— Ты давно дома не ночуешь. Люба спрашивает, где папа…
— А мне что прикажешь делать? — огрызнулся он. — С тобой как в болоте! Эх, жизнь утекает, а я тут зарастаю плесенью!
— Я тоже устала, у меня хозяйство, стирка, ребёнок… — тихо стала оправдываться жена. — Всё на мне, я один на один со всеми проблемами.
— Ну и сиди в своём болоте! — Егор хрипло рассмеялся. — Мне нужны перспективы, а в этой деревне одно тление. Хочешь гнить, тогда в одиночку!
Часть 1. Гнев из-под капота
— Да чтоб тебя, сын! Почему я, старый чёрт, должен тут горбатиться один?! — гулко прокричал Роман Яковлевич, выныривая из-за поднятой крышки своего ржавого «Москвича». — Ты когда вообще собираешься шевелиться?! Или у тебя руки не из того места растут?!
— Отец, да ё-моё, я ж только приехал! — вспылил Егор, прислонившись к забору. — С утра на ногах, Лёнку из роддома надо встретить, а ты орёшь, будто без меня жизни не знаешь!
— Ах, ты ещё и споришь, недотёпа! — хрипло процедил отец. — Слышь, сынок, у тебя теперь ребёнок, а ты всё носом крутишь! Может, тебе самому в багажник залезть, чтобы не мешаться?
— Не ори на меня! — вспыхнул Егор. — Я не собираюсь кланяться твоему старому драндулету! Лучше скажи по-человечески, что нужно помочь!
— Помочь? Ха! Да мне от тебя помощи, как от осла – мёду! — отец кинул недобрый взгляд на сына и пренебрежительно крякнул. — Крутани гайки, раз уж приполз, гаврик…
— Слушай, обойдёшься без оскорблений! — уже завелся Егор . — Если хочешь, чтоб я помог, отвечай нормально! Не надо меня тут строить!
— Да мне плевать, как ты там себя чувствуешь! — с сарказмом процедил отец. — Тебе бы только языком молоть да водку с дружками хлестать! Ладно, держи ключ на «тринадцать», верти гайку – хоть толк будет.
— Если так и дальше продолжится, я вообще уйду, — буркнул Егор, однако взял ключ и склонился над двигателем.
— Куда ты уйдёшь? К жене, которая и сама на ногах еле держится? — зло усмехнулся Роман. — Да вы оба молодцы: толка от вас никакого, а крику – хоть на ярмарке продавай!
Некоторое время отец и сын кряхтели вместе под капотом. Затем, удовлетворённо хлопнув крышку, Роман Яковлевич бросил инструмент в багажник, сел за руль и махнул Егору рукой:
— Давай задницу к реке, машину отмоем. А потом поедем за твоей Лёнкой. Ты ж не забыл, что у тебя дочь родилась?
— Не забыл… — тихо ответил Егор, взглянув на часы. — Ладно, тёкстолёт твой хоть доедет?
— Доедет, никуда не денется! — рявкнул отец и завёл «Москвич».
Часть 2. Первая встреча с крохой
Машина добралась до районной больницы только к позднему вечеру. Лена уже ждала на скамейке у приоткрытой двери родильного отделения; на руках у неё дремала крошка, которую молодые родители назвали Люба.
— Ну, что, новоиспечённый папаша, помочь загрузить ценный груз? — насмешливо процедил отец, едва вылез из автомобиля.
— Гляди, чтоб твои колкие шуточки ночью тебе же в горле не встали, — бросил ему упрёк Егор. — Лен, привет… Как вы? Врач отпускал уже?
— Да, кормила маленькую, — утомлённо улыбнулась Лена. — Я надеялась, вы вот-вот появитесь.
— Папуля, чего застыл?! — из-за двери выглянула медсестра в халате. — Забирай обеих!
— Сейчас, сейчас… — Егор взял на руки новорождённую и тут же неловко запнулся, чуть не упав на собственных ногах. — Осторожней, осторожней!
— Да что ж ты, неуклюжий… — проворчал Роман Яковлевич, переглянувшись с медсестрой, потом сплюнул на землю. — Тоже мне, батюшка…
— Я боюсь уронить её, она такая маленькая, — признался Егор тихо, стараясь не замечать ядовитой ухмылки отца.
📖 Также читайте: — Почему моя жена должна продать свою квартиру и деньги отдать тебе, — свекровь ничего не получила от невестки
— Всё нормально, держи голову и спинку, — Лена положила руку на плечо мужа. — Смотри, она на тебя глядит.
— Прям буравчиком сверлит! Люба… — Егор ощутил, как по спине пробежали мурашки. — Лен, давай быстрее в машину, уже темнота накатывает.
— Ну, садитесь, раз так торопитесь, — свёкор захлопнул дверцу «Москвича» и включил фары. — Только не вздумай визжать, если по колдобинам будете летать. Подвеску я кое-как подделал, но трясти будет, как на стиральной доске.
Когда они наконец отъехали от больницы, Лена придерживая дочку, старалась заглянуть ей в личико. Егор неловко пытался помогать, однако Роман Яковлевич то и дело резко выруливал, ругаясь на ямы.
