– Куда он испарился? – доносился голос возницы.
Сзади слышался шум спускающихся в яму преследователей. Богдан повернулся, силясь разглядеть нежданного спасителя. В темноте виделись лишь контуры небольшой фигуры, возможно, подростка.
– Спасибо, что помог! – сказал он.
– Но что дальше? Они спустятся, и нам конец.
Незнакомец не ответил, лишь снова коснулся его руки и потянул за собой.
Лаз был невысокий. Около десяти минут они пробирались на четвереньках, изрядно извозились в земле, после чего спаситель поднялся в полный рост и аккуратно снял крышку закрывающую выход на верх, и они выбрались.
Едва проморгавшись, Богдан удивленно рассмотрел его. Рост – около ста шестидесяти сантиметров, пропорциональное, даже изящное телосложение. Кожа серого матового цвета, не похожая на кожу чернокожих. Две руки и ноги. Но главное – лицо, оно не человеческое, так сказать, гуманоидного типа. Миндалевидные глаза, вдвое длиннее человеческих, прямой острый нос, похожий на единицу, рот с тонкими почти черными губами. В целом довольно симпатичен. Живое и подвижное лицо. На голове по бокам – две шишки, то ли растущих рогов, то ли еще что-то.
– Что за черт! Воскликнул Богдан, разглядев все это.
– Я не черт! Черти дети нижнего мира. Я Бес! – выпалил незнакомец глубоким, пробирающим до дрожи басом.
– Прости, – ошалело продолжил Богдан, – просто я не видел ни разу ни чертей, ни бесов… Как тебя зовут? И почему ты решил помочь мне?
– Я Италлон, сын Кнерха. Помог тебе, – тут он замялся, – потому, что прохожу… он помолчал и продолжил, – прохожу испытание и, возможно, спасение твое это особый знак для меня.
По этим неуловимым признакам в речи и образе, Богдан понял, что его новый приятель совсем юн.
– А я Богдан, – он протянул руку для рукопожатия. – Богдан сын Александра.
Они пожали руки. Ладонь Италлона показалась ему узкой и очень сильной – «стальное рукопожатие».
– Богдан, я слышу преследователей – нужно поспешить.
Богдан бежал следом за своим новым другом, разглядывая его одежду. Облегающие штаны, жилет, пояс, обувь типа сапог – все выполнено из кожи отличного качества и мастерски изготовлено. Небольшой лук, колчан на поясе и нож – вот и все снаряжение, никаких сумок и других вещей.
Далее безумная череда дорожек препятствий и ручьев была ими пересечена. Добежав до еще одного ручья, они долго шли по нему, чтобы сбить след.
В ярко-синем небе – чистейшие белые облака, которые ветер гонит в сторону, словно стадо белых овец или эскадрилья белых корабликов.
Богдан лежал на небольшой полянке, пытаясь отойти от быстрого бега и успокоить бешено стучащее сердце, при этом не забывая разглядывать сидевшего сбоку Италлона и окрестности. Вокруг было тихо и спокойно. Странно. Какое-то необычное затишье: не слышно птиц, которые не умолкали весь день.
Внезапно справа, в лесу, послышался резкий свист и уже знакомые щелчки, похожие на выстрелы. На поляну вылетел всадник с бичом в руке, громко им щелкнул и что-то прокричал на гортанном языке. Следом выскакивали все новые и новые всадники. Все они были в темно-зеленой облегающей одежде, лица скрывали капюшоны, напоминающие асасинов.
Богдан с Италлоном подхватились и побежали прочь с поляны.
Вдруг Италлон, бежавший слева, вскрикнул и упал. Жесткий удар бичом, просвистевший мгновением раньше, пришелся ему по бедру, рассекая штаны и кожу до крови. Богдан подскочил, схватил его за руку и потянул – тот поднялся и, превозмогая боль, пошел быстрым хромым шагом. Попутно Богдан отметил, что несмотря на цвет кожи и общий вид, кровь у союзника, такая же красная, как и у людей.
На их счастье с этой стороны молодая древесная поросль и кустарники росли плотно, замедляя движение преследователям и мешая использовать бичи.
– Проклятые Хурги! – прорычал Италлон, встав за дерево.
Он быстро натянул лук и выпустил одну за другой три стрелы в преследователей. Судя по вскрику, по крайней мере одна из них попала в цель. Им удалось оторваться от погони метров на сто, однако сзади все еще слышались звуки преследователей.
