Человеческая память загадочная штуковина. Во многом не контролируемая и не управляемая.
Это не библиотечный каталог, где можно найти все, что есть в наличии. Память ассоциативна, поэтому выудить из ее глубин давние воспоминания очень сложно.
А иногда наоборот, вдруг нахлынет о чем казалось забыл. И не понятно, что стало побудительной причиной такой удачи.
Ведя канал о Баку уже шестой год, я постоянно сталкиваюсь с такой ситуацией — хочется написать о чем-то уникальном, о каких-то нюансах которые поймут только бакинцы, а в голову ничего не идет.
Ты и так ворошишь память и этак. Но все уже было, было, было... Когда каждый день, в течение шести лет, выпускаешь материалы о любимом городе, мозг кажется иссушен тематикой бесповоротно.
Но стоит произойти каким-то неуловимым изменениям вокруг. Возможно мимолетным. И в памяти всплывает далекое и родное из прошлой жизни. То, что ты никогда бы не вспомнил по собственной инициативе.
Думаешь, обязательно напишу об этом. Но воспоминание столь зыбко и неуловимо, что через пару минут ты о нем забываешь. А потом, когда садишься писать, пытаешься вспомнить и ни в какую — оно опять ушло в глубины подсознания.
Возможно это признак старости.
С недавних пор, я стараюсь записывать такие моменты "просветления". Недавняя статья из этого списка:
Но есть моменты, которые не тянут на отдельный материал, но кажутся характерными для Баку.
Бумажный пакет на базаре
Удивительно. При том что в Баку всё называли "кульками", именно к этому многослойному чуду из жесткой оберточной бумаги применялось слово "пакет".
Еще более поразительно, что это было единственно правильное название. Потому-что пакет это исключительно бумажное изделие строгой формы. А вот кулёк, от слова "куль", мог быть из любого материала и без особой формы.
То есть, именно бакинцы правильно называли разнообразные кульки-пакеты.
Но я не об этом.
Без бумажных пакетов не обходился ни один бакинский базар. Они всегда присутствовали стопкой в самых ходовых местах. И дело не в культуре обслуживания, а в том, что бакинские мужчины не признавали авосек, сумок и прочей "женской" атрибутики.
Она была для тех, кто погряз в семейном быту. То есть перестал позиционировать себя горячим южным самцом. Такое для бакинского мужчины — нонсенс. Даже глубокие старики задирали знакомых старушек скабрезными шутками.
Были еще правда зембили, сплетенные из апшеронских камышей, но это нечто иное. Крутые мены ходили исключительно с заполненными под завязку большими пакетами.
Держали их одной рукой, прижимая к груди, и оттуда непременно торчал пучок свежей зелени.
У базарных "мачо" было еще несколько особенностей:
- Они никогда не стояли в очередях.
- Не покупали килограммами.
- Как правило имели личный транспорт или пользовались такси.
Все продукты они отбирали лично, умело орудуя одной рукой. Потом аккуратно поштучно укладывали в пакет и после расплачивались.
Стоимость пакетов была достаточно высока, от 10 копеек до 50, и даже рубля (в более поздние времена), но это мало кого останавливало.
Честно говоря, я пытался освоить закуп в бумажные пакеты, но так ничего и не получилось. Слишком сложный и неудобный процесс. Поэтому ходил на базар с большой спортивной сумкой. Ну не с авоськой же ходить, как "лошара".
Зембиль
И немного о зембиле. Как оказалось он уникален. Такого плетения, а особенно креплений ручек, нет ни у одной из плетеных сумок. Даже у родственных зембЕлей, которые были очень распространены в южных регионах России.
Я перелопатил сотни изображений в Сети, пока нашел наш бакинский уникум.
Одень тапочки!
В Баку домашнюю обувь называли по разному: тапки, шапшапы, чувяки, шлепки и даже чустики.
У нас в семье ее называли "домашниками".
У детей были что-то такого типа:
Хотя разок помнится, бабушка купила такое:
Естественно, задники были быстро смяты и все возвратилось на круги своя.
Так вот, самой распространенной фразой-обращением к детям было: "Одень домашники". Это произносилось по нескольку раз в день.
Почему-то в детстве, да и в подростковом возрасте, одевать тапочки не хотелось. Причем на уровне инстинктов. Ты просто забывал это делать.
Хорошо было тем, у кого дома ходили в носках по пушистым коврам. Но это считалось неприличным в городских семьях. Поэтому постоянно приходилось слышать: "Одень тапочки".
А они как назло терялись, каким-то образом оказывались в самых недоступных местах, а выуживание тапочек ногой из под кровати или дивана было особым видом искусства.
С возрастом, ситуация менялась на противоположную. Внушенная с детства привычка создавала сильный дискомфорт, если на ноге не было привычной домашней обуви.
Бабайка
У восточных славян, да и у некоторых тюркских народов, есть такой фольклорный персонаж как "бабай" — страшный старик, которым пугают детей.
Этимология слова понятна "баба" — дедушка.
Но в Баку этот персонаж почему-то имел женский род — "бабайка".
Как кажется, все маленькие бакинцы дошкольного возраста боялись этого персонажа и часто использовали это слово в общении между собой.
Кто-то пугал ровесников, что видел бабайку в самом темном уголке двора, кто-то хвалился, как его папа прогнал бабайку, а были фантазеры, которые рассказывали страшные истории про бабаек, после которых жутко было заходить в неосвещенный подъезд.
Помню, как наша воспитательница в детском саду во время "тихого часа" объявляла, кто не будет спать того утащит бабайка. А ты лежишь с закрытыми глазами и думаешь, хотя бы она кого-то утащила, чтобы хоть глазком на нее взглянуть.
Я был любознательным и вредным ребенком.
Интересно, какие у вас были ассоциации с бабайкой?
В раннем детстве, я представлял ее, как персонажа из мультфильма «Самый, самый, самый, самый» 1966 года:
А потом, уже в школе, закрепилось это, из мультика «История с единицей» (1975):