— АПЧХИ! — громко чихнул отец, и «Москвич» подскочил на ухабе. — Во чёрт, дороги у нас в дырах, как в сыре!
— Тише, пап, осторожней… — пробормотал Егор. — Боюсь, что вылетим с этими твоими манёврами.
— Не ори! И так нервов не хватает, — огрызнулся отец. — Ты лучше смотри, чтоб дочь не выронил!
Часть 3. Проверка свекрови
Люба мирно посапывала дома, а Лена, измученная недосыпом, закутанная в халат, сидела рядом с колыбелькой. Дверь хлопнула: это Егор быстро вошёл и уже оглядывался, будто искал что-то.
— Лен, слушай, мужики зовут: надо, говорят, обмыть рождение. Традиция! Я сбегаю, быстренько.
— Традиция… — Лена устало покачала головой. — Я думала, может, хотя бы баню затопишь? Воду надо нагреть, пелёнки вон во что превратились, стирка накопилась!
— Я завтра всё сделаю, — спешно бросил Егор, натягивая куртку. — Не обижайся!
— Но уже нечем дочь пеленать…
— Лен, прости, не могу отказать мужикам, — и он выскочил за дверь.
Через час, когда молодая мама пошла относить грязные пелёнки в таз, послышались чужие шаги во дворе. В дом зашла незнакомая женщина: аккуратная причёска, строгий взгляд.
— Здравствуйте. Ты Лена, да? — ровно произнесла гостья, осматривая обстановку.
— Да… А вы кто? — Лена смутилась, пытаясь поправить халат.
— Я Нина Михайловна, мать вашего… Егорa, — голос звучал резковато и слегка надменно. — А он где?
— Пошёл… эм… проставляться за рождение дочки, — осторожно призналась сноха.
— М-да, стоило ожидать! — свекровь цокнула языком и прошлась по комнате. — По глазам вижу, что ты мало спишь. Да и тут у вас, скажем так, не очень уютно. А ребёнка как купаешь?
— Да водоноску не натаскала ещё… — вздохнула Лена. — Егор обещал баню растопить, но…
— Понятно, — сухо кивнула свекровь. — Ладно, берусь за дело. Показывай, где у тебя вёдра? Коляска есть?
— Нет пока… — Лена поглядела на крошечную Любу, которая мирно сопела на руках.
— Ну да, всё сама-сама, — свекровь нахмурилась. — Так, я скоро уеду, но давай-ка, включимся: у твоего мужа сплошные «традиции», ты же не должна тут пропадать.
Вскоре Нина Михайловна загрохотала кастрюлями, включила газ, затопила баню. Лена смотрела на эту строгую, решительную женщину и не знала, как реагировать: вроде и свекровь, вроде и в первый раз видит.
— Дай сюда внучку, — женщина быстро вытерла руки полотенцем и протянула руки к Любе. — Сходи пелёнки перестирай, потом малышку покупаем.
— Спасибо… — невольно прошептала Лена, удивляясь, что свекровь, несмотря на резкость, всё же помогает.
Часть 4. Сплетни и разочарования
Прошло несколько лет. Лена с ребёнком перебивалась как могла: то соседка что-то принесёт, то сама успеет в магазин сбегать до закрытия. Егор нередко исчезал «по делам» с друзьями. Лена всё надеялась, что он успокоится.
Утром, отправляясь в первый раз с Любой в детский сад (на короткий режим, чтобы привыкала), Лена услышала за спиной ехидный шёпот соседки:
— Эй, Лена, тебе-то никто не сказал, да? Твой Егор-то помногу ночует у Таньки за сараем! Все уж видели: через калитку входит, не стесняется.
— Перестань. Зачем ты так говоришь?! — Лене было неприятно слышать подобные сплетни.
— Да хоть верь, хоть не верь! — соседка пожала плечами и повела свою дочку в ту же сторону. — Год уж их связь длится, куры смеются.
Лена только крепче прижала к себе Любу. На душе сделалось тяжело. Но она гнала от себя эти мысли: «Не может быть… Бабские сплетни!»
Воспитательница в саду, Алёна, приняла малышку и попросила Лену прийти через два-три часа.
— Пусть Люба поиграет с ребятами, привыкнет, — ласково улыбнулась Алёна. — Всё будет хорошо, не волнуйтесь.
Лена вышла на улицу и сама не заметила, как очутилась у дома той самой Таньки. Подходить ближе она не решилась. Тихо постояла, посмотрела на забор и пошла назад за дочкой.
Часть 5. Разрыв
Поздним вечером Егор явился пьяный, да ещё с безразличной ухмылкой. Лена, державшая Любу на руках, устало спросила:
— Ты давно дома не ночуешь. Люба спрашивает, где папа…
— А мне что прикажешь делать? — огрызнулся он. — С тобой как в болоте! Эх, жизнь утекает, а я тут зарастаю плесенью!
— Я тоже устала, у меня хозяйство, стирка, ребёнок… — тихо стала оправдываться жена. — Всё на мне, я один на один со всеми проблемами.
— Ну и сиди в своём болоте! — Егор хрипло рассмеялся. — Мне нужны перспективы, а в этой деревне одно тление. Хочешь гнить, тогда в одиночку!
— Что ты такое говоришь?! Как же мы? Как же дочка?
— А я алименты платить буду, — со злой ухмылкой бросил муж и пнул ногой коробку у порога. — А любовь… любовь давно подыхает, пока пелёнки стираешь!
— Не смей так говорить! — на глазах у Леня выступили слёзы. — Сколько ни ругай, но ведь это наша семья…
— Семья? Да плевал я на все эти обязательства! — скривился он и пересёк комнату. — Короче, ухожу к Таньке и уезжаю в город: там меня на работу берут. С тобой я уже год тянул, хватит.
Лена не могла вымолвить ни слова. Егор бросил в сумку свои вещи, сорвал с гвоздя куртку и хлопнул дверью так, что дочка вздрогнуло. Люба заплакала.
— Тихо, тихо… Папа ушёл… — произнесла Лена.
— Мама, где папа? — шмыгнула девочка, не совсем понимая, что происходит.
Часть 6. Из города с надеждой
На следующее утро, словно зная, что Лену бросили вошла Нина Михайловна, та самая свекровь, приезжавшая когда-то. Заметив заплаканную сноху, она кратко кивнула:
— Что, ушёл?
— Да… сказал, что ему нужна другая жизнь… — Лена судорожно сглотнула. — А я… я даже не знаю, как мы теперь…
— Ладно, только без истерик, — жёстко, но не без сочувствия сказала свекровь. — Я знаю, каков мой сын, уж извини. Думала, повзрослеет, пока жили с отцом, ан нет… Такой же, как Роман Яковлевич, только моложе.
— Он говорил, что ему всё надоело… Говорил о новой работе…
— Что ж, пусть расчищает себе путь, — вздохнула свекровь. — Шишек набьёт, приползет просить прощение, но нельзя допустить этого. А сейчас ты с внучкой поедете со мной в город. Там устроишься: у меня в квартире полно места, садик рядом, а на первое время я тебе и работу подыщу. Не могу же я закрыть на всё это глаза!
Лена всхлипнула, не веря, что свекровь, которая была строгой, чуть надменной, теперь предлагает ей спасение. Но деваться некуда: жить одной в деревне было невозможно, особенно без собственных средств.
— Мама? — вдруг с детской наивностью спросила Люба. — Тётя?
Нина Михайловна мягко взяла девочку на руки и насмешливо улыбнулась, впервые показывая тёплую сторону:
— Я твоя бабушка, детка. Твоя папина мама. Поедем со мной, увидишь большие дома, машины, там много парков. А мама твоя снова улыбаться начнёт, обещаю.
Лена подошла к ним и заплакала, облегчённо прижавшись к свекрови:
— Спасибо… Я… я правда не знаю, что бы делала, останься мы здесь одни.
— Всё будет хорошо, — сдержанно проговорила свекровь, сняв с вешалки куртку снохи. — Не переживай, начинаем новый этап. Собирайся, на вечерний автобус, успеем.
Часть 7. Новая дорога
Они вышли к автобусной остановке, старая улица оставалась за спиной, деревенские заборы тонули в сумерках. Люба восторженно вглядывалась в большую оранжевую машину, которая должна была увезти их вдаль от привычной, но уже ставшей холодной жизни.
— Мама, мы поедем? — тихо спросила девочка, прячась за юбкой матери.
— Да, поедем. Нас ждёт новый дом, доча.
— Давай быстрее, а то автобус не будет нас ждать, — бросила свекровь, забираясь на ступени. — Поспешите!
Автобус тронулся, и Лена поняла, что у неё внутри рождается какой-то свет, слабая, но настоящая надежда. От отчаяния не осталось и следа. Возможно, впервые за долгое время она ощутила, что всё сложится иначе.
Заключение
В шумном городе, под контролем строгой, но деятельной свекрови, Лена открыла для себя новые возможности. Она устроилась на работу: сначала санитаркой, потом подучилась и стала медсестрой. Люба ходила в городской садик. Порой было нелегко — непривычно, тяжело и морально, и физически, но каждый день приносил маленький лучик радости.
А что до Егора, как и говорила свекровь, он через год вернулся и умолял его простить, но к этому моменту Лена уже развелась с ним и возвращаться к прошлому не намерена была. Мать же его даже на порог квартиры не пустила:
— Иди прочь! — и Егор, без денег и обманутый своей «Танькой», был вынужден уйти.
Где он теперь, уже никто не знает, но алименты Лена получает исправно.
«Если хочешь быть счастливым, будь им».
(Лев Толстой)
Автор: Мария Кузнецова
Самые читаемые рассказы на ДЗЕН
📖 — Мамы нет, теперь вы должны меня содержать, — заявила Вика зятю и своей младшей сестре.
📖 — Какого чёрта я должен оплатить свадьбу твоей сестры?! — зло спросил Влад у жены и холодно посмотрел на тёщу