Мои руки дрожали. С каждой секундой время просачивалось, словно песок сквозь пальцы. Мысли в голове пролетали с бешеной скоростью.
- Пожалуйста, не делай этого, - тихо прошептала я, надеясь, что моя мольба как-то затронет Эльзу. Но в ней не было ничего человеческого. Злобная, равнодушная тварь. Всё имело свою цену, но сейчас она была непомерно высока.
- Значит, ты хочешь, чтобы я убила твою бабку? – утробно прорычала она. – Хорошо…
- Не убьёшь, - раздался за её спиной голос Акима, а потом я, словно в замедленной съёмке наблюдала, как голова Эльзы отделяется от тела и отлетает в сторону.
Тело монстра завалилось в снег, дёргаясь как большой паук. Лазарев переступил через него и подошёл ко мне.
- С тобой всё в порядке? Она не ничего тебе не сделала?
- Нет, не успела… - я не могла прийти в себя. – Боже… У меня до сих пор дрожат руки… Бабушка!
- С ней всё хорошо, - успокоил меня Аким. – Мирон успел вовремя. Закрывайся и не подходи к двери. Ты слышишь? Пообещай мне.
- Обещаю, - кивнула я и сразу же спросила: - В деревне точно никто не пострадает?
- Нет. Никто даже не узнает, что здесь что-то произошло. – Лазарев помог мне подняться. – Двоедушникам не нужны люди. Мы встречаемся на кладбище.
Но им нужна была я.
Аким ушёл, а я заперла дверь и, не включая свет, присела у окна. Что сейчас происходит? Драка между братьями и двоедушниками? Но ведь Мирон говорил, что они очень сильные… Справятся ли двое против толпы?
И тут в дверь постучали. От страха у меня даже волосы встали дыбом. Я молчала, глядя на светлый прямоугольник двери.
- Ирина, это Каин. Ты здесь?
- Здесь… - я подошла ближе, но открывать не собиралась. – А это точно ты?
- Я. Дверь не открывай. Кто пришёл в деревню? – послышалось с другой стороны.
- Двоедушники, - ответила я, чувствуя, что за дверью действительно Каин. И это вселяло надежду.
- Где братья?
- На кладбище. Там у них встреча, - сказала я и прошептала: - Ты сможешь помочь?
- Я сделаю всё, что смогу.
Раздался звук удаляющихся шагов. Каин ушёл.
Я вернулась к окну. На душе стало чуть спокойнее. Каин непростое существо. Далеко неслабое.
Время шло, тишина и темнота убаюкивали. Меня начало клонить в сон, и я всё-таки уснула, положив голову на руки.
Разбудил меня неприятный звук, от которого все сжалось внутри. Сначала я не поняла, что происходит, а потом резко повернула голову. За окном кто-то стоял. А неприятным звуком был скрежет когтей по стеклу.
Кто это? Двоедушник? Но тогда, что ему мешает влезть в окно? Эта мысль заставила меня похолодеть. Я схватила мешочек с пеплом. Его так мало…
Моя рука дрожала, когда я сыпала тонкую дорожку на подоконнике. И тут случилось страшное. Существо за окном просто вырвало раму из стены.
Я смотрела на нечто, похожее одновременно на человека и зверя и не могла пошевелиться. Двоедушник тоже смотрел на меня несколько секунд, а потом попытался запрыгнуть на подоконник. Но у него ничего не вышло. Монстр завалился назад, будто впечатался в стену. Пепел работал!
Но радовалась я рано.
Двоедушник медленно поднялся на ноги, и вдруг подняв голову к небу, завыл. В этот момент начал подниматься ветер. Я вспомнила, что Мирон говорил об их способностях вызывать стихии. Снег начал закручиваться в вихри, заскрипели деревья, потревоженные резкими порывами. И я с ужасом наблюдала, как развеивается пепел, освобождая дорогу двоедушнику.
Он перестал выть и с победным рычанием приблизился к окну. Легко оттолкнувшись от земли, существо запрыгнуло внутрь. Я пятилась к двери, понимая, что меня уже ничего не спасёт.
На секунду окно заслонила большая фигура, а потом в бытовку запрыгнул ещё кто-то. Я забилась в угол, слыша, как ломается мебель под жуткими ударами. А потом воцарилась тишина, в которой слышалось хриплое дыхание.
Мне было страшно, но, пересилив себя, я подняла глаза и увидела Мирона. Его красный взгляд говорил сам за себя.
- Как же хорошо, что ты успел! – я бросилась к нему, но он выставил руку.
- Не подходи ко мне, - голос Мирона был глухим, с шипящими нотками. – Никогда не подходи ко мне, когда я в таком состоянии.
Он выпрыгнул в окно, а я посмотрела на лежащего на полу двоедушника. Он медленно превращался в человека. А когда тело монстра полностью приобрело нормальный вид, оно просто испарилось, оставив после себя мокрый след.
Меня всю колотило от пережитого. Дрожи добавлял и холод, врывающийся в дыру на месте окна.
Закутавшись в одеяло, я села на кровати и стала ждать.
Когда на горизонте забрезжил рассвет, я услышала знакомые голоса. Да это же Лазаревы!
Они забрались в окно, а следом за ними и Каин. Раны на мужчинах уже заживали, а вот одежда превратилась в лохмотья. Но настроение у них было хорошее. Зверь, снова спрятался глубоко, и Мирон вернулся в полной мере.
- Да ты совсем замёрзла! – Каин посмотрел на оконный проём. – Так, парни, давайте-ка наведём здесь порядок. Наша дама смертная и может подхватить воспаление лёгких.
Через час окно вернулось на место, в печи весело горел огонь, мусор был убран. Меня напоили горячим чаем и даже заставили выпить немного коньяка.
- Двоедушники ушли? – спросила я и Аким усмехнулся.
- Эти ушли навсегда. Но ты должна знать, что придут другие. Понимаешь?
Я понимала. Но теперь мне странным образом захотелось стать настоящей хранительницей Черноты. Какой смысл жить в страхе даже не являясь настоящей наследницей древнего рода? Наверное, пришла пора принять предназначение. Об этом я и сказала своим защитникам.
- Ты уже приняла его, - загадочно улыбнулся Аким. – Разве смогла бы ты покинуть место Черноты, не испытав при этом ужасных мук?
А ведь точно… Я побежала спасать бабушку и ничего не почувствовала…
- Но как это могло произойти?
- Значит, место почувствовало, что ты готова защищать. Ты уже решила внутри себя давно, но боялась сказать, - добавил Каин. – Место доверилось тебе. Храни этот дар.
- На днях должны приехать рабочие, - сказал Аким. – Будут отделывать дом внутри. Как только они закончат, ты станешь жить в нормальных условиях.
- Но это ваш дом… - мне было неловко.
- Твоё место здесь. Поэтому это даже не обсуждается, - твёрдо произнёс Лазарев. – Я могу построить сто таких домов. Рядом появится ещё один особняк. Там будем жить мы с Мироном, чтобы всегда была возможность защитить тебя.
- А ведь завтра Новый Год, - вдруг вспомнил Мирон. – Что будем делать?
- Как что? Праздновать! – весело ответила я. – Надоели эти ужасы! Хоть какие-то положительные эмоции!