Часть 1
1945 год.
Сашка вернулся бравым героем. Он гордо рассказывал о каждой медали, что висела у него на груди, а в семье все им восхищались и гордились сыном и братом.
Только вот Василиса не восхищалась. Да, он служил, он отличался в боях, он до Берлина дошел. Но разве он один такой? Вот Вовка, сосед её, вернулся к жене, о подвигах своих говорить не хочет, нет ни сил ни желания ворошить тяжелые воспоминания. Василиса знала, что Владимир кричит по ночам, жена его Наталья жаловалась да просила у Катерины какое-нибудь успокоительное посоветовать. Отвар какой или сбор трав.
- Сашка опять мужиков развлекает росказнями, - недовольно буркнула Василиса, войдя в дом. - Устроились на берегу речки - ни искупаться, ни белье постирать.
- А ты бы послушала, как твой муж будущий медали получал, гордилась бы им, - заметил отец.
- А отчего же Вова не болтает по хутору без умолку?
- Оттого, что Вовка тихоня, - ответил ей отец. - Каждый по своему переносит всё. Сашка языком чешет, а ночью плачет как младенец. Знаю, знаю, Макар рассказывал, как сына утешает, будто дите малое. А днем он весь такой бравый и веселый. Может быть за бравадой этой он хочет горестные воспоминания стереть.
Василиса пожала плечами. Может и прав отец, но Сашка всегда был хвастунишкой. Она не сомневалась, что он правду рассказывает, но не у него одного такие истории есть в запасе, а он внимание к себе привлекает. Вчера услышала она, что Саша помощником председателя стать хочет, быть везде в первых рядах.
- Выскочка, - прошептала она, а потом устыдилась своих мыслей. Разве можно так говорить про человека, прошедшего Великую Отечественную? Человека, получившего ранения и едва выжившего в сорок четвертом?
Но вся ее злость была из-за того, что отец хотел её замуж выдать за Сашу. А она этого не желала и видела в нем только отрицательное.
И все чаще и чаще она думала о Петре и мечтала, что вот приедет он за ней на хутор, да увезет в далекие края. Но он даже не писал ей ни строчки.
****
Свадьбу решили играть в августе, хотя и просила Василиса, чтобы до октября подождали. Мол, соберут урожай, устроят гулянку. Но молодому казаку не терпелось заполучить Василису в жены, оттого и не стал он ждать еще три месяца.
В тот день их не расписывали, подписать документы в сельском совете они должны были во вторник. А в эту субботу молодые шли из дома Остапа ко двору жениха, где была устроена небольшая гульба. Саша жил недалеко от Василисы, их дворы просматривались на небольшом расстоянии.
- Остап, глянь, кто это подходит к вашему дому? - услышала Василиса голос соседки Дуняши, обращенный к её отцу и повернула голову в сторону своего дома, от которого они уже успели отойти. Она споткнулась от неожиданности, увидев, кто там был.
Петр... Сержант Фролов... Ей хотелось сбросить фату с голову и что есть силы бежать к нему. Но Саша крепко держал её за руку, не обращая внимания на состоянии своей невесты. Он думал, что от волнения она оступилась.
Остап отделился от свадебной процессии и вернулся к своему двору.
- Сержант Фролов? Приветствую. Как ты тут оказался ? - Остап пожал гостю руку.
- Теперь я уж лейтенант Фролов, - улыбнулся Пётр и крепко пожал руку в ответ. - Мимо проезжал, решил заехать и вновь отблагодарить вас за спасение.
Он не стал говорить Остапу о том, что приехал сюда в надежде увидеть Василису и попросить её руки. Письма не писал, потому что считал это неприличным. Он знал, что обещана она другому, но разве мало ребят полегло? Её жених мог не вернуться. К тому же из разговоров, которые он слышал, Пётр понимал, что девушка не любит жениха.
Он и правда проезжал мимо на новое место службы. Пётр держал путь на Кавказ.
Он думал, что если Василиса свободна, то попросит её руки. Если она этого захочет. Он ведь так и не мог забыть тот её прощальный взгляд. Петя понимал, что понравился девушке и она не осталась к нему равнодушной, такие вещи он чувствовал.
