Есть дома, в которые можно возвращаться и возвращаться. Один из таких – дом эмира Бухарского на Каменноостровском проспекте.
Этой осенью мне задали непростой вопрос – какая моя самая любимая парадная в Петербурге? Выбор был очень сложным.
Хотелось сказать – лестница Вейнера. Но мне показалось это слишком надменным – назвать одну из самых недоступных локаций в городе.
Должно было быть такое место, в которое хочется иногда сбежать от рабочей суеты, от ежедневных проблем – туда, где останавливается время. И тут вспомнила «мужскую» парадную в доме Бухарского – в городе не встречала ни одной такой же. Так и родился ответ.
И вот вернулась сюда этой зимой. Вспомнила свои впечатления от первой встречи. Казалось тогда, что открыла дверь не в парадную, а в параллельный мир.
Никогда еще Штирлиц не был так близко к провалу
Но на этот раз незаметно прогуляться по ступеням не удалось. На первом этаже меня встретил жилец. Довольно воинственно. С моим «любимым» вопросом – кто я и что тут делаю?
В последнее время отвечаю честно (раньше пыталась увиливать легендой о том, что пришла в гости). Потому что стыдиться мне нечего – даже с некой гордостью показываю, пролистаю этот канал.
Станислав, так звали моего собеседника, сменил гнев на милость. Пояснил, что из-за толп туристов в парадной много грязи. Он нанял клининг и за это берет с экскурсантов по 100 рублей (гиды проходят бесплатно). Указал на корзинку с бахилами у входа – а я ее и не заметила.
Вспомнила, что в профильных чатах рассказывали про жильца из дома эмира Бухарского, который стал собирать «налог» за проход. Тогда много рассуждений вызвала эта ситуация – законно ли это?
Экскурсии не вожу, поэтому этот вопрос обошел меня стороной. Денег Станислав не просил и из парадной меня не выгонял. Наверное, поэтому мы почти сразу нашли общий язык.
Он предложил мне провести его авторскую экскурсию по дому.
Ну как тут отказаться?
Подземный ход из дворца эмира
Станислав подтвердил, что эмир в этом доме не жил. С его слов, здесь построили «отель для состоятельных господ». Интересная формулировка доходного дома, но с другой стороны – в чем он не прав?
В доме эмира Бухарского он живет с самого детства. Если не обманывает моя память – их семья сюда заехала в 70-х.
Первым делом спросила – искал ли он мальчишкой сокровища хозяина дома? Тот усмехнулся – искал, но потом узнал, что эмир тут никогда не бывал, поэтому и золото прятать здесь смысла не было.
А вот к легенде о тайном подземном ходе от дома до мечети на «Горьковской» у него была история поинтереснее. Он отвел меня за шахту лифта и открыл небольшую дверь. Закуток чем-то напоминал дворницкую.
Станислав показал на темные квадратные дыры в этой комнатке. Они вели вниз. По его словам, под домом действительно есть система ходов. Однако когда они появились – вопрос.
Ни один из них в мечеть не ведет. Будучи мальчишками, они излазили все и выяснили, что один тоннель ведет в сквер профессора Попова, а другой – на набережную реки Карповки.
Проверять мы, конечно же, не стали. Я бы не пошла (инстинкт самосохранения все-таки присутствует). Да и Станислав сказал, что туда лучше не соваться – неизвестно, в каком сейчас состоянии эти помещения.
Зато предложил посмотреть коммунальную квартиру. А это для меня настоящий подарок – очень люблю делать зарисовки петербургского быта. Поблагодарила и согласилась.
Коммунальная страна
Мы поднялись на последний этаж. Там собеседник показал мне дверь на террасу дома. Сейчас она закрыта на замок. Ключ, как поняла, у другого жильца.
«Поэтому извините, террасу не покажу. А там красиво – вид такой открывается... К нам даже художники приходили, пленэр устраивали... Особенно когда солнце красиво», – отметил собеседник.
За окном же был мрачный серый зимний день. Себя успокоила, что много и не потеряла. Но, конечно, немного было обидно.
Мы дошли до коммунальной квартиры Станислава. Сразу после входа мы попали в холл, отделанный деревянными панелями. На потолке можно было увидеть лепнину и розетку. И лицо, несколько напоминающее демона...
Взгляд упал на массивный резной деревянный комод. Собеседник пояснил, что он не «родной». Некогда одна из жительниц коммуналки коллекционировала антиквариат. Она его сюда и пристроила. Надо заметить, комод вписался прекрасно.
Картины на стене тоже поддерживали атмосферу запущенной аристократичности. Станислав пояснил, что это работы соседки-художницы. Добавил, что тут можно найти портреты жильцов. Кажется, даже его матери.
Из холла на кухню вел примерно 30-метровый коридор. По разные стороны от него шли двери в комнаты-квартиры. Собеседник отметил, что тут около 20 комнат. Почти все по правую сторону выкуплены одним жильцом.
Темный коридор заканчивался кухней – традиционно с несколькими плитами. Вполне себе советская коммунальная кухня. Но если сравнивать с той, что была в моей коммунальной квартире на Пяти углах, – очень просторная.
Соседнее помещение – ванная комната. Станислав настаивал, что ванна в ней – дореволюционная. Мне показалось, что она современнее. Но я не эксперт – не могу ни подтвердить, ни опровергнуть (привет, Пескову!).
По другую сторону коридора был небольшой закуток. Если в него зайти и посмотреть наверх, можно увидеть роскошную лепнину.
Жилец пояснил, что этот закуток и соседние комнаты раньше были одним большим танцевальным залом. Но в советское время его разбили на несколько помещений.
Из танцевального зала, добавил он, анфиладой шли различные кабинеты и спальни. Они располагались по правую сторону от коридора – которая сейчас принадлежит одному человеку.
Перед прощанием Станислав посоветовал мне посмотреть документальный фильм режиссера Владислава Виноградова «Коммуналка». Он снят не в этой квартире, но в доме эмира Бухарского. Про жителей коммуналки в 90-х – насколько разные люди и разные истории уживаются под одной крышей.
Вечером этого же дня нашла его на YouTube. Очень непривычно увидеть Петербург 1994 года. Мне тогда было всего три года. Но когда стала постарше, мама стала возить меня в музеи Петербурга. Невский проспект, завешанный рекламными плакатами, исторические здания в лесах, стихийные рынки – все это сохранилось в моих обрывочных воспоминаниях.
Тогда понятия не имела, что такое коммунальная квартира и доходный дом. А сейчас на кадрах вижу, что дворовая (называю ее «женская») парадная раньше была в зеленом оттенке. Сейчас она – желтая.
Из этого же фильма узнала еще одну мистическую легенду дома. Якобы мужчины в нем долго не живут.
Это, конечно, просто страшилка. Но дом эмира Бухарского подтвердил свое звание в моем списке места, в которое хочется возвращаться и возвращаться. Каждый раз открываешь что-нибудь новое...
📍Адрес: Каменноостровский проспект, 44Б
Дорогие читатели, надеюсь вам было интересно со мной в этом приключении и вы узнали для себя что-нибудь новое!
До этого мы с вами заглядывали в комнату в башенке главного замка у метро «Петроградская». Речь о доходном доме Розенштейна.