На Петроградской стороне, безусловно, огромное количество замысловатых и ярких домов. Один дом Розенштейна чего стоит! Однако самым сказочным и даже мистическим все же остается так называемый «дом с котами».
Он стоит на перекрестке, и уверена – многие прохожие пропустили свой зеленый свет на светофоре, заглядевшись на него. Ведь свысока на людей взирают разные химеры, дикие коты, запутавшиеся в чертополохе, медведи со щитами в руках, кошки, вставшие на дыбы…
Попала в его плен и я...
Загадка нечистой силы
Однажды на канале уже рассказывала про дом, стены которого захватила всякая нечисть. Вспомните, о чем говорю? Не гадайте – это я про Дом городских учреждений.
И это все неспроста. Между этими домами-загадками есть связь? Какая – расскажу чуть позже.
Ведь в начале XIX века это здание в Петербурге вряд ли назвали «домом с котами». У него был конкретный хозяин – Иван Федорович Алюшинский.
Участок он приобрел во время торгов, заплатив 33 тысячи рублей. (Сейчас недвижимость в этом районе стоит все 33 миллиона. И это только одна квартира). И решил построить здесь еще один доходный дом (а их у этого господина было в городе достаточно – в одном мы уже бывали).
Железный человек своего времени
Кем же был Иван Алюшинский без своих доходных домов? Гений, миллиардер, плейбой, филантроп… Ой, это не из этой истории.
Иван Федорович был из костромских крестьян. Но в Петербурге поднялся. Стал членом правления Петровского общества взаимного кредита на Петербургской стороне, членом правления Преображенского кабельного завода, членом правления Общества Сиверского деревообделочного завода.
Кроме предпринимательства он занимался благотворительностью. Был старостой Матфиевской церкви и оказывал помощь сиротами. В конце 1914 года Алюшинский удостоился звания потомственного почетного гражданина.
Деньги у него водились и, вероятно, при планировании этого дома ему хотелось чего-то особенного. В моде был модерн – выделяться было престижно. Как еще привлечь внимание потенциальных арендаторов?
Манящая мистика
И выбор Алюшинского пал на архитектора Александра Лишневского. Да, того самого автора Дома городских учреждений – вот она, та связь между зданиями.
Более того – Дом городских учреждений Лишневскому помогал возводить Павел Светлицкий. Зодчий позвал его и на эту стройку.
Мистический дом вырос уже через год – в 1908 году. Его по сей день называют одним из самых интересных и насыщенных по декору домов Малого проспекта Петроградской стороны.
Если верить информации на Citywalls, дом Алюшинского манил к себе творческих людей. С 1909 по 1910 годы здесь жил художник и скульптор Амандус Адамсон.
В 1911 году этот художник победил в конкурсе Академии художеств проектов – надо было придумать памятник в честь 300-летия дома Романовых. Участникам было предложено построить в Костроме грандиозное сооружение высотой 36 метров с 26 скульптурами исторических личностей.
Закладка памятника состоялась 20 мая 1913 года в присутствии Николая II и его семьи. К 1917 году появились постамент и часть бронзовых фигур.
Но грянула революция – готовые скульптуры были отправлены в переплавку, а на пустующем постаменте был установлен памятник Ленину…
Кстати, про революцию. Она катком проехалась и по нашему главному герою – Ивану Алюшинскому. Предприниматель верил в Россию и не имел капиталовложений за границей. В смутное время он решил остаться на родине. Но все последующие события, вероятно, сказались на его здоровье – он умер через пять лет. Ему было 53 года.
До 1916 года в доме Алюшинского снимал квартиру архитектор Ганс Конради. Жил он довольно долго здесь – с 1911 года. Увы, упоминаний этого зодчего в Петербурге, кажется, немного. Нашла лишь один дом его авторства – на Петрозаводской улице, 10.
А после 1916 года здесь поселился художник-график и педагог Константин Рудаков. Пока он здесь жил – учился в Академии художеств. Рудаков вошел в историю как иллюстратор произведений русской и европейской классики. Он много работал с сатирической графикой – рисовал для журналов «Чиж», «Еж», «Бегемот», «Смехач», «Крокодил».
Любопытно, что даже соседи прославляли этот дом.
«Сатанята в моей комнате живут.
Я тихонько призову их, – прибегут.
Хорошо, что у меня работ не просят,
А живут со мной всегда, меня не бросят».
Это четверостишие поэта Федора Сологуба. Он жил в доме напротив. «Санкт-Петербургские ведомости» в одной из своих статей предположили, что эти строки посвящены именно дому Алюшинского.
Что же охраняют медведи и дикие коты?
Конечно же, после такой рекламы дома не терпится узнать – а что же там внутри? Как украшена парадная?
Попасть оказалось не так просто – на двери стоит самый современный домофон, который не жалует гостей и со страшной кнопкой «Консьерж».
Но мы нашли с ним общий язык.
И вот открываю дверь и вижу… совершенно пустую парадную. Чистенькую, аккуратненькую… Но никаких печей. Никакой лепнины. И уж точно никаких химер, диких котов и медведей.
Обидно до слез.
Это такая шутка Лишневского?
Оказалось, что нет. В 1986 году в этом доме сделали капитальный ремонт и все убранство парадной выскребли.
На Citywalls пишут, что раньше здесь были печи, лепнина, дубовые двери… Правда, почему-то еще в этом списке «дубовый паркет», так что речь, видимо, про одну из квартир.
Но и местные квартиры, и лестница потеряли все свое убранство в 1986 году. На память о былых временах в парадной осталась только плитка и перила.
В 2001 году дом был включен в список выявленных объектов истории и культуры, что служит определенным залогом его дальнейшей сохранности. Однако это уже касается фасада дома и его мистических жителей.
В поисках информации о доме наткнулась на стихотворение поэтессы Зои Эзрохи. Она родилась в послеблокадном Ленинграде – в 1946 году. И на одно из произведений ее как раз вдохновил дом Ивана Алюшинского:
«Там, у трамвайной остановки,
На Петроградской стороне,
Бесшумно тигр крадется ловкий
По грязной каменной стене.
Забравшись важно на карниз,
Медведь посматривает вниз.
Из-под балкона волчья морда
Глядит оскаленно и гордо.
Там извиваются коты,
Задрав облезлые хвосты,
И, облепив гурьбой окошки,
Висят курносые лепешки.
Медведь и тигр, и волк, и кот,
Смешные каменные лица –
Все это общество живет,
Шипит, мяукает и злится.
Тот серый дом, сухой гранит,
Слепое бешенство хранит.
И в сердце каменном его
Таится злое торжество.
Когда я вижу волчью пасть,
Мелькают хищные ухмылки,
Я знаю, как зовут упасть
Внизу плывущие затылки!
(Ужасна каменная хватка.
Сомкнуть! Сожрать! И без остатка!
Сгинь, человек, с мгновенным стоном!)
И вновь прилипнуть под балконом.
Я знаю дом, чудесный дом.
Никто не думает о нем.
На Петроградской стороне
Он всех домов милее мне».
Стихотворение называется «Дом». На нем сегодня и закончим историю.
📍Адрес: Малый проспект ПС, 66
Спасибо за ваше время и внимание! Подписывайтесь на канал, чтобы вместе бродить по петербургским закоулкам в поисках интересностей и историй, которые они хранят.
На дом Алюшинского на Большом проспекте П.С. открывается чудесный вид из окна парадной доходного дома Ратке. И этот дом тоже сможет вас удивить.