Но в день его приезда на хуторе играли свадьбу. Его спасительница выходила замуж за того, кого выбрал отец.
- Ну что же, сынок, пойдем со мной. Дочь я сегодня замуж выдаю, выпьешь чарочку за здоровье молодых. Надолго ты на хутор?
- На три дня хотелось бы, но, наверное, завтра поеду.
- Отчего же? Останавливайся у нас, в хате теперь место есть.
****
Остап поднимал стакан за стаканом, называя Сашку своим сыном.
- Я так мечтал о сыне, а теперь он у меня есть. С внуками, детишки, не затягивайте! Будет нам с матерью развлечение.
Василиса не слушала его, она пыталась отвести взгляд от Петра, но снова и снова к нему возвращалась. Все сидевшие за столом знали, кто он такой, многие помнили, как Василиса спасла хлопца, притащив его с берега морского в хутор.
В тот вечер молодожён напился так, что до брачного ложа его несли под руки. Уронили на постель, там он и захрапел.
Сняв с себя свадебное одеяние и, переодевшись в домашнее платье, Василиса тихонько выскользнула из окна на улицу. Августовская ночь светила яркими звездами, доносился прохладный ночной воздух со стороны моря и где-то стрекотали сверчки.
Босиком, как была, Василиса прошла по улице и спустилась к маленькой речушке, впадающей в море. Она боялась лишь одного - лишь бы отец сюда не явился, потому что этот мосточек как раз у родительского дома. Хотя вряд ли Остап бы смог это сделать - напился он наравне с зятем. Подвела казацкая удаль. Вдруг она услышала шорох и чьи-то шаги за спиной.
- Вот так новость!- громкий мужской шепот заставил её сердце биться от волнения. - Разве здесь ты должна быть в первую брачную ночь?
- Пётр, это ты..
- Неужто не отошел еще Сашка от изливаний?
- Ты об этом пришел поговорить? Спит он, крепким своим сном. И слава Богу, потому что мне и свадьбы с головой хватило...
- Неужто совсем его не любишь? - Петр не знал, что он больше почувствовал - жалость к девушке или облегчение от её слов.
- А это имеет значение? На нашем хуторе так - кого родители выбрали, за того дочь замуж и идет. Казачьи традиции..
- Значит, не любишь, - он кивнул.- Занято ли кем твое сердце?
- Почему ты не писал? - не отвечая, она посмотрела ему в глаза.
- Потому что знал, что у тебя есть жених. Знал, вот и не писал. Но все равно, проезжая мимо ваших мест хотел хоть одним глазком посмотреть на тебя, убедиться, что с тобой всё хорошо.
- Убедился? - она усмехнулась.
- Вижу, что не хорошо. Дальше что будешь делать?
- Жить и детей рожать Сашке, как и принято у нас, - она отвернулась и в глазах её блеснули слёзы.
- Поехали со мной, - вдруг произнес он. - Поехали. В Краснодар уедем, а потом на Кавказ по месту моей службы. Будешь женой офицера.
- Как же я уеду? - горько усмехнулась она. - Я замужняя уже. Невозможно это.
- Вас расписали?
- Нет, - покачала она головой.
- А документы твои где, в колхозе?
- Нет, - вновь качнула она головой. - Мы в колхоз не вступали, не с чем нам было. Да и батька не особо рвется, сами справляемся, без организации. Тут у нас половина хутора так живет. Правда, отец Сашки недавно вступил в колхоз и теперь после свадьбы я, как жена его, должна буду вслед за мужем вступить в организацию. Тогда и пока-прощай мои документы.
- Вот что, завтра будет второй день свадьбы?
- Конечно, с ухой, как положено, - кивнула Василиса, не понимая, к чему клонит Петя.
- Значит, твой Сашка вновь напьется, а я уж прослежу за этим. Накачаю его так, что и вторую ночь проспит. А ты возьмешь документы, соберешь самое необходимое и встретимся здесь у реки. Придется до города пешем добираться. Готова ли ты? Или станешь верной и послушной женой нелюбимого?
- А ты сам не напьешься?
- Не бойся, все пройдет хорошо.
