Даша радостно захлопала в ладоши, а Саша, хоть и стеснялся, тоже подошёл ближе.
Илья раздал подарки, и дети сразу же погрузились в их изучение. Он наблюдал за ними со сжимающимся сердцем, подмечал каждую черту и деталь. Ему не нравилось, что одеты они слишком просто в вещи, вышедшие и моды лет эдак десять назад и которые явно кто-то носил до них. Ему хотелось наверстать всё разом: приодеть их, свозить на море, усадить в свою машину и рулить, рулить… навстречу к чему-то светлому, доброму, к тому, чего они достойны. И Вика – хоть он и не питал к ней былых чувств, - для неё тоже хотелось сделать приятное, отблагодарить за то, что родила, что стала для них нормальной матерью. Он смотрел на всех троих и просто улыбался смущённо, и никто бы не мог подумать какие грандиозные планы строятся у него в голове.
Даша, как оказалось, была очень общительной и уже через полчаса не отходила от Ильи ни на шаг.
— Дядя Илья, а ты мне почитаешь про животных? - спросила она, держа в руках новую книгу.
— Конечно, - ответил он, улыбаясь.
— Я хочу про акулу! - скомандовала она, усаживаясь рядом с ним на диван.
Илья начал читать, а Даша внимательно слушала, иногда задавая вопросы. Саша, всё ещё стесняясь, тоже подошёл ближе, чтобы послушать. Во всём, даже в движениях, Илья узнавал в мальчике себя, только он не был настолько пугливым и нежным.
Вечер пролетел незаметно. Бабушка Вики стеснялась и не выходила и комнаты, Илья лишь поздоровался с ней. Даша так привязалась к Илье, что даже потребовала, чтобы именно он уложил её спать.
— А ты споёшь мне на ночь колыбельную? - спросила она, взмахивая на него ресницами.
— Конечно, - ответил он, чувствуя, как сердце наполняется теплом. – Покажи где ваши кроватки…
Дети улеглись, Илья присел к Даше на край кровати.
— Спи, моя радость, усни, ночью погасли огни…
«Моя радость!» - сердце вздрагивало в груди от этих слов и вновь, как тогда с фотографиями, Илье хотелось заплакать.
Он успел допеть один куплет, натужно вспоминая слова. Его спасла Вика.
— Ну хватит, всё, не мучайте па… - запнулась она, - дядю Илью.
—Спокойной ночи, Саша, -склонился он над мальчиком, - руку пожмёшь хоть на прощание?
Мальчик протянул ему тёплую ладонь из-под одеяла. Хоть какой-то контакт…
Когда дети были уложены, Илья и Вика сели на кухне, чтобы обсудить прошедший день.
— Всё прошло лучше, чем я ожидал, - признался Илья.
— Да, - согласилась Вика, - они приняли тебя хорошо.
— Вот только... - начал он и замолчал.
— Что?
— Ты не против, если я куплю им новую одежду? Понимаешь… чтобы красиво было… - сказал он, конфузясь.
Вика вздохнула.
— Успеешь, ковбой, если не передумаешь. Денег у нас не так много, как хотелось бы, - призналась она. - Живём на пенсию бабушки и мою зарплату.
— Я буду помогать, - сказал Илья твёрдо. - Всё, что могу… И дом этот… ты уж прости и не обижайся, но когда я его впервые увидел, то в ужас пришёл от условий, в которых живут наши дети.
— Я бы попросила! Делаю, что могу! – повысила голос Вика.
— Я понимаю! Нет, я не в претензию! Наоборот, я о том, что ремонт нужен. Дом надо утеплить и фундамент поправить, ну и внутри… но тут не к спеху. Прости, а дети тоже на улицу в туалет ходят?
— Конечно, они уже большие.
— Мда, мда… кошмар конечно. Я займусь этим, ладно?
— Сделаешь ремонт?
— Хочу, чтобы дети жили в комфорте. И ты.
Вика пожала плечами. Она не очень-то верила ему. Всё происходило так быстро!
— Короче, сделаю ремонт, куплю всё необходимое.
— Ты уверен? - спросила она, глядя на него.
— Да, - ответил он. - Это мои дети, повторюсь! Я им должен!
Вика улыбнулась, и в её глазах была благодарность.
— Спасибо, Илья.
Илья сидел в своей новой квартире, доставшейся ему от дяди, и смотрел на документы, лежащие перед ним на столе. Развод был окончательно оформлен, раздел имущества завершён в том смысле, что квартиру решили продавать. Казалось бы, это должно было оставить в душе горечь или хотя бы лёгкую грусть, но Илья чувствовал лишь облегчение. За последние несколько дней его жизнь перевернулась настолько, что прошлое, включая брак, казалось теперь далёким и незначительным. Все его мысли были заняты детьми - Сашей и Дашей.
Он уже успел привыкнуть к новой реальности. Поездив между городами из-за работы, он договорился о переводе на удалёнку. Теперь в офис нужно было приезжать всего раз в неделю, а всё остальное время он мог проводить рядом с детьми. Квартира, которую он унаследовал, стала его новым домом. Она была просторной, светлой и, что самое главное, находилась не так уж далеко от дома Вики.
Илья активно занялся ремонтом в её старом доме, он хотел успеть до первого снега. Санузел был оборудован, стены утеплены и покрашены, а в детской комнате появились новые кровати с белоснежными матрасами. Каждый раз, когда он приезжал, дети встречали его с радостью. Саша, который поначалу стеснялся, теперь с удовольствием показывал Илье свои рисунки и рассказывал о делах в детском саду. Даша, как всегда, была его хвостиком, не отступала ни на шаг - она то и дело хватала его за руку, чтобы показать что-то важное или просто посидеть у него на коленях.
Они уже знали, что Илья их папа. Новость дети восприняли спокойно, как будто это было что-то само собой разумеющееся. Возможно, они чувствовали его искренность и любовь, которая с каждым днём становилась только сильнее.
С Викой отношения тоже развивались ровно. Они стали ближе, научились доверять друг другу. Илья видел, как она изменилась - стала более спокойной, уверенной в себе и перестала его бояться, точнее не его, а той памяти, которая осталась о ней у Ильи. Она больше не была ветреной девушкой, которую он знал когда-то. Теперь она была матерью, ответственной и заботливой, она успокоилась, и это чувствовалось во всём.
Но через несколько месяцев Илья понял, что и этого недостаточно. Ему хотелось большего. Он хотел жить с ними полноценной семьёй.
И он решил поговорить с Викой.
— Вика, - начал он, стараясь звучать спокойно. - Я хочу предложить тебе кое-что.
— Что такое? - спросила она, слегка насторожившись.
— Давай вы переедите ко мне? В квартире достаточно места, и детям будет лучше, - сказал он, глядя ей прямо в глаза и ощущая себя тем далёким мальчишкой, влюблённым в неё глупой любовью. Но сейчас это была не любовь, а другое, не менее острое чувство – Илье просто хотелось быть рядом с ними и заботиться о них, защищать, ему хотелось, чтобы дети росли в полноценной семье, без перегибов.
Вика взвешивала его слова.
— Илья, это серьёзное решение. Ты уверен, что готов к этому? Я ведь и так не препятствую вашему общению, ты не должен быть и со мной.
— Знаешь, как говорил мой дед? Нарожали деток – о своих хотелках забудьте. Всё! Теперь ваша задача обеспечить им счастливое детство, вырастить из них достойных граждан. А страдать и искать чего-то там раньше надо было, до них.
— Значит, будем вместе из-за долга? Звучит так себе, - усмехнулась Вика.
— А тебе что надо ещё? Лично я никогда не был так уверен ни в чём. Я хочу быть рядом с вами. Каждый день.
Вика вздохнула и улыбнулась.
— Хорошо. Давай попробуем.
Илья почувствовал, как в груди разливается тепло, словно он лёг в горячую ванну. Он знал, что впереди ещё много трудностей, но теперь у него была настоящая семья.
Через несколько недель переезд был завершён. Дети с радостью осваивали новое пространство, а Илья и Вика постепенно привыкали к новой жизни.
Однажды вечером, когда дети уже спали, они сидели на кухне, пили ромашковый чай и разговаривали.
— Надо бы нам пожениться – для полноты картины, - вдруг сказал Илья и прикоснулся к её руке, сжимающей чашку.
— О! – сказала она с лукавой улыбкой. – А твою маму эта новость не добьёт?
— А какой у неё выбор? Смирится. К детям она уже привыкла, приняла. Так что скажешь?
Вика смотрела на него хитро и долго, а затем истерически рассмеялась. Она встала, обняла Илью и прошептала едва не плача:
— И всё равно я считаю, что не достойна такого счастья.
— Только у меня одно условие.
— Ну?
— Не мешай мне делать из Саши мужчину. Он совсем "обабился" под вашим женским влиянием, нежный, что та девочка.
—Ох, ну конечно! Явился он!.. Где ты был раньше!.. - забухтела Вика.
— И всё равно я вынужден настаивать. Мой сын не должен вести себя, как девчонка, я буду этому воспрепятствовать!
Она сидела на его руках и оба слушали тишину. Тиканье часов из гостиной… дыхание друг друга… звуки ночной зимы. За окнами завывал ветер, и разгонял снежные хлопья, и наметал белые шапки на автомобили и фонари. Илья даже не хотел представлять насколько там холодно. А в квартире, где теперь жила их семья, было тепло и уютно. И казалось Илье, что жизнь обрела наконец свой подлинный смысл.
Часть 2:
Часть 1: