- Бабулечка, как я по тебе соскучилась! - Лиза обняла Елизавету Яковлевну. - Думала, в этом году не поедем к вам.
- Это ещё почему? - Удивилась Елизавета Яковлевна, гладя правнучку по встрёпанным после сна волосам.
- Дядя Алёша говорил, что надо поехать на море, а папа спорил, что не на кого оставить работу, и что дядя Дима не справится. А дядя Алёша говорил, что дедушка Юра присмотрит.
- Ну и что же решили? - Пожилая женщина с удовольствием и слушала звонкий голосок восьмилетней Лизы. Правнучку Аня и Гена назвали в честь неё. Да Лиза и на самом деле родилась похожей на Елизавету Яковлевну. Только вот глаза были тёмными, как у Ани.
- Решили, что поедем в августе. А сейчас на недельку к вам. Бабуль, а мама с папой где?
- По каким-то своим делам поехали, а бабушка с дедушкой на работе. Вечером все соберутся. Мы с тобой пока умоемся, позавтракаем, а потом придумаем, чем заняться. Договорились?
- Договорились! - Лиза поцеловала её в щёку и помчалась в ванную.
Десять лет прошло с тех пор, как Гена и Аня уехали отсюда. После слёз, непростых разговоров между собой и родителями Ани всё же пришли к выводу, что стоит всё изменить. Аня перевелась на заочный, а Генка проявил недюжинное упрямство и увёз молодую жену в тот город рядом с его бывшей колонией, что значился в записке, вложенной ему в руку дядей Юрой. Эти места оказались к Генке Макарову более милосердны, нежели город его юности.
Жена дяди Юры и его дети очень помогли молодым людям на первых порах. Послушав совета освободившегося вслед за Генкой дяди Юры, парень окончил тот же техникум, что и старший сын Юрия, Алексей. С Алёшей они тоже подружились крепко, словно знали друг друга всю жизнь, и потихоньку начали развивать общее дело.
На первых порах молодые снимали небольшую комнату, а после того, как отец Ани, Сергей Леонидович, помог не без проблем всё же продать Генкину скромную жилплощадь и, добавив подаренные же родителями деньги, Гена и Аня купили требующий ремонта старый, но крепкий домик.
Ремонтировали его всем миром. Даже четырнадцатилетний Дима и шестилетняя Наталка, младшие дети дяди Юры, принимали посильное участие. Это очень сплотило ребят с их новыми друзьями, и с тех пор семья Юрия и Зои стала для Гены фактически и его семьёй.
Больше всего Генка боялся, что они не смогут найти работу. Судимость лишала его всякой надежды на будущее, но опыт работы в пекарне, полученный в колонии, и специфика этого небольшого города не дали им с Аней пропасть. Здесь настолько привыкли к тому, что бывшие поселенцы колонии часто остаются в городе насовсем, что смотрели больше на самого человека, чем на сопроводительные бумажки. Генка устроился на местный хлебозавод на первое время, а Аня вела кружок рисования в городском доме культуры.
- Не ходи. - Говорил Гена, опасаясь, что жене откажут из-за него в работе.
Но полноватая решительная женщина в строгом костюме, директор дома культуры, только утвердительно кивнула.
- Художественная школа? Беру. Учитесь? Хорошо. Уважаю. Человек должен учиться. На сессию отпущу.
- Генка, меня взяли!
Он молча подхватил Аню на руки, крепко прижал к себе. Оба они получали немного. Было нелегко, особенно, когда родилась Лиза, а Генке настало время уходить в армию после погашения судимости. Зоя, воспитавшая троих детей, стала родившейся малышке настоящей бабушкой, а подросшая Наталка с удовольствием играла с Лизой, как с настоящей живой куклой. Выручили их и Наташины вещи, которые Зоя хранила тщательно выстиранными и выглаженными.
- Хорошо, хоть Наталка перед Лизой родилась. - Радовалась она. - А то ж пацанячье всё было.
Сейчас все те трудности остались позади. Гена с Аней и Лизой переехали из старого дома в просторную квартиру. Алексей женился, и его сыну Ване недавно исполнилось пять. Дима отслужил в армии и сейчас учился в технологическом институте в другом городе, приезжая домой на каникулы, а Наташа перешла в десятый в школе, где Аня преподавала изобразительное искусство. И Лиза, и Наташа, обе занимались ещё и в изостудии, где так же работала Аня.
Гена, Алексей и дядя Юра открыли автосервис, который приносил теперь стабильный доход, и планировали расширение. Сейчас же работали в основном сами. Гена Макаров давно забыл о том, что мечтал стать лётчиком, как и то, что когда-то его называли Февралём. Февраль остался далеко в прошлом, и сейчас Гена не хотел, чтобы это прошлое хоть как-то возвращалось в его ставшую стабильной и размеренной жизнь.
* * * * *
- Бабуль, я порисовать хочу. - Сообщила Лиза после завтрака. - Только мы альбом забыли. Мама сказала, что купит. А у тебя нет альбома? Или бумаги?
- Давай посмотрим. - Елизавета Яковлевна открыла кладовку. - Должно что-то быть. Мама твоя всегда рисовала. Здесь рисунки её хранятся. Может быть, и бумага чистая есть.
- Бабушка, а можно посмотреть? - Лиза ухватила папку с рисунками. - Это так мама раньше рисовала?
- Да, мама так рисовала. Нравится?
- Мы в студии тоже так рисуем. - Девочка быстро перебрала листы с кубами и вазами. - Бабушка, а что это за мальчик?
- Мальчик? - Елизавета Яковлевна надела очки. - Покажи-ка.
С листа смотрел на неё Генка, такой, каким был тогда, в седьмом классе, когда она увидела его впервые. Надо же, Аня никогда не показывала ей этот рисунок. Сейчас Гена, конечно, здорово изменился, но тогда он был именно такой.
- Ты что улыбаешься? - С любопытством спросила Лиза. - Ты его узнала?
- Этого мальчика называли Февраль. - Елизавета Яковлевна погладила рисунок ладонью. - Он был очень упрямый, честный, только вот не слишком везучий.
- А он настоящий? Конечно, настоящий, раз ты узнала. - Сообразила девочка. - Он учился вместе с мамой, да?
- Да, Лизонька. Когда мама его нарисовала, они оба учились в седьмом классе.
- А Наташа уже в десятом, бабуль. Мы с ней...
Девочка принялась делиться своими детскими новостями и вскоре совсем забыла про рисунок. Елизавета Яковлевна бережно положила его обратно в папку.
Вечером, когда Гена с Лизой отправились во двор кататься на велосипеде, а сын и невестка ещё не вернулись с работы, они с Аней, сидя на кухне, делились последними новостями.
- На кладбище были. - Аня печально посмотрела на бабушку. - Петра Николаевича навестили, к Мише зашли. Могила ухоженная, а всё равно будто одинокая.
- С тех пор, как уехал Мишин отец и жену за границу увёз, она и есть одинокая. А что ухоженная, так заплатили, наверное, кому-то, чтобы присматривали. Эх, мальчики наши, несчастливые выпали им судьбы. Жениха твоего несостоявшегося видела как-то. Спивается парень. А ведь совсем молодой.
- Каждому своё. - Сдержанно ответила Аня. Она никому, даже бабушке, не рассказала, что произошло тогда между ней и Лёшкой Авдеевым, хотя полагала, что Елизавета Яковлевна о чём-то таком догадывалась. - А мы маму Генину пробовали найти, бабуль. Знаешь, я сама ему предложила. Видела, что его беспокоит это. Гена рассказывал об их последнем разговоре с Петром Николаевичем. Тот сказал, что мать хотела Гену забрать. Тогда почему не приезжала ни разу? Не искала сына. Она ведь наверняка знала про сестру своего мужа. Но мы всё равно искали.
- Вижу по твоему настроению, что не слишком успешно. - Вздохнула Елизавета Яковлевна.
- Да. - Подтвердила Аня. - К сожалению или к счастью, не знаю, но найти её не получилось. Хотя, Гена сказал, нет так нет, и что свою семью мы нашли. Ещё смеялся, что полный комплект.
- Полный-то полный, а вы с Геной ещё об одном малыше не думали?
- Думали, бабуль. Генка, знаю, сына хотел бы. Но мы ведь только в последнее время легче жить начали. Может быть, и пора. Наташа, когда Лиза у нас родилась, была такая, как она сейчас, а как помогала. Теперь и у нас помощница подросла. Посмотрим.
Позже вернулись с работы Анины родители. Начались новые расспросы и разговоры. Когда девочка поела и убежала в комнату смотреть мультики, Сергей Леонидович тихо сказал Гене.
- Слышал, Гена, следователя-то того, что дело твоё вёл тогда, от работы отстранили. Нарушений много нашли, подтасованных фактов. Говорят, дела на раз-два закрывал. Видно, и с тобой получилось так же.
- Да чего теперь об этом, Сергей Леонидович. Что было, быльём поросло. Тех, что отца били там тогда, их всё равно бы не нашли. Я ведь не запомнил никого. И показали бы мне их, не узнал бы. Мишу только жаль, хороший он был парень и друг хороший. А я на свою жизнь не обижаюсь. Вот Аня, может.
- С ума сошёл? - Возмутилась Аня. - Мама, папа, не слушайте его. Всё у нас хорошо. Как и должно быть.
- Ну, значит, хорошо. - Улыбнулся Гена.
Погостив у родителей, вернулись домой. Начали собираться в отпуск. Дядя Юра уговорил всё же старших парней, убедил, что справятся они эти пару недель с сервисом вдвоём с Димой. А Алексей и Гена старались переносить записи на более ранние даты, освобождая время для поездки. Гена здорово уставал, домой возвращался поздно. Лиза тоже не спала, вместе с Аней ждала папу с работы.
В один из дней, встретив и обняв отца, девочка убежала в свою комнату, но тут же вернулась обратно на кухню, где Аня кормила мужа поздним ужином.
- Мама, там показывают того мальчика, который Февраль. А почему бабуля сказала, что ты с ним в школе училась?
Аня и Гена быстро переглянулись.
- Какой мальчик, Лиза? Ты о чём?
- Мальчик с твоего рисунка. Бабушка сказала, что его называли Февраль, и он хороший.
- Ничего не понимаю. - Гена отложил вилку и направился в комнату вслед за дочерью. Шли местные новости.
"...в результате заведующая медицинской частью колонии-поселения Ольга Николаевна Голубева доставлена в больницу в тяжёлом состоянии, её супруг погиб. Несовершеннолетний сын женщины на момент совершения преступления находился в детском оздоровительном лагере. По подозрению в совершении убийства и последующего поджога дома Голубевой задержан бывший заключённый, ранее отбывавший наказание в данной колонии-поселении. Сейчас он даёт признательные показания".
На экране показалась фотография миловидной женщины и невзрачного мужчины рядом, а потом несколько кадров из детского лагеря, при виде которых лицо Ани вытянулось от удивления, а Гена побледнел и опустился на диван, нащупывая пульт. Из телевизора на Генку Макарова смотрел он сам в возрасте десяти-одиннадцати лет.
- Вот этот мальчик, который Февраль! - С удивлением глядя на родителей, уточнила Лиза. - Вы чего?
* * * * *
- Вот так всё и случилось. - Гена сидел, опустив голову. - Аня, ты вправе говорить мне всё, что угодно. Я виноват перед тобой много в чём, и в этом тоже. Но, клянусь, я не знал, что у меня есть сын. В передаче сказали, что мальчик будет помещён в социальное учреждение. Я должен что-то сделать, Ань.
- Должен. - Аня размышляла о том, что слишком рано она похвасталась бабуле и родителям ушедшими в прошлое трудностями. - Гена, скажи только, сколько ещё скелетов спрятано у тебя в шкафу.
- Аня, я уверяю тебя, что такой случай был единичным. Я ведь даже плохо помню события того вечера. Зато теперь понимаю, почему Ольга Николаевна старалась как можно реже встречаться со мной до самого моего освобождения...
Они проговорили почти до утра, а потом встали разбитыми и не понимающими, как им жить дальше.
В сервисе, куда Гена приехал самым первым, дядя Юра сел напротив него, протянул кружку с горячим кофе.
- Видел про Ольгу Николаевну вчера?
Генка молча кивнул.
- Гена, мне показалось, или...
- Не показалось, дядь Юр. Надо, конечно, всё проверить, но я уверен: совпадений таких не бывает, мой это сын. Только насчёт мужа я не понял. Разве это не он со мной тогда в пекарне работал?
- Он, Гена. Видишь, какая штука жизнь. Удивил ты меня, парень, ох удивил. Ну, да и я сейчас расскажу тебе одну историю. Раньше как-то нужды не было. Мы же с тобой договаривались прошлое не вспоминать. Но раз такое дело, слушай...
******************************************
📌 Подписка на канал в Телеграм 🐾
***************************************
Продолжение следует... часть 8
(Если сегодня ссылка не активна, то следующая часть будет опубликована завтра. Спасибо за понимание!)