- Петя... А зачем тебе это надо? - она смотрела на него и чувствовала то же самое, что и тогда, холодной осенью сорок третьего. Она полюбила его за столь короткое время.
- Потому что ни дня не проходило, чтобы я не представлял твои карие глаза. Ни одной ночи я не засыпал, не думая о тебе..
****
Всё и правда прошло так, как задумал Пётр. С самого утра начался второй день свадьбы, Василиса готовила уху для гостей и думала о том, что недолго ей в этом доме хозяйничать. Правда, тоска брала глядя на мать с отцом. Как они это переживут? Проклянут ли они родную дочь за сей поступок?
Но глядя на Сашку, на его сальный взгляд, которым он её окидывал, слыша его слова, что уж этой ночью он исполнит свой супружеский долг, она понимала, что не сможет остаться. Не сможет. Мать с отцом любят её и рано или поздно простят.
Всё прошло, как и задумывал Пётр. Когда Сашку вновь уложили на кровать, она собрала мешочек с вещами и документы, и так же тихонько выскользнула из окна хаты. Петя уже ждал её. Он был под хмелем, но на своих ногах.
***
А утром весь хутор гудел - Василиса сбежала с пришлым хлопцем. Остап и Катерина не знали куда деть глаза от позора. Сашка порывался бежать вслед за женой, но его осадил отец:
- Куда ты собрался? По всему краю их искать будешь?
- Мне нужна моя жена! - он грохнул кулаком по столу.
- А мне не нужна такая невестка. Ну найдешь ты её, и что? Опозорена она уже, должно быть. А ты сам виноват - меньше бы пил, не проспал жену. Это же надо - на собственной свадьбе напиться как свинья! А ведь я говорил тебе - придержи лошадей, но нет, с каждым гостем пил, да не по разу.
- По ней розги плачут! - свирепо говорил Сашка, хватаясь за голову, которая болела с утра.
- Бесполезно это. Учить уму-разуму права не имеешь, вас даже расписать не успели. Ну найдешь ты её, и что? Силком на хутор притащишь? Да до первого милиционера только дойдете. Забудь, Сашка, другую жену тебе найдем, баб, что ли, мало приличных? Глянь, как Оксанка с тебя глаз не сводит, дочка председательская.
А Остап и Катерина тем временем нашли записку, которую им дочь в окно открытое подбросила перед побегом. Писала она, что не нужно её искать, просила прощения, умоляла не бросаться за ней следом. Обещала, что как устроится, напишет.
- А всё ты виноват, ты!- Кричала Катерина. - Говорила тебе, что не люб ей Сашка, нет, упёрся и всё тут.
Остап молчал. Он и сам стал подозревать, что ошибку совершил. Два дня наблюдал он за Сашкой и понимал, что раз он на свадьбе так себе пить позволяет, то что дальше будет? И взгляды, которые Сашка на его дочь бросал, были отнюдь не полные любви и нежности, а взгляд собственника.
ЭПИЛОГ
Василиса и Пётр, едва добрались до Краснодара, расписались. Затем уехали в Минеральные воды. Оттуда Василиса прислала весточку родителям. Она не скрыла адреса, чтобы они написали ей в ответ. Поэтому через месяц отец и мать приехали к ним. Сперва Пётр получил по зубам от тестя за то, что дочь тайком увёз, но потом они поговорили сидя за столом. Уже к вечеру, глядя на молодых, Остап понял - всё, что не делается, то к лучшему. Его дочь выглядела счастливой и любимой.
Через три года Пётр и Василиса приехали на хутор к её родителям и привезли с собой годовалого мальчишку, которого назвали Остапом, в честь отца. Остап был рад своему внуку-тезке и тепло встретил детей.
Сашки на хуторе не было - он женился на Оксане, председательской дочке и вместе с ней жил теперь в соседнем селе, где располагался колхоз.
А Василиса, гуляя по берегу моря, часто думала, что если бы не ослушалась отца в 1943 году, если бы не сбежала со свадьбы в 1945, то не была бы так счастлива, как теперь. И правда, что не делается, то к лучшему.
Спасибо за прочтение. Другие истории можете найти на моем телеграмм-канале или в подборках навигации.
При копировании рассказа прошу указывать ссылку на первоисточник и указывать автора.