– Хурговы дети, – выругался Италлон. – Они просто так не отстанут! Нужно искать ближайший лаз и уходить под землю.
– Кто это такие? – спросил Богдан.
– Дамианы. Старый культ охотников за всеми, кто им не нравится, – ответил Италлон, сбивая дыхание. – Борются за чистоту человеческой крови, охотятся на нас, а мы на них. Ту яму я подготовил, чтобы поймать и убить дамиана…
Италлон долго бежал, высматривая что-то известное только ему и, наконец, прямо с тропки подтянулся вверх на свисающей веревке.
– Богдан, за мной, – шепнул он.
Они двинулись по деревьям – ветки, связанные веревками в нужных местах, образовывали неплохой вариант подвесной тропы.
По прикидкам Богдана они удалились от места, где на них напали, – километров на семь или восемь. Какое-то время пробирались по открытому пространству, заросшему только невысокими кустами и травой, когда Италлон объявил привал.
Присев у группы невысоких деревьев, растущих вблизи старых развалин, он сноровисто вытащил люк, скрывающий тайник у подножия дерева, и достал из него еду, кувшин с водой, какие-то лепешки и сушеное мясо. В животе у Богдана заурчало, и бес, услышав это, изобразил на лице улыбку.
– Отведай моей еды, Богдан, сын Александра, – сказал он и сделал приглашающий жест.
Долго упрашивать его не пришлось – вскоре они умяли все припасы и выпили всю воду.
– Италлон, скажи, ты и твой народ ладят с людьми? Как уживаетесь?
– Нормально уживаемся, только с местными Подгорцами. Они еще помнят, что раньше во всех нас текла одна кровь. А остальные не принимают и стремятся уничтожить…
– Идем, – снова позвал Италлон, – здесь есть вход в подземелья Кулай-города.
Они пошли в глубь развалин. Вниз уходили старые ступени – дикие, грубо отесанные камни, полузаросшие травой. С каждым уровнем спуска они видоизменялись, становясь более ровными, гладкими и по виду имеющими аппаратную обработку. Богдан смотрел на эти камни удивленно: что-то они напоминали, но откуда это может быть здесь?
Поблекшая и потрескавшаяся мраморная арка открывала вход вниз, который зиял темнотой, из которой веяло сыростью. Сбоку на стене прямо в камне были выдавлены буквы! Русские буквы, но в каком-то неуловимо старорусском исполнении. Богдан подошел и прочитал вслух – «Выход на станцию – 111 портал».
– Откуда здесь русские буквы?
– Богдан, ты понимаешь эти письмена? – удивленно и встревоженно спросил Италлон.
– Это мой родной язык.
– Я не знаю никого, кто мог бы их прочесть, – прошептал Италлон. – Это же древний язык наших пращуров… Наши старейшины знают только некоторые ритуальные слова и фразы…
– Кто ты, Богдан? Ты иномирник? – вдруг спросил Италлон.
– Да, думаю, так вы называете нас. Хотя я не уверен, что те, кто появляется здесь, являются моими земляками, – ответил он и глянул на часы – таймер отсчитывал последние минуты.
– Италлон, тут такое дело, – Богдан замялся, – мое время здесь заканчивается, я скоро исчезну.
– Предлагаю стать друзьями и обменяться чем-нибудь, чтобы я смог вернуться и найти тебя.
– Я слышал об этом от деда, – ответил бес, – мой дед был побратимом иномирника. Тебе нужен якорь. Он снял с шеи шнурок с синим ошлифованным камнем и протянул Богдану.
– Это Хтафий – мой знак принадлежности к роду.
Богдан осмотрел подарок. Что-то в нем было явно древнее, а может, магическое. Ощущалась какая-то непонятная сила.
– А тебе можно его передавать в чужие руки?
– Можно! Я спас тебя, ты меня! Мы встретились не просто так, я верю в это! Он протянул руку со словами: – Ты теперь мой побратим!
Богдан пожал руку, после чего снял с руки свой любимый браслет двадцати видов яшмы, затейливо свитый кожаными ремешками и передал Италлону.
Арка впереди манила темнотой и тайнами. Он посмотрел на верх – солнце катилось к закату, полнеба было залито багряным цветом, яркие контуры которого обрамляли ватные многоярусные облака, создавая совершенно ирреальные образы.
После этого тело его распалось мириадами мельчайших частиц – так, словно взорвался мыльный пузырь, оставив у входа одинокую серую фигуру.
#мистические рассказы, истории, фэнтези рассказы