Без Василия грустно как то стало на болоте. Не было вечерних посиделок у костра с разговорами о жизни. Бориска маленький еще, с ним много не поговоришь.
- Тетка Олья, спросил ее как то Бориска. - А мы что, не будем крышу у домика латать.
- Не будем. Бог даст, освободят скоро Спасское. Слышишь, как близко уже стреляют. К сентябрю то по любому выгонят фашистов из деревни. Только бы не сожгли ее супостаты, как Выселок.
Ольга заговорила о том, что как прогонят немчуру, так сразу и уйдут они с этого острова.
- Я вот, думаю, Бориска, в вашей избе поживем пока. А там, глядишь отец или мать твои придут с войны.
- Как хорошо то! Дедка Алексей тоже рад будет, Надоело, чай, ему одному то. Да и не знает он, что я живой. То то обрадуется.
Ничего не стала отвечать мальчишке Ольга. Зачем ему раньше времени горевать. Да и теплился огонек где то внутри, а вдруг Борькиному дедушке спастись удалось. Вдруг не сгубили его супостаты. Борька представлял, как заживут они все вместе. Так и думает пусть.
- Бориска, а там на листочке то , что дедушка твой рисовал, вроде три крестика было нарисовано на нашем острове. А мы ведь с тобой только два нашли. А третий то это что, - чтоб отвлечь Бориску от дум про деда, перешла Ольга на другое.
Она поднялась, принесла убранный обрывок листовки. И правда, стояла еще маленькая отметочка, вроде и не крестик, а кружочек или жирная точка. Вот что она означает? Ольга вздохнула. И что она раньше то про это не вспомнила, пока Василий здесь был. Он ведь разбирается во всяких этих картах да планах Может и тут бы понял. Да что после времени то думать. Сплоховала она.
Положила она листок на землю. Вот избушка, вот ключик с водой, а вот там, через болото, три сросшихся сосны стоят. Кружок то этот аккурат на гривке надо искать. По картинке так получалось. Только вот как понять, далеко ли это или поближе.
Ольга решила, все равно ведь днем времечко есть у нее. Надо походить по гривке, присмотреться. Раз дед меточку эту поставил, значит не с проста. Что то есть там. Да и место это на земле тоже должно быть чем то отмечено.
- Ну что, Бориска, думаешь. Чего это дедушка твой кружочком то отметил.
Мальчик только плечами пожал. Ничего такого дед ему не говорил. Да и времени то не было говорить. Торопился он, чтоб проводить внучка до рассвета, пока немцы не проснулись.
На другой день Ольга оставила Борьку за огнем смотреть, а сама с Настеной пошла по гриве прогуляться. Что искать, чего смотреть, неизвестно. Пошла просто так, наудачу.
Травы на пригорке почитай нет. Выгорела вся на солнышке. Идти хорошо. Даже Настенку с рук спустила, пусть походит ножками.
Походили, погуляли, ничего не выходили. Вернулись обратно.
На другой день опять пошла, еще и Бориску прихватила.
- Ты тоже поглядывай, Боренька. Может чего и найдешь.
- А чего искать то, тетка Олья?
- Ох, дитятко, если бы я знала.
Не знала Ольга конечно ничего, но думала. Не зря же Алексей ходил кругами около этого болота, искал дорогу сюда и не отступился, пока не нашел. Знать был у него интерес какой то. Знал он, чего здесь лежит. Не стал бы мужик просто так силы свои и время тратить. Дома, чай, всегда дел полно.
Борька молодым козелком бегал по гривке. Ольга заметила, что как стала она варево из корней земляных варить, так парнишка поправляться начал. Щечки зарозовели. Да и так было видно, что силенки набирается. Не сидит, как старичок рядом с Настеной. Все помогать ей хочет. Даже ветки с елок отпиливать пилой научился.
Вот и сейчас он шустро сбегал в низину, а потом ловко взбирался на пригорок. Вдруг он остановился возле большой елки.
- Тетка Олья, гляди, как камни сложены. Будто их кто нарочно выложил.
Ольга подошла к Бориске, поставила Настену на землю. Посмотрела. И вправду. Словно выложил кто то эти камушки. Посредине большой, а от него словно лучи солнца маленькие камушки разбегаются. Ну не как не могло тут без рук человека обойтись. Да и откуда здесь камням то взяться. Нигде их больше Ольга здесь на острове не видела. Только вот разве печка в избушке из каменьев сложена. Так там понятно, привезли их в свое время специально для этого.
Маленькие то камушки плохо видно, в сухой траве спрятались, запутались. Если бы не Борька, она бы и не заметила.
- Не иначе как клад там зарыт, - подумала Ольга. Но вслух ничего не сказала. Бориска маленький еще. Если что они и найдут, проболтается, побахвалится. Тут добра не жди. Люди то кто то промолчит, а кто то позавидует. Ольга вдруг рассмеялась. Вот дурная, еще ни коня не возу, а она уж и клад нашла и беду от него.
Она ничем не выразила свое удивление. Сказала только, что как интересно природа выложила камни и пошла дальше, За ней засеменила Настенка.
- Ты чего, тетка Олья, смеешься то, - удивленно поглядел на нее Борька.
- Да так, Бориска. Подумала вот, что ходим мы, ищем не знай чего, а дедка то может просто карандашиком ткнул нечаянно. Пойдемте ка домой. Как бы там дрова то у нас не прогорели.
Потом они сидели , слушали, как гремят взрывы. Казалось, что совсем рядом. Скоро, совсем скоро прокатится фронт дальше, а они смогут вернуться в деревню.
- Скорее бы уж, - подумала Ольга. Хоть здесь тихо и вроде бы безопасно, но живой человек тянется к людям. Устала она жить в одиночестве. А тут еще Василий растормошил ее. Хоть волком вой другой раз от тоски.
Опять на ум пришел Ольге тот камень. Надо будет сходить к нему, когда Бориска спать будет. Вот завтра и сходит она, как светать станет. Только лопатку надо будет с собой взять.
Только розоветь на болоте стало, Ольга проснулась. Привычно, как будто всегда это делала, привязала Настенку. Подошла к костру. Подтащила толстый ствол, который еще Василий пилил. Долго он гореть будет. А она быстренько обернется. Может и нет там ничего. Но хоть узнает и думать зря больше не будет.
Она шла по росной сухой траве. Думала про себя, что росы то какие стали. Другой раз белые, словно иней по траве. Особенно в низине. Здесь то наверху это не больно видно. Не увидишь как и холода придут. Слава Богу, хоть дождей то почти совсем нет. Изредка сбрызнет, бывает, да и все. Думала, что может зря она отказалась избенку обихаживать. Что то застопорилось там у наших с наступлением. Вторую неделю все на одном месте топчутся.
Со своими думами Ольга чуть елку, которая ей нужна, не прошла. Во время опомнилась. Подошла к камню. Большой. Сможет ли она его сдвинуть. Попыталась столкнуть его с места, ничего не получилось. Похвалила себя, что лопату с собой взяла. Подкопала камень с одной стороны, поднапряглась посильнее. Откатила его в сторону.
Начала Ольга под камнем копать. Земля вроде мягкая, податливая. Но корни переплелись, приходится перерубать их. Выкопала ямку, дальше дело спорее пошло. Вдруг что то звякнуло под лопаткой. У Ольги даже лоб вспотел. Неужели и вправду клад она откопает.
Что то мешало ей копать дальше. Ольга встала на коленки, принялась отгребать землю руками. Железяка что ли какая. Труды ее увенчались успехом. Выкопала чугунок, закрытый сверху сковородой. От волнения даже руки затряслись. Доводилось ей раньше слыхивать, что люди клады находили. Да уж больно все это на сказку похоже было. Не верила таким побасенкам Ольга. А тут вот он, чугунок в ее руках. Только достать осталось.
Маленький чугун оказался на удивление тяжелым. Вытаскивать его не очень удобно было, ухватиться не за что. Но разве это помеха, когда в глазах уже клад маячит.
Дрожащими руками Ольга сняла сковороду. Под ней истлевшая почти тряпица, которая от прикосновения рассыпалась на клочки. Под тряпкой лежали бумажные деньги. Старинные, царские еще. Наверное по тем временам это были большие деньги. Ольга не могла определить их ценность. А сейчас то что, они ничего для нее не значили, бумажки да и только.
Предлагаю моим новым читателям мою самую первую повесть.
А под бумажными ассигнациями лежали монеты. Ольга сняла с головы платок и высыпала монеты на него. Ей никогда в жизни не доводилось иметь дело с золотом. Но что то подсказывало женщине, что это золотые монеты. Ольга смотрела на них, словно завороженная. Потом подхватила их с двух сторон руками, приподняла полную пригоршню вверх и раскрыла ладони. С мелодичным звоном из ее натруженных рук посыпался золотой дождь.
Ольга тихонько засмеялась. Все еще не верила, что откопала клад. Верь не верь, а вот он, в ее руках. Правда она и представления не имела, что с этим, неожиданно свалившимся на нее богатством, делать дальше.
Она завязала платок с монетами в узел покрепче. Бумажные деньги положила обратно в чугун, закрыла сковородой и опустила туда, где он был. Закопала, водрузила камень. Решила, что ничего не будет Бориске говорить. Правда подумала, что вдруг мальчишка заметит, что земля возле камня свежая. Положилась на авось. А уж если спросит, тогда придется что-нибудь придумывать.