С самого первого дня утраты, я потерялся в этой и без того потерянной жизни. Почва в буквальном смысле ушла из-под ног. Не знал как прожить день. Но жил. Существовал. Не знал как переживу мрачную осень и, тем более, тёмную и холодную зиму. Переживаю. Хотя уже с трудом. Побыстрее стало бы посветлее, потеплее и посуше. Осень и зима хороши при человеческой жизни, а при бестолковом существовании они лишь ещё одно наказание.
Вцепился в ребят как в спасательный круг. Без него, а значит - без них... я не знаю, не думаю, что без него я бы доплыл даже до нынешней остановки. Такой наш маленький мир в этой пустой и грустной квартире, которая все, без малого, сорок лет до этого, была ещё полна жизни и деятельности.
Помню, когда мы приехали её посмотреть перед обменом, то здесь жила какая-то уже опустившаяся женщина, перенёсшую потерю вроде бы. Раньше она была врачом, а тут просто стала бедой всего дома, где жили исключительно интеллигентные люди. Даже название кооператива - "Ленинградец". И вот когда мы в первый раз вместе зашли, то я испытал сильное разочарование, потому что в квартире не было жизни и из неё исходил какой-то неживой фон...
После ремонта и нашего обживания, от всего этого не осталось и следа. Смех, веселье, разговоры, гости... много гостей... Здесь мы застали последние советские годы, "перестройку", те самые "лихие 90-е" и бесконечный нынешний режим морока... А вот сейчас я будто возвращаюсь в свои восемь лет и вижу тот самый неживой фон... Здесь только я, ребята и... всё!..
Какую фотографию практически ни возьми, а того уже нет, этого нет, и его тоже... А ведь мне не сто лет. Да и им было далеко до старости, палочек и бессилия. А вот как по мановению злобной палочки ещё более злобного волшебника... Раз!... и никого не стало...
Самое примечательное, что рано не стало как раз хороших. А вот из числа иного рода очень много и кому семьдесят, и хорошо за семьдесят, и даже те, кому аж за девяносто!.. Как же хочется быть хорошим, чтобы не задерживаться... Даже ради этого буду стараться, потому что больше не осталось ничего.
31 мая, утром, Мама проснулась бодрая, весёлая, живая и хорошо выспавшаяся. Она даже с нескрываемым удивлением мне сказала: "Даже не верится, что вчера как-то было не по себе". Она собиралась сразу пойти к белочкам, вместо вчерашнего пропуска, но решили переждать и пойти в понедельник, через пару дней. Днём ранее было очень душно и Маме было немного нехорошо. Лишь пару часов она полежала и всё. Я был уверен, что это просто из-за духоты. Иных симптомов и не было.
Но уже через пару часов ей вновь стало плохо. На этот раз уже продолжительно. А поздним вечером стало совсем нехорошо. Вот как так молниеносно и безвозвратно? Иной по нескольку инфарктов переносит или операций... да и недуг не бывает столь внезапным, болеют подолгу, а тут...
Но в свой последний день дома, 1 июня, Мама сказала такую фразу, от которой прошёл холодок по коже... "А всё-таки как хорошо, что мы все столько времени были вместе и не расставались..." Действительно, такое случается редко. Даже у самой Мамы не было с её мамой какой-то особенной связи. Они очень редко виделись. Бабуля предпочитала свой образ жизни и не была по жизни "семейным человеком", так скажем. Поэтому её уход в 2006 году хоть и был утратой и болью для Мамы, но не был горем.
А у нас с первых наших дней всё всегда было вместе. И все отпуска, и все выходные, и праздники, и даже на работе мы много лет работали вместе.
Зато теперь это самое настоящее горе... Чего ни коснись - всё будоражит душу. Вот даже простой пример... Казалось бы, холодильник... Да, обычный холодильник. У нас тогда сломался в 2012 году, ещё при Папе, и мы купили в декабре, уже когда остались одни, новый. Помню доставка припозднилась, но покупка оказалась удачной. Но!..
Прошло ровно десять лет и он в одночасье ломается. Ну теперь лучший способ починить - купить новый. Купили. Но вот когда увозили старый холодильник и ещё поинтересовались почему и что с ним случилось, то меня охватила жуткая тоска... Даже не знаю как объяснить. Сразу вспомнилось как мы тогда с Мамой ждали его доставки поздним декабрьским вечером, принимали его. Грузчики оказались добродушные, весёлые ребята - извинились за задержку, пообщались... Получилось этот холодильник был своего рода точкой отметки, когда нам пришлось дальше идти с Мамой вдвоём, без Папы...
И самое странное, не сговариваясь, Мама после сказала то же самое, что испытала странную грусть и уныние от этого расставания... Мы никогда не были мещанами. Вообще не были рабами вещей, хотя у нас всё было, что было нужно. Но почему-то именно в тот вечер как-то стало сквозить чем-то нехорошим, хоть ещё и не таким явным... А оставалось нам менее полутора лет...
Возможно, вам всё это покажется какими-то глупостями. Сидит вот взрослый мужик и всякую ерунду пишет. Но я не боюсь показаться кому-то смешным. Мне, честно говоря, всё равно кто и что обо мне подумает. Тот, кто надо - подумает правильно, и это самое главное. Но, знаете, я и сам себя не представлял в такой роли ещё не так давно. И я ещё не знаю, что ещё меня дальше ожидает. И никто не знает так же про себя ничего. Поэтому просто пишу.
Многие, очень многие, тоже чувствуют себя плохо и очень плохо, но не все станут или могут вести такой вот дневник. Ну а вдруг и в этом есть какой-то смысл? Чего меня вдруг ударило? Я дневники никогда не вёл. Кто его разберёт в этом безумном, безумном, безумном